Дракон с королевским клеймом

— Возможно, вопрос о том, стоит ли верить в предсказания.
— Конечно, стоит. А как же без этого? Кто я, если не буду рассказывать о задуманном узоре из нитей ваших судеб?
Она повернулась, глянула в упор. В черных глазах старухи жила очень молодая, очень голодная и страшная тьма.
Итан помолчал.
С богами не поспоришь, это точно. И на самом деле кое-что не давало ему покоя, и было это кое-что именно в предсказании.
— Мне кажется, — сказал он медленно, — твое предсказание для меня… Оно немного… было ошибочным.
Хитрые морщинки вокруг молодых черных глаз.
— Это отчего же?
— Ты говорила о том, что я буду мужем королевы. И о том, что надену корону, после того, как перейду топь. Но ни слова не было сказано о моей жене. О том, что когда-нибудь я буду счастлив.
Он посмотрел на иссушенные временем темные руки предсказательницы. Она держала иx на коленях, переплела тонкие корявые пальцы.
— Мои предсказания всегда верны и всегда сбываются, — негромко проскрипела она, — тебе ли не знать?
— Ни слова о Вельмине. — Итан невольно содрогнулся, — значит ли это, что…
— Что вы не будете вместе? Что она умрет? Или ещё что-нибудь вас разлучит?
Старуха хихикнула. И снова несуществующий порыв ветра перемешал ее тонкие косицы, выбившиеся из-под алой бархатной шапочки.
— Ты боишься этого, да-а-а… Я знаю, — проскрежетала она, — но, раз уж мы встретились еще раз, заверю тебя, что бояться нечего.
— Вельмины не было в твоем предсказании, — повторил Итан, — почему?
— Дурак, — беззлобно сказала Старица, — я ж говорила, будешь мужем королевы. Говорила?
— Но…
— Ты — король. А у короля, как правило, бывает и королева. Так что тебе ещё надо?
— Это, знаешь ли, очень походит на то, что мы сами натягиваем на себя слова предсказания, как… как тесные башмаки.
— Много умничаешь, — обиженно заметила гадалка, — как с вами, такими умными, разговаривать? Так и богам больше не будет дел на этих землях, и нам придется уйти… Когда-нибудь это случится, вот увидишь.
Кряхтя, она поднялась. Маленькая, сгорбленная. И такая тьма в глазах. Тьма, принадлежащая вечности. Старуха пожевала губами, окинула Итана насмешливым взглядом.
— Ты — муж королевы, — сказала с усмешкой, — так что радуйся. Что бы я ни предсказала, оно сбылось.
И, недовольно поджав тонкие губы, медленно побрела прочь. Ее алая накидка казалась кровавым росчерком в предрассветных сумерках и как будто светилась изнутри.
Итан остался сидеть, провожая ее взглядом, глядя, как красное пятно постепенно тонет в осеннем тумане. И поймал себя на том, что все сомнения и тревоги, что посещали его до сего дня, ушли, растворились в осени, как и фигурка в красной накидке. На смену им пришла уверенность, что его судьба сплетена правильно, нити крепко свились с нитями судьбы Вельмины де Триоль, а что до предсказаний… Сказала же богиня — радуйся.
Именно этому совету он и собирался следовать.