Нет пути домой (ЛП)
— Кенджи, ты там? — голос стал не таким властным, а скорее встревоженным.
— Мой брат, — шепнул Кенджи Орочи.
Орочи знал, что нужно убить Кенджи. Тот узнал или догадался, кем был Орочи, и награда за поимку клинка ночи была высокой. Лучше всего прикрыть след можно было убийством.
Но он не мог себя заставить. Мужчина помог ему. Он кивнул контрабандисту.
— Я тут! — крикнул Кенджи. — Я пока занят. Что тебе надо?
— Мы ищем юную воровку по имени Хироко. Она перешла границу, ее нужно поймать. Ты ее видел?
— Не в последнее время. Но если увижу, сообщу.
За дверью стало тихо.
— Ты точно в порядке? — спросил брат.
— Точно. Я загляну ночью.
Орочи чуть не рассмеялся. Умный ход. Если бы он убил Кенджи, у него была бы лишь половина дня форы в преследовании. Он убрал меч от шеи Кенджи, услышав, как шаги удаляются от здания.
Они вдвоем смотрели друг на друга пару секунд. Орочи знал, что умнее было убить мужчину, но его сердце этого не хотело. Он вышел наружу и быстро пошел прочь.
Весна 1037
Лучник должен был слезть с дерева. Желание поесть и попить было жестокой силой, и солдата оно не обойдет. Требовалось только потерпеть.
Терпение Орочи вскоре вознаградило его. Он услышал шорох на дереве спустя день, как он скрылся в кустах. Он все еще верил, что лучник не знал о том, что он был близко, но лучник был осторожным. Солдат спускался, минуя по несколько ветвей за раз, озирался и продолжал спуск.
Орочи замер, ждал идеального момента для броска. Теперь он охотился, а не был добычей. Он был этому рад.
Как только нога лучника опустилась на землю, Орочи вылетел из кустов. Солдат не запаниковал. Он огляделся, и Орочи казалось, что он прикидывал свои варианты.
После дней погони они оказались ближе всего друг к другу. Солдат потянулся к луку, но остановился. Орочи был слишком близко. Лучник не успел бы вложить стрелу и выпустить ее раньше, чем Орочи убьет его. Терпение Орочи подавило самое сильное преимущество лучника.
Выбора не было, солдат вытащил клинок и напал. Он встретил свой конец как воин, со сталью в руке.
Результат был понятен. Даже если бы солдат был лучшим мечником в царстве, это его не спасло бы. Дар Орочи позволял ему ощущать каждое движение солдата до того, как он его делал. Он даже не вытащил свой меч в защиту. Он отходил назад и в сторону, уклоняясь, и каждая атака почти задевала его.
Солдат удвоил усилия, яростно взмахивал мечом, что вызвало бы гордость у легендарных воинов. Орочи пришлось отступить дальше, но он не ощущал себя в опасности.
Орочи нужно было сделать выбор. Отсюда обратного пути не будет. Но он все еще отступал и уклонялся. Ему нужно было просто вытащить меч, и все будет кончено. Но его меч оставался в ножнах.
Когда миг наступил, его вел инстинкт. Орочи даже не заметил перемены. Солдат нападал, но плохо защищался. Он открылся в сотый раз, и Орочи этим воспользовался. Он шагнул вперед, выхватил меч и оборвал жизнь мужчины одним ударом.
Он ничего не почувствовал.