Доспех духа. Ноналогия (СИ)
— Подожди. Ты правильно говоришь, надо бы все оформить, — улыбнулся он. — Но нужно немного времени. Будь пока нашим гостем, переоденься и отдохни.
— Хорошо, — ответно улыбнулся я. — Рубашку только заберу из машины. А куда идти?
— В гостиную на первом этаже, Лучия о тебе позаботится.
Я полез в машину, забрал испорченную рубашку, дождался момента, когда этот тип отвернется и немного пройдет к дому, затем тихо рванул в сторону калитки и сбежал. Я еще плохо оценивал силу мастеров, но этот тип показался мне очень сильным, поэтому мне категорически расхотелось с ними со всеми связываться. Но охрану квартала надо гнать в шею, они меня даже не заметили, когда я мимо проскочил.
Обратный путь до Ливорно занял почти семь часов. Я умудрился угнать машину, которая сломалась на полдороги, затем меня подвез какой-то итальянец, не говорящий на английском, но обрадовавшийся, услышав «Ливорно». Ему было по пути, но предложенные деньги он взял и даже глазом не моргнул. В порт я попал уже затемно, уставший, но довольный прошедшим днем. После такого необычного приключения хандра испарилась без следа, и я даже готов был честно просидеть в трюме неделю, будучи наказанным. Надо только завтра съездить, забрать катер, если его никто не угнал, иначе сидеть мне в трюме не неделю, а гораздо дольше.
Поздно вечером в порту было темно и необычно тихо, но на корабль незамеченным проникнуть не удалось. Меня спалили еще на подходе, поэтому, когда я тихонько поднялся по трапу, наверху уже ждала мама вместе с братом и Джимом.
— Кузьма! — мама ловко сцапала меня за ухо, осмотрела удивленно. — Ты зачем катер угнал? Где он, кстати? Только не говори, что утопил наш последний катер!
— Не утопил, — виновато отозвался я. Не смог сдержать улыбку, встретившись взглядом с Джимом. — Бензин кончился. Километров шестьдесят на север. Там ремонтный док и буксир разбитый.
— Кузя, нельзя же так, — она вздохнула, обняла меня. — Но не жди, что это останется без наказания. Пойдете вместе с Артуром, которой тебе помог катер спустить, картошку чистить на камбуз. И будете там работать, пока картошка сниться не начнет. И что с твоим видом?
— А, точно, это я молнию отразил. Ты говорила, что рано еще, и тренироваться больше надо. Ерунда! Я молнию метра на два отбросил минимум, и даже не обжегся. Ты чего?
Она ухватила меня за шиворот и стянула футболку. Два синяка на груди стали немного больше, чем днем, при этом совсем не болели.
— Стреляли? — спросила она прищурившись.
— Этот оболтус на ровном месте найдет неприятности, — рассмеялся Саша. — Интересно, кто в него молнию запустил? И, похоже, мы это очень скоро узнаем…
Действительно, в порту появилось несколько машин, разрезая темноту светом фар.
— Ливио! — повысила голос мама.
— Да, мэм! — послышалось из-за дальних ящиков. — Все сделаю, мэм!
С той стороны послышался шум, голоса, говорившие на итальянском и звук чего-то упавшего.
— У! — мама показала мне кулак, затем посмотрела на Сашу. Тот демонстративно вздохнул и ушел занимать зрительские места подальше.
Джим обошел нас, посмотрел вниз на остановившиеся машины.
— Два сильных мастера, — констатировал он.
Гостей ждать долго не пришлось. Спустя минуту к нам поднялся крепкий мужчина, не уступавший комплекцией Джиму, а за ним следом тот самый мастер из поместья, куда я отвез Эсмеральду. За ними следом шел хитрющего вида мужчина с дипломатом. Увидев последнего, мама едва заметно поморщилась. Подобных типов она терпеть не могла.
— Добрый вечер, — миролюбиво поздоровалась мама, выдав деловую улыбку. — Что привело вас на корабль международной фирмы наемников?
— Здрасти, — кивнул я знакомому мастеру.
— Кузьма, надеюсь, ты никого не убил? — шепотом спросила мама у меня на русском, положив руку на плечо и больно сжав.
— Только пару бандитов, — так же шепотом ответил я.
— Если Кузьма что-то натворил, мы готовы все компенсировать, — сказала она уже на английском, обращаясь к главному. — Я уверена, что он ни в чем не виноват, просто так сложились обстоятельства.
