Здравствуй, Мир!

Видимо, вид у меня получался даже более, чем уверенный, так как ни одного вопроса или возражения по поводу выбора мной пути от Лоруана не последовало.
Интуиция же… не подвела. Чтобы выбрать не какое-то просто отличающееся направление, которое вполне возможно было бы относительно незаметно подкорректировать до правильного, а именно диаметрально противоположное — необходимо обладать действительно выдающейся интуицией!.. и совершенно не уметь её слушать.
***
Утро началось для меня, как обычно, ещё до рассвета. Едва лишь край неба над горизонтом принялся светлеть, я уже вскочил со своего лежачего места и принялся разогреваться зарядкой, прогоняя зябкость, пытающуюся овладеть моим телом вместе с утренним туманом, росой и влажностью, тянущейся от ручья.
По завершении зарядки, почти уже перешедшей в тренировку, я быстренько вымылся в водах всё того же ручья, кажущихся обжигающими, в сравнении с окружающим воздухом. Собрался и поспешил к оговоренному накануне месту встречи с Графом.
Лоруан… задерживался (начальство не опаздывает). Пришлось его дожидаться, развлекая себя тем, что метал в стоящее возле дороги сухое дерево, накупленные у Гордона по дешёвке метательные ножи. Самые-самые простые. Без каких-либо улучшений и модернизаций «ядрами». Чисто и нужные-то только для того, чтобы убивать ими время и скуку, когда они появляются. Ну и навык худо-бедно поддерживать, не говоря уж о том, чтобы развивать. На последнее надежды не много — всё же тренировки, чтобы иметь какой-то смысл, должны быть периодическими и регулярными, а не от раза к разу, как у меня.
До появления, наконец, Лоруана, я успел один из ножей своих сломать, другой потерять.
Хорошо ещё, что у меня таких в запасе ещё с десяток в сумке валяется. Иначе бы расстроился. А так — обычный рабочий момент. На тренировках ножи постоянно ломаются и теряются. Если относиться к этому слишком серьёзно — с ума сойдёшь, расстраиваясь и оплакивая потери. В конце концов: ножи при метании — не инструмент, а расходник.
***
Существует в жизни такой интересный закон, который работает независимо от мира, в котором находишься, так как завязан он на самого человека и его восприятие. Звучит он примерно так: «Как к ситуации отнесёшься, таким боком она и развернётся». Для примера возьмём пожар в доме, полностью уничтоживший квартиру со всеми вещами и документами. Однозначное горе и несчастье — верно ведь? Да? А теперь вспомним Тайлера Дёрдона — с чего началась их с Рассказчиком история? С того, как они эту ситуацию развернули.
Я — не Тайлер. И не Рассказчик (хотя, для «вас», тех, которых не существует, с этим утверждением уже можно поспорить). Да и ситуация у меня не равносильна пожару (хотя, если взять её не применительно к сегодняшнему дню, а ко всей ситуации с попадаловом в этот мир, то вполне себе сопоставима. Да и разговаривать с самим собой я уже давно начал… осталось теперь только морду начать самому себе бить и можно смело основывать своё собственное Тайное Общество с Тайным Уставом и Коварным Планом), но развернуть её так, чтобы не сгорать со стыда, я могу. И смог.
Как? Элементарно: это не я долбодятел, это я так над Графом прикалываюсь, старательно доводя его до белого каления.
Лоруан… Лоруан профи. Лоруан крепкий орешек. Он не выдержал и задал сакраментальный вопрос: «Иван, ты идиот?», только спустя сорок минут после того, как мы начали своё движение в полностью противоположном вчерашнему направлении. Буквально по собственным же следам.
Хотя, может быть, он просто не проснулся ещё? Всё же, чтобы вставать с рассветом и быть при этом бодрым, привычку надо иметь.
На его сакраментальный вопрос, я дал вполне предсказуемый ответ: «Нет». Правда, после этого короткого ответа последовало довольно длинное уточнение.
— Ванька не идиот. Ванька — Дурак. А Дурак — звучит гордо. Дурак — это главный Герой всех национальных сказок моего народа!
— Ты издеваешься? — последовал несколько более осмысленный вопрос с его стороны, приправленный изрядным подозрением во взгляде.
— Как ты догадался?!! — вытаращился на него я. Он… он мученически вздохнул и закатил глаза к небу. Какое-то время после этого, двигались молча. Он на своём коне, я — на своих двоих, весело помахивая ломиком с «бафом» на Интеллект. — А ты вообще знаешь куда ехать? — после нескольких минут мыслительной работы выдал новое подозрение Граф.
— Туда, — беспечно указал я вытянутым в вытянутой руке параллельно земле ломом. Граф прикрыл глаза веками и, видимо, сосчитал до десяти.
— Как с тобой Сакура умудрялась путешествовать? — мученически вздохнул он.
— Легко, — тут же последовал мой ответ. — Каждый вечер нашего путешествия обнулял всё недовольство, накопившееся за день!
— Надеюсь, ты сейчас не предложишь мне такой же способ сброса негатива? Даже в шутку? — с опасением поглядел на меня он.
— Ни в коем случае! — с возмущением отозвался я. — Моя гетеросексуальность незыблема! Мне нравятся исключительно симпатичные девушки и женщины, исключительно совершеннолетние, исключительно репродуктивного возраста, не превышающего мой собственный.
— Хватило бы простого «нет», — поморщился Лоруан.
— Да и вообще: ты не в моём вкусе.
Граф только снова вздохнул.
***
В Камиш входить мы не стали. Не имело это никакого для нас смысла. Обошли его по кругу в виду городских стен. Большой город — почти полдня обходили. Не ну а что? Хоть и мухосранск, а всё ж — столица. Имперскую-то столицу, небось, и за неделю так пёхом не обойдёшь.
Дальнейший путь не был особенно примечательным. Всё, как и раньше: пыльный просёлок, обработанные поля, сады и виноградники, Граф на коне, я на своих двоих. Вялый разговор-пикировка, содержащий настолько мало какой-либо полезной информации, что только диву даёшься.
Вечером, когда я стал подыскивать себе место для привала, Граф даже пытаться спорить со мной не стал. Сразу повернул коня к ближайшему трактиру. Молча.
Мне же оставалось только пожать плечами и утопать подальше в поле, чтобы с дороги видно не было. А там уже подыскать ложбинку поукромнее, и разбить в ней палатку, так как нынче спать прямо под открытым небом, было не слишком комфортно — начинало хмуриться небо, и накрапывать дождик. Поэтому, внутри палатки было спокойнее — не придётся экстренно её ставить, в том случае, если накрапывание внезапно станет полноценным дождём.
***
Новый день не сильно отличался от предыдущего. Всё та же дорога, всё те же поля с работающими на них крестьянами. Только что небо в тучах вместо вчерашнего и позавчерашнего света солнца.
К полудню ближе местность начала приобретать холмистый характер. Я начал с большим вниманием и интересом вглядываться в очертания этих холмов. Возле прохода между двумя такими, я остановился. Достал карту. Развернул. Сверился. Указал рукой вперёд и сказал.
— Там! — Граф нахмурился.