Хочу твоим первым (СИ)

Парень. Есть парень. С первого класса вместе. Любим друг друга. Что-это-за-дичь-она-несет.
И все же я пытаюсь выдержать и устоять.
- Ты отзывалась на поцелуи! - выдвигаю главный аргумент, который не посмеет оспорить, как бы не хотела.
- Это было…ошибкой! О чем я очень и очень сожалею.
Под дых со всего размаха. Не вывожу. И все же, кажется, еще на что-то надеюсь.
- Смотри, не пожалей теперь об этих своих словах.
- Нет, - крутит она головой. – Не пожалею. Мне не нужны отношения с тобой, пойми это уже.
Грудину сдавливает до почти критической невозможности дышать.
- Ладно, - хриплю рвано и сам же офигеваю от своего голоса.
Но по-другому звучать сейчас просто не способен.
Что еще скрывает от меня Бельчонок? Что за камикадзе и как далеко у них зашло? Любит его?!? С первого, блин, класса? А может и про поцелуи мне врала? О чем еще недоговаривала, скрываясь за образом непорочной скромницы?
- В машину садись, отвезу тебя домой, - проговариваю, собирая по крупицам все свое самообладание.
Каждое слово с трудом.
- Нет, я на автобусе.
- Садись, я сказал… Или силой… Если сама сядешь, не трону.
Обхожу машину и первым усаживаюсь в салон, как бы показывая, что все окей, хоть мир и разваливается на части. Распахиваю соседнюю дверь.
- Можно, я…сзади
- Да похрен.
Едем в ледяном молчании. Что касается меня, я просто отключаю на время мозг.
В этом же молчании довожу Арину до подъезда.
Убеждаюсь, что попадает в квартиру и, не глядя больше в ее сторону, шагаю к своей машине.
  
Глава 25. Было бы хорошо, если бы не было так плохо...
 
"Оказывается, убивать можно не только оружием, но и равнодушием..."
Арина
Наутро голова нещадно раскалывается, да и вообще все состояние оставляет желать намного лучшего. Хочется позабыть о делах и проваляться в постели как минимум до самого обеда.
К сожалению, я не могу себе этого позволить.
Тетя с дядей не для того милостиво разрешили мне пожить у них, чтобы я отлеживала бока и прогуливала учебу. Даже мажоры с деньгами посещают университеты, что уж говорить обо мне.
При мыслях о Гордее сердце привычно ускоряет ритм, но стоит вспомнить, чем закончился вчерашний вечер, как оно тревожно сжимается, ничуть не сбавляя оборотов.
Мне все еще не верится, что я рассказала ему о Володе. Но вместо того, чтобы выдохнуть с облегчением, я отчего-то то и дело задаюсь вопросом, верно ли я поступила?
То есть, конечно, верно. Правильно. Вообще, нужно было с самого начала это сделать, рассказать. Только вот…только…неспокойно как-то на душе.
Противно и муторно.
Будто я что-то не то совершила и не так.
Отгоняю от себя это сосущее под ложечкой чувство внутреннего беспокойства, как только могу. Уговариваю себя, что все к лучшему, все идет так, как должно.
Одновременно с этим я очень боюсь нашей встречи в университете. Как он поступит, когда увидит меня? Подойдет или нет? И если да, то что делать мне?
Но на перемене после первой пары, когда мы сталкиваемся с второкурсниками, Гордея среди них не нахожу. Все здесь, в том числе и Фирсов, и Туманов, а его нет.
Внутренности снова сжимает тугим болезненным спазмом.
Ловлю себя на мысли, что мне было бы спокойнее, если бы он пришел. Находился если уж не рядом, то в поле моего зрения.
Остается последняя пара, а Гордей так и не появляется. Ошибки быть не может. Столько раз искала его глазами, что сбилась со счета.
И вынуждена признаться себе еще в одной вещи. В общем…мне-грустно-от-того-что-он-не-пришел.
И снова я не до конца понимаю себя. Почему?
Я же все правильно сделала.
Наконец, по-взрослому оттолкнула его, без всяких реверансов. И да, озвучила настоящее положение дел. Что я с Володей, который, кстати, полностью одобрен родителями, что у нас все серьезно.
Как раз вчера вечером, едва я вышла из душа, где простояла под горячей водой непозволительно долго, пытаясь согреться, потому что отчего-то бил озноб, Володя позвонил мне и горячо уверил, что скучает и обязательно приедет ко мне в ближайшие выходные. То есть уже через несколько дней мы с ним увидимся. И я ответила, что очень этому рада и с нетерпением буду ждать нашей встречи.
 
А теперь сижу и думаю, действительно ли я столь рада буду видеть Володю?
Настроение, итак депрессивное, отчего-то портится окончательно.
- Арин, ты, случаем, не заболела? – выдергивает меня из потока самокопания Лера.
Мы как раз устраиваемся за одним из столиков кафетерия.
- Что? Да вроде нет.
Неужели так заметно?
- Все в порядке? - не отстает подруга.
- Да. Думаю, да.
Убеждаю скорее себя, чем ее. Начинаю вяло ковырять вилкой салат.
- Надеюсь, твои сегодняшние рассеянность и потеря аппетита никак не связаны с отсутствием в стенах универа некоего нахального брюнета с непомерным самомнением, - хмыкает подруга.
Я чуть приподнимаю брови.
- Спрошу прямо. Арин, ты что, влюбилась в Горского? - вываливает на меня Лера.
- Я?!?
Наверное, никогда еще я так не краснела, как в этот самый момент. Даже в присутствии самого Гордея, кожа на щеках не так воспламенятся и покалывает, как от ее неожиданного и бесцеремонного вопроса в лоб.
Кусочек огурца попадает не в то горло. Судорожно откашливаюсь.
Лера наклоняется вперед, жестко хлопает меня по спине, ожидая, пока мой приступ прекратится. Затем откидывается на стул, закидывает ногу на ногу и снова впивается в меня внимательным взглядом.
- Так влюбилась, Арин?
- Вот еще! С чего ты взяла???
Поспешно хватаю салфетку и начинаю деловито промакивать губы.
- Хочешь я покажу тебе его приватные школьные фотки? Его и его девиц?
- Нет! – восклицаю поспешно и отрицательно мотаю головой.
- Только за один выпускной класс он успел перевстречаться с по меньшей мере тремя девчонками. Не считая нашей учительницы по географии, с которой у него тоже был роман.
Чувствую, как на Лериных последних словах мои глаза округляются.
- Да-да, представь себе. Не афишировалось, конечно, но я-то знаю. Она, конечно, не какая-то старая была, только институт закончила и сразу к нам, но все равно, сам факт.
- Кстати, - мну в пальцах салфетку, не понимаю, отчего мне так больно все это слышать, и намереваясь во что бы то ни стало переменить тему, - кстати…Как получилось, что вы учились вместе, а сейчас ты на первом курсе?
Мысли лихорадочно метаются, и мне хочется поскорее соскочить с отвратительной темы. Ни в коем случае не поддаться искушению смотреть фотки. Ни к чему. Незачем.
- А, это, - тянет подруга.
По ее лицу пробегает тень, но очень быстро оно принимает свое обычное беззаботное выражение.
- Не поступила просто с первого раза. Экзамены провалила. У меня был творческий кризис. Но я справилась, пересдала и, в общем, вот я здесь. Но сейчас речь не обо мне. Я просто предостерегаю тебя, Арин, от самого большого разочарования в твоей жизни.
- Спасибо, но это лишнее.
- Не только Горский такой, там вся их семейка подпорченная. Отец - продажный мент.
Я хмурюсь.
- Думаешь, на лапу не берет? Да еще как, иначе не продвинулся бы так быстро в чинах. Показания выбить или в тюрьму по заказу посадить для таких, как он, раз плюнуть. Или, вот взять хотя бы его брата. Зовут Демьян, и он редкая сволочь, скажу я тебе.
- Да?
Тут Лера подвигает свой стул вплотную к моему. Облизывает губы, стреляет глазами по сторонам. Мне не понравились ее слова про отца Гордея, и я не хочу слушать про брата, но просто встать и уйти мне не хватает решительности. Поэтому приходится слушать.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
- Между прочим, - не заставляет ждать себя Лера, понизив голос, - ходят слухи, только это между нами, что одна девочка забеременела от Демьяна и не стала делать аборт. Родила, в общем. А он был уверен, что сделала. А потом случайно узнал, что она его провела.