Девочка из прошлого (СИ)
Я засыпаю глубокой ночью и просыпаюсь от топота маленьких ножек по полу. Тим забирается на кровать с книжкой в руках и прижимается ко мне маленьким тельцем. Обнимает за шею и целует в щёку. Мне плевать, что рекомендуют психологи и как советуют воспитывать мальчика — я хочу дарить ему всю нежность и любовь, которые у меня есть, целую и обнимаю его так часто, как того требует материнское сердце. Рассматриваю Тимура по ночам и нередко задаюсь вопросом: каким папой был бы Динар для нашего сына? У него ведь не было отца. Был только мой, и он любил нас троих.
— Вот вы где! — Сима заглядывает ко мне в спальню. — Доброе утро!
— Доброе, — улыбаюсь я и спускаю ноги на пол.
— Я блинчики поджарила, будете?
Мы спускаемся вниз и обсуждаем с Симой планы на предстоящую неделю, затем я убираю посуду со стола и иду за телефоном. Нахожу в интернете номер салона, в котором когда-то работала, и звоню в надежде узнать, что Марина в нём появляется. Меня не отпускает навязчивая мысль встретиться с ней. Возможно, она откажется со мной говорить, или скажет какие-нибудь ужасные слова о Динаре. Хотя я и так знаю, что он далёк от идеала, а желание узнать, что случилось два года назад, очень велико.
Администратор сообщает, что Марина Сергеевна бывает в салоне каждый день по будням с четырёх до шести. Я благодарю девушку и завершаю вызов. Снова смотрю на часы. Пора собираться, иначе опоздаю.
Илья приезжает через час. Заходит в дом и возится с Тимом в гостиной, пока я укладываю волосы.
— Ты покоришь моих родителей в этом наряде, — улыбается он, когда я выхожу к ним в гостиную.
Я выбрала белый брючный костюм и в этом комплекте действительно выгляжу впечатляюще. Мне его Яна привезла из Италии, обожаю такие лёгкие и воздушные вещи. К тому же погода сегодня солнечная. На фоне зелени и ярких красок на даче я буду смотреться очень хорошо.
— Совсем забыла уточнить. Мы будем там одни?
— Ближе к вечеру соберутся друзья и родственники, а пока да, одни. Мы потом уедем. Я сегодня договорился с Дегтярёвыми встретиться. Так что у нас своя вечеринка намечается.
Мы выходим из дома и идём к воротам.
— Илья… Сегодня вечером я не смогу.
— Почему? — искренне удивляется он, открывая для меня дверь своего спорткара.
— Потому что у меня Тим. А я каждый день с момента нашего возвращения только и делаю, что провожу по вечерам время с тобой и твоими друзьям. Илюш, он же маленький, ему мама нужна. Он не может всё время быть с няней. И я так не могу...
Илья задумчиво кусает губу, и в его глазах появляется недовольство.
— Наташ, так-то ты весь день с ним проводишь, разве нет? Со мной от силы два-три часа. К тому же ты молодая, красивая девушка. Да, родила рано, но зачем ставить на себе крест? Тебе нужно больше развлекаться и отдыхать. Ты же то на работе, то дома, а жизнь проходит! Молодость не вернётся!
Бесполезно спорить. Каждый из нас всё равно останется при своём мнении. Пока Илья не заведёт своего маленького — не поймёт, какая это ответственность. Да, тусовки и молодость никто не отменял, но всё время гулять — здоровья не напасёшься, да и мои жизненные приоритеты давно сместились в сторону ребёнка. Это нормально. Меня не за что упрекать.
— Сегодня вечером я пас, — повторяю с нажимом. — Предыдущие дни я домом и делами занималась, сыну мало внимания уделяла. Хочу съездить с ним в город, погулять в парке, покататься на катере. Ты можешь поехать с нами, если хочешь.
— Звучит как ультиматум, — усмехается Илья. — Я выбирать должен?
— Ну ты же ставишь передо мной такой выбор.
— Это не выбор, Наташа, а попытка напомнить, что тебе всего двадцать два, а не тридцать плюс.
Я закатываю глаза. Не люблю, когда он начинает подобные разговоры. Ведь я не ограничиваю его в гулянках. Но я несу ответственность за Тима и никогда не могу до конца расслабиться. Ни бабушки, ни дедушки, на которых можно оставить малыша, у меня нет. Есть Сима, но у неё своя семья, и она тоже устаёт. Я не могу всё время взваливать на её плечи заботу о Тимуре. И не хочу так. Я не для того рожала ребёнка, чтобы перекладывать его воспитание на нянек.
Плавно перевожу тему в другое русло и прошу Илью остановиться у ближайшего цветочного магазина, пока мы не выехали за черту города. Неудобно появляться в доме Ракитиных с пустыми руками. Настроение стремительно взмывает вверх, когда мы выходим из цветочного магазина с двумя шикарными букетами, один из которых Илья купил для меня. Он нежно касается губами виска и обнимает за талию, нашёптывая на ухо, какая я красавица.
Но, увы, хорошее настроение тут же меркнет, когда на противоположной стороне дороги я замечаю внедорожник Динара и его самого, разговаривающего на улице с незнакомым мне человеком. Я и забыла, что здесь находится его офис. Всё же возвращаться в Питер — плохая идея. Не готова я к частым и внезапным встречам с прошлым, которое не могу забыть. Асадов поворачивает голову и тоже замечает нас. На мне слишком яркая одежда. Динар задерживается на Илье, который прижимает меня к себе, и обращает внимание на букет в моих руках. Прямой взгляд в глаза, и внутри всё будто срывается с огромной высоты. На секунду я замечаю растерянность на лице Динара, но ровно на секунду, потому что в следующее мгновение он отворачивается и концентрируется на собеседнике, делая вид, что не заметил нас.
— Наташ, что застыла? — спрашивает Илья, впиваясь пальцами в талию, а я прячу раскрасневшееся лицо в красивых бутонах.
Бросаю ещё один взгляд на Асадова. Он облокотился о внедорожник и смеётся, обсуждая что-то с собеседником. Я вижу, как подрагивает его грудь, и лишь твёрже убеждаюсь в том, что ему всё безразлично. Сама не понимаю, что на меня находит. Я резко поднимаю голову, приподнимаюсь на носочки и тянусь к Илье, впиваясь в его губы жадным поцелуем. Раньше Динар пальцы мужчине ломал, стоило тому ко мне прикоснуться, а сейчас как будто боится взглянуть лишний раз, или это очередная маска? Сколько их у него?
— Наташа… — вздыхает Илья, когда я отстраняюсь, чтобы сделать глоток воздуха. Голова кружится, и чувства запредельные... Пульс подскочил... Такое у меня с Ильёй впервые. — Что это было? — хрипло спрашивает он.
— Анонс того, что тебя ждёт в Карелии, — резюмирую я, взглянув на Асадова.
Динар стоит как ни в чём не бывало и продолжает разговор с собеседником. Правда, уже не смеётся. Но и в нашу сторону не смотрит. Видел наш поцелуй или нет? А впрочем, какая разница?
— Я что-то передумал ехать к родителям, — счастливо улыбается Ракитин и снова тянется к моим губам, но я опускаю голову.
Прячу лицо на его груди от желания расплакаться.
Дурочка! Какая же я всё-таки маленькая и глупая дурочка. Меня задевает, что Динар ведёт привычную для него жизнь и ему плевать на меня, в то время как я рву себе сердце и душу в клочья, всё ещё утешаясь мыслью, что он ко мне что-то чувствует. Безразличие и холод! Вот весь спектр его чувств и эмоций по отношению ко мне.
17 глава
Наташа
Я набираю Симе сообщение, чтобы узнать, как у них с Тимом дела, получаю в ответ, что они вышли погулять во двор, и затемняю экран, довольно улыбаясь. В течение дня я часто им пишу, если не могу находиться рядом. Привычка. Поднимаю взгляд и замечаю, что Илья, прищурившись, следит за выражением моего лица. Быстро подмигивает мне и обнимает за плечи.
— Я же говорил, что ты им понравишься, — шепчет он на ухо, пока никто не видит. — Зря переживала, златовласка.
Ракитины действительно хорошо меня приняли. Разговаривают вежливо, ведут себя приветливо, как и подобает людям такого статуса. Ирина Вячеславовна много расспрашивает у меня про Тимура. Возможно, потом, оставшись наедине с какой-нибудь из близких подруг, она будет перемывать мне косточки, но, к счастью, я этого не услышу.
Мы покидаем дачу ближе к вечеру, сытые, довольные и в приподнятом настроении.
— Ну, что ты решила с Дегтярёвым? — спрашивает Илья, когда мы оказываемся в машине. Нажимает пальцем на кнопку запуска и кладёт руки на руль.