Последнее прощай
— Его книга, — поправила Габи, сверля Анну глазами в ожидании, пока та сообразит.
Анна рассмеялась:
— Ну нет! Нет конечно, — отмахнулась она и протянула книгу обратно Габи. — Броуди Александр, — заметила она, — это не Броуди Смит. Когда я гуглила, поиск выдал кучу таких же результатов. Это не он.
— Это один и тот же человек. Полное имя Броуди Александр Смит.
Анна покачала головой:
— Но я заходила на его сайт. Там было сказано, что он живет в Лондоне. Он женат…
Габи многозначительно на нее посмотрела, затем открыла обложку и пролистнула на страничку с выходными данными. Ее ноготок постучал по кремовой бумаге.
— Она издана в две тысячи восьмом году. Может, тот сайт просто не обновляли? Может, какое-то время он жил в Лондоне. А еще ты говорила, что он потерял свою…
— Жену, — закончила за нее Анна.
Она выхватила книгу из рук Габи. На обложке было то же черно-белое фото автора, что она видела в интернете. Сердце на секунду замерло. Так это был Броуди?
— Вот почему поиск выдавал Броуди Александра, когда мы гуглили Броуди Смита, — объясняла Габи, победоносно сверкая глазами.
Ей всегда нравилось строить из себя детектива-самоучку.
— Я прочитала про него несколько статей. В одной из них было названо его настоящее имя и сказано, что книги он пишет под другим.
Анна не отрывала глаз от фотографии. Она представляла его себе иначе. Совсем другим. Но каким-то странным образом это лицо неплохо — даже идеально — подходило тому голосу, что она слышала на другом конце линии, голосу, к которому она так привыкла, что, если бы захотела, легко могла бы воспроизвести в памяти обрывки их разговоров.
— Правда, лучше тут подошло бы слово «писал», — поправила себя Габи. — Он давно уже забросил это занятие. Его фанаты все еще ждут выхода шестой, финальной, книги из этой серии.
Анна взглянула на Габи. Все это была какая-то бессмыслица. Броуди никогда не затрагивал тему писательства, вообще творчества, если не считать поделок из дерева. Правда, Анне это казалось чем-то из разряда хобби для пенсионеров. Хотя… как же он однажды сказал?.. Что-то про деньги, которые удалось заработать за карьеру. Он от нее уже отошел, но смог позволить себе купить коттедж… Анна почувствовала дрожь в теле.
Так вот в чем был его секрет! Почему же он скрывал это от нее?
— Есть еще кое-что, — нерешительно добавила Габи. — На одном сайте также было написано, почему почти за десять лет он так и не написал ни одной новой книги, почему он исчез. Произошел несчастный случай…
— Я не хочу знать! — громко выпалила Анна, отчего пара других посетителей обернулись и хмуро на нее посмотрели. — Я не хочу этого знать, — повторила она тише, глядя Габи прямо в глаза, чтобы было ясно — она не шутит.
Она решила, что не станет совать в это свой нос. Как бы отчаянно ей ни хотелось узнать все, о чем Броуди молчал, она не могла заставить себя так с ним поступить. Если бы он хотел, чтобы она знала, то сказал бы. И совсем скоро непременно так и сделает.
— Но…
— Нет, — решительно шепнула Анна и приложила палец к губам Габи. — Я хочу услышать от тебя только одно: считаешь ли ты, что он тот, за кого себя выдает? Говорит ли он мне правду о себе?
Габи кивнула:
— Думаю, да.
— Вот и все, что мне нужно знать, — заключила Анна спокойно, несмотря на то, что внутри она чувствовала себя иначе.
Габи вздохнула, с недоверием глядя на нее:
— Ладно. Если тебя это устраивает.
— Вполне, — отозвалась Анна и засунула книгу обратно на место. — А теперь давай что-нибудь перекусим, прежде чем я вернусь в офис, — предложила она и вывела Габи из магазина.
Впрочем, позднее, когда рабочий день был окончен, она обнаружила, что снова направилась к тому магазину. Затем она вдруг оказалась внутри и домой она уже отправилась, неся на дне своей сумки книгу в твердом переплете.
* * *
Анна сидела в просторном кафе садового центра, откуда было рукой подать до дома Скотта и Терезы неподалеку от Уэстерхема, славной деревеньки на съезде с М25. В следующую же субботу после вечеринки они с Терезой договорились устроить посиделки. «Неужели прошла всего неделя?» — мысленно недоумевала Анна. По ощущениям, успело пройти не меньше месяца с того момента, как они с Джереми покинули стены Уорлингем-Корт-отеля.
Тереза отлучилась купить им по капучино. Анна тем временем заняла места и присматривала за племянником.
— Ну какие же у него аппетитные круглые щечки! — восхитилась она, когда Тереза вернулась, неся в руках поднос с двумя кружками дымящегося кофе. — Прости! — поспешила добавить Анна. — Надеюсь, это не считается детским буллингом за пухлость!
Тереза рассмеялась:
— Ему уже почти пять месяцев. Он и должен быть кругленьким, — она потянулась за своим капучино и сделала глоток. — А если уж мы говорим об аппетитных мужчинах, то как у вас дела с твоим другом, который был на моей вечеринке?
— Хорошо, — ответила она. — Это пока неофициально. Ничего серьезного.
— А что так? Разве он не такой лакомый кусочек, каким показался?
— Ну да, лако… то есть замечательный. Очаровательный, любезный, интересный…
Тереза улыбнулась:
— Ты заслуживаешь какого-нибудь славного парня. Уж поверь мне.
— Я знаю, — ответила Анна, с удивлением обнаруживая, что искренне верит в эти слова, — но…
— Но?.. — нахмурилась Тереза. — Уж не сомнение ли я слышу? Потому что мы с ним недолго поболтали у бара, когда он брал напитки. Мне показалось, что он отлично тебе подходит.
Анна вздохнула:
— Я знаю. Он славный. Я должна сходить по нему с ума.
— Тебе просто нужно дать себе время. Было ясно, что начать встречаться с кем-то после Спенсера непросто. Вы, ребята, были такими влюбленными — аж до тошноты.
— Может, в этом-то все и дело, — заметила Анна, кивая, — может, я слишком заморачиваюсь.
Маленький Спенсер завозился и зашумел. Тереза забрала его у Анны, усадила в коляску и встала, чтобы было удобнее его качать.
— А он был так заботлив, безропотно отвез тебя домой после всего, что случилось между вами с Гейл в ту субботу. Терпение и понимание не те качества, которыми следует пренебрегать.
— Ты все знаешь? — глаза Анны округлились.
— Моя подруга Меган — это она была в том бесподобном серебряном платье — рассказала мне о вашей ссоре, которую услышала в коридоре. Она тогда уже выпила два мартини, и поначалу было непросто понять, о ком она говорила, но потом до меня наконец дошло. Я позвонила бы раньше, если бы разобралась во всем быстрее.
Анна отпила капучино и пожала плечом: