Здравствуй, Мир!

Прям таки «снайперский комплекс будущего» получился. С программируемой «самонаводящейся» пулей. Практически «вундервафля»…
За маленьким нюансом, естественно: ограничение на ранг цели.
Из своего «Ремингтона» я способен поразить лишь цель на один ранг выше, чем ранг «ядра», использованного в острие «пули». А «ядро» для «пули» мог использовать только на ранг выше, чем самое мощное «ядро», использованное в самой винтовке. Иначе, её просто разорвёт у меня в руках, что, согласитесь, было бы до крайности неприятно.
Вот и получается, что поразить я могу цель только C-ранга. При том, что в «пулю» вложу D-ранг. Теоретически, конечно, я могу и B-рангового монстрика завалить из своего слонобоя. Теоретически. Если «ядро» для «пули» C-ранговое сумею достать. Если сумею. А это ох как не просто сделать!
Мало само умертвие завалить. Надо ещё к его «трупу» подобраться! А умертвия, они, блин, по одному не ходят! У каждого из них нехилая такая свита имеется, не меньше, чем из десятка D-ранговых костяшек. А про то, какие они умельцы засады устраивать, я уже в самом начале говорил. Ни к чему повторяться.
А ведь есть ещё и то обстоятельство, что «убитая» нежить, если её качественно не «обезглавить», снова поднимается! Что уже вроде бы делает моё охоту подобным способом вовсе бесполезным занятием. Вроде бы. Но есть нюанс.
Собственно, как и везде, и всегда. Нюансы присутствуют во всём.
И здесь нюанс следующий: после «убийства» нежить поднимается, это — да. Но она поднимается на ранг ниже, чем была до «убийства». А это, согласитесь, уже совершенно другой разговор! И смысл в мои действия возвращается!
А, если ещё к этому прибавить те пятьсот метров, на которых я моим «Ремингтоном» с девяносто пяти — девяносто семи процентной вероятностью способен поражать цели размером с волейбольный мяч, и то обстоятельство, что за границы долины нежить не выходит, тогда как я способен забираться на ограждающие её холмы… То получаем «чит». Или, скорее уж, «багоюз» для набора «экспы». Которым было бы совершенно глупо с моей стороны не воспользоваться.
Так что, меняем позицию и ищем подходящую под уровень заряженной в «Ремингтон» пули цель, плавно выбираем свободный ход спусковой скобы, ловим взглядом цель в прицеле, совмещая точку прицеливания с красной точкой в центре прицела, задерживаем дыхание и… готовимся к боли в плече от поистине бешенной отдачи моего слонобоя при выстреле…
Сезон сафари, после трёхнедельного простоя, ушедшего на разработку и воплощение в кости моего творения, снова открыт!
— Вы всё ещё мертвые? Тогда мы идём к вам… — тихо пробормотал я часто повторяемую мной крайние месяцы шутку, а губы сами собой изогнулись в чуть озорную и слегка напряжённую улыбку…
***
 
Глава 60
***
«Бог создал людей разными: сильными и слабыми. А Полковник Кольт уравнял их», — сама собой всплыла в голове довольно известная фраза из какого-о американского фильма. Причём, саму фразу я помню хорошо. И даже то, с какой интонацией она должна была говориться. А вот фильм, из которого она взята, и герой, который её произносил — из моей памяти выветрились напрочь.
Так вот, эта фраза, в последнее время, всё чаще и чащ е начинает в моих мыслях звучать. Слишком легко стало убивать C и D-ранговую нежить. Никакого сравнения с тем, когда я с молотом или ломом на перевес кидался на них в рукопашную, или подкарауливал, устраивая «засаду». Когда приходилось терпеть удары, царапины, укусы, ожоги от близко пролетевших огненных шаров… Совершенно никакого сравнения.
Я просто навожу красную точку прицела на затылок очередного умертвия или гуля, и нажимаю на спусковой крючок. Всё. Очень просто. Слишком просто. Пугающе просто. Наводит на заставляющие бегать по спине толпы мурашек мысли о том, что кто-то другой, вот так же вот может в этот, или какой-то другой момент, наводить свою красную точку на твой затылок…
Сразу начинаешь понимать, точнее вспоминать, почему на войне так сильно не любили снайперов. И что с ними делали, если всё-таки ловили…
Но, если отбросить в сторону все подобные рефлексии, то с каждым новым убийством действительно становилось проще. Появлялась привычка. Приклад удобнее лежал в руках. Отдача уже не так сильно «лягала» в плечо. Поражение целей становилось увереннее.
Нынче «рабочей» дистанцией для меня были уже не пять сотен метров, а шесть — шесть с половиной. Только успевай «пули» вытачивать.
Хотя, это я всё же несколько преувеличиваю «легкость» задачи. Ведь «ядра» надо было ещё собирать. Это запас F-ок и E-шек у меня был ещё неисчерпаемо приличный. А вот D-ранговые «ядра» были на счёт. По пальцам одной руки пересчитать можно.
А умертвие E-шкой не завалишь — проверено. Я пробовал. И попал. И шлем пробило. И даже с костлявых ног сбило. Но на этом и всё. Шлем взрывом «пули» (хотя, учитывая особенности конструкции и принцип действия, то скорее уж «снаряда») с головы снесло, обнажив лысый треснувший и слегка подкопчённый в месте попадания череп. Но и только. Неупокоенный мертвый командир или полководец, поднятый чьей-то волей и сохранивший все свои навыки, которыми обладал при жизни, лишь только разозлился и тут же юркнул за ближайшее дерево, принявшись раздавать команды своей свите.
Рисковать и дожидаться момента, когда этот подкопченный стратег сообразит, откуда пришла опасность и организует из своих подчиненных грамотную облаву, перекрыв мне все возможные пути отхода, я не стал. Зарядил D-шную «пулю», поймал чуть высунувшуюся голову умертвия в прицел и разнёс её к хренам новым выстрелом. Чтобы не рисковать. Мало ли, до чего эта костяшка додумается. Не даром же она C-ранговая.
Ну, пусть опыт дал отрицательный результат, но отрицательный результат — тоже результат. Да и именно эту группу я не просто так выбрал — они были ближе всех других к «чистой зоне». К той территории, на которой я уже всю нежить повыбить раньше успел. И имелся не нулевой шанс того, что я смогу дойти до «трупа» и успеть подобрать «ядро». Точнее «ядра». Потому, что я выбил из своего слонобоя всю группу, даже не став менять в этот раз стрелковую позицию. Тринадцать выстрелов. Тринадцать разнесённых черепов. Тринадцать осыпавшихся костяков и трупов гулей.
***
Я шёл очень осторожно. Прислушивался к каждому шороху. Внимательно приглядывался к листьям деревьев, не начинают ли они где-то резко желтеть или осыпаться. Всё же, это свойство влияния нежити на окружающую живую растительную обстановку, являлось весьма четким и надёжным демаскирующим засады признаком.
«Ремингтон» остался там, на холме, в лёжке. На хоть сколько-то близкой дистанции от него нет совершенно никакого толка. Он может только помешать реагировать достаточно оперативно… и драпать достаточно быстро.
До места побоища я добрался на удивление без происшествий. Всё-таки, месяцы, что ушли у меня на зачистку «чистой» территории не прошли даром. Работу, за которую я берусь, я всегда выполняю качественно. Есть у меня некий пунктик на этом.