— И я рад, что обстоятельства сложились именно так, — сказал он. — Маркиз Сальви, очень рад знакомству.
Услышав титул, мама снова улыбнулась, сжав плечо еще сильнее, и немного облокотившись на него, чтобы не пошатнуться.
— Что он натворил? — спросила она, понимая, что отделаться так просто не получится.
— Спас жизнь моей дочери и вернул внуков, — спокойно сказал маркиз. — А потом убежал, не дав как следует его отблагодарить.
— Да? — мама перевела на меня недоверчивый взгляд.
— Вы простите, я немного задержался, — вставил маркиз. — Нужно было утрясти вопрос с нелепыми обвинениями в ваш адрес по поводу контрабанды оружия. Мы можем поговорить где-нибудь в более удобном месте?
* * *— Не смейся, — я толкнул плечом Тасю. — Все так и было, слово в слово. Только красок не хватает, чтобы описать выражение лиц взрослых, особенно Маурицио, когда я рассказывал им, как в меня молнией ударили. Эсмеральда говорила, что молнией в нее и детей целились, но это не так. Тот мастер целенаправленно меня хотел поджарить, но я умудрился молнию отвести. В первый раз, кстати. Технику-то я знал, но случая попробовать не было.
— Когда молния в жертву попадает, стоящие рядом с большой вероятностью тоже могут пострадать, — сказала Тася. — Но как ты там оказался в нужном месте и в нужное время, удивительное совпадение.
— Я же говорю, бензин закончился, и там было единственное тихое и безлюдное место.
— А в буксир зачем полез? — спросила она. — Там же дизель, наверняка, а ваш катер бензиновый.
— Наш катер на всем, что горит, может работать, — важно сказал я. — Техники обещали, что и на спирту поедет. Правда, я не пробовал, но уверен, что смог бы. Мы же в Африке работали, а там с хорошим топливом туго.
— А кто их похитил? — спросила Алена.
— Да супруг Эсмеральды, паскуда, — я поморщился. — Он тоже из благородной семьи выходит, только там все… один другого краше. Почти семь лет прошло, но я уверен, рано или поздно маркиз его достанет. Он детей хотел забрать, а красавица и умница жена ему была не нужна. Эсмеральда — прекрасная женщина, умная, красивая и добрая, не знаю, каким мерзавцем надо быть, чтобы подобное задумать. Мы с ним пересеклись потом, года через два, когда я в Италию на каникулы приезжал. Руки чесались ему голову отвернуть, но маркиз меня убедил не делать глупости. Ладно, давайте его не вспоминать, а то я ворчать буду целый день. Лошадей смотреть будем? Скоро обед, а мы еще до конюшен не дошли.
— Будем, — улыбнулась Тася. — Пойдем.
Первый день нашего отпуска прошел просто замечательно, мы много гуляли, общались с родными, а маркиз Сальви организовал приятный семейный ужин. Чтобы не портить настроение и впечатление от встречи, мы решили отложить серьезный разговор на утро. Думаю, что это было правильным решением. Дом, который нам выделили, по размеру не уступал поместью Сальви и располагался практически напротив. В нем было девять спален, две гостиные, два рабочих кабинета, четыре ванные комнаты и большая обеденная, где должна собираться семья за трапезой. Вообще, у маркиза очень много родственников и дом как раз предназначался для них, когда они собирались все вместе на какие-нибудь торжества. Итальянские кланы, в отличие от многих других, формировались исключительно по родственным связям. Как они любили повторять, войти в семью можно, выйти из нее нельзя. Собственно, предательство семьи всегда наказывалось максимально жестко, поэтому прецеденты за последнюю сотню лет можно пересчитать по пальцам.
Проснувшись утром ближе к шести часам, я не стал будить Тасю и тихонько отправился на зарядку. Ночью было тепло, градусов восемнадцать, поэтому днем ожидалась прекрасная, а, возможно, и жаркая погода. Подумав, что отвыкаю от кимоно, решил сегодня выбрать именно его. Брал с собой в отпуск отличный экземпляр из прочной ткани, где куртка с обрезанными рукавами. Подвязал к поясу мешочек, подаренный сестрами Юй, в котором хранил боевой стержень. Сегодня хотел потренироваться именно с ним. Кстати, надо сказать о сестрах Юй, которые приехали сюда аж четыре дня назад. Оксана вчера хвалила, говоря, что их помощь пришлась как нельзя кстати. Но из гостевого дома девушки практически не выходили.