Любовь по науке, или на практику в другой мир

— Вот и я думаю — что там мне нужно будет! — перебила ее я и кинулась к сумочке, в которую убрала пресловутый договор.
Пробежалась глазами.
Вот ведь декан! Вот ведь «мальчик-красавчик»! Дышал он у меня за спиной, видите ли. Может, нарочно своими мужскими чарами отвлекал?
Вот я и не заметила «слона»…
Сейчас, когда у меня за плечом стоял не он с его ошеломительной энергетикой, а вполне себе нейтральная Марена, я без труда нашла пункт. Он шел в списке моих обязанностей, где значилось, что я должна соблюдать правила… Такие-то и такие-то.
…И еще должна участвовать в эксперименте по «половому влечению и возможности создания идеальной пары научными методами». Ставя подпись на этом документе, я соглашаюсь с данным условием.
Я в ярости сжала кулак. Захотелось скомкать договор и выкинуть куда подальше. Например (очень действенный способ!), отдать Грише на растерзание.
Уловив мой настрой, Гриша перелетел с подоконника мне на плечо и во всеуслышание заявил:
— Сама дура!
— Я тебе сейчас такую дуру покажу! — возмутилась я (и без того не слишком-то добрая!). — Научил тебя мой папа таким словам… на мою голову! Впрочем… ты ведь прав. И декан прав, что договоры нужно читать досконально, — это я произнесла уже на местном наречии, обращаясь к Марене. — Но он у меня прямо над душой стоял, когда я читала. Вот и не поняла…
— Ну и ладно! — сказала Марена, улыбаясь. — Что страшного-то? Я бы с удовольствием сама поучаствовала в таком эксперименте! Эх…
— А почему ты не участвуешь, кстати? — удивилась я.
— Так мне это не нужно. А значит — не положено. У каждого тэрина есть истинная пара. Такой же оборотень, как я. Рано или поздно я его встречу. То есть для меня уже есть пара в этом мире. Так что… таких, как я, до эксперимента не допускают. И Арсину тоже — у дриад тоже есть что-то похожее, какие-то пары. Мы вчера как раз вздыхали, думали, раз сами не можем участвовать, так хоть ты нам расскажешь, что там будет происходить!
«Какая же ты оптимистичная»,— подумала я.
А вот во мне злость боролась с растерянностью. Просто не знала, что думать об этом эксперименте. Сама мнительная часть меня говорила, что вот оно. Та самая «подстава». Ведь бесплатным бывает только сыр в мышеловке. А практика в другом мире — явно не сыр.
Боялась, что меня отправят в гарем на восток. Или запрут в подземелье. А оказывается, мне просто придется…
А что мне придется? Спать с каким-то мужчиной или мужчинами, чтобы выяснить, идеальная мы пара или нет? Уверена, большинство девушек на моем месте подумали бы точно также.
Наверное, энергетика этого мира на меня уже начала действовать. Я пристально поглядела на Марену:
— Знаешь, да, мне обещана полная безопасность. Моей жизни и здоровья. Но не моей чести! — и, поражаясь самой себе, гордо вскинула подбородок. — Можешь присмотреть за Гришей? Я пошла к нему! Прямо сейчас! — и для убедительности помахала перед собой договором.
— К кому?! У тебя ведь еще нет пары… — изумилась Марена.
— К декану. Он сказал обращаться, если возникнут вопросы по эксперименту. Вот я пойду и спрошу!
— Стой! Он же тебя выгонит, если ты откажешься участвовать в эксперименте! Ой, Маша, может не стоит так уж с плеча рубить?! Только я подумала, у нас с Арсиной появилась нормальная соседка …
— А вот посмотрим! — ответила я, выскользнув из-под железной руки оборотницы. — Если меня не устроит конкретная методика эксперимента — я сама с удовольствием откажусь.
Взмахнув юбкой, я рванула к двери.
Зря махала.
Тут же споткнулась о подол и чуть не рухнула – ловкая Марена придержала меня за локоть. Как нелегко, оказывается, ходить в длинной одежде!
— Подожди, я с тобой! Постою в коридоре. А то еще грохнешься где-нибудь на лестнице, — она с легкой насмешкой поглядела на то, как я поправляю платье и пытаюсь приспособиться ходить в нем.
В общем, пришлось закрыть Гришу в клетке (на всякий случай) и идти вдвоем.
***
— Что-то случилось? — почти испуганно спросила феечка Милесса, когда мы с Мареной «позвонили» в дверь деканских апартаментов.
На самом деле, когда мы пришли туда, я была уже не столь уверена в себе. А еще сердце подозрительно колотилось при мысли, что сейчас я снова увижу этого самоуверенного, жесткого, вредного и… прекрасного декана.
— Да, случилось, — как можно тверже ответила я. — Я к Великому и Ужасному.
— Так… по малозначительным вопросам нужно обращаться ко мне, — попробовала поупираться феечка.
— А у меня значительный вопрос. По поводу эксперимента.
— Ну-да, ну-да, — пошла на попятный эльфиечка. — Проходи. А ты, адептка тэрина, подожди здесь.
Милесса провела меня уже знакомым маршрутом, дверь в кабинет декана сама собой открылась передо мной. И я встретилась глазами с насмешливым взглядом ослепительного Гарона.
Он словно ждал меня.
Вот тут-то я и ощутила себя какой-то глупой, запыхавшейся (мы с Мареной почти бежали) и совершенно потерявшей логику происходящего.
«Проклятье, сейчас покраснею!» — подумала я.
Но не покраснела. Взяла себя в руки. Есть такой психологический приемчик, еще в подростковом возрасте меня научила двоюродная сестра. Я тогда смущалась и краснела сразу, стоило лишь объекту моей юношеской симпатии появиться на горизонте. В общем, нужно представить, что ты как раз покраснел. Просто налился краской, как вареный рак! И тогда… есть большая вероятность, что в реальности ты не покраснеешь.
Я в очередной раз успешно использовала этот прием.
Только вот сердце продолжало биться часто и громко. Словно я опять оказалась в том самом пресловутом подростковом возрасте, и передо мной стоит Мишка из десятого «Б», в которого я была долго (и безуспешно) влюблена.
Казалось, сейчас декан услышит, как мое сердце колотится, и засмеется. Назовет кроликом на заклании или еще как-нибудь…
Но Гарон лишь с наигранным удивлением приподнял одну восхитительную бровь:
— По правде, я ждал тебя раньше, адептка Мошкина. Был уверен, что ты вернешься снова отнимать мое время.
— Почему… ждал? — ляпнула я, чувствуя себя еще глупее, чем раньше.
Гарон небрежно провел рукой по столу: там лежала куча бумаг, среди них — наш с ним договор.
— Любезная адептка — как я уже отметил — не слишком вникала в текст договора. А особенностей практики мой коллега из вашего мира тебе, видимо, не объяснил. И теперь ты, разъяренная, как огнедышащий дракон, прилетела ко мне выяснить, какие опасности, а быть может, даже унижения, грозят тебе во время эксперимента, которому прежде ты не уделила должного внимания.
…И я выдохнула. От его издевки все мое смущение как-то одним махом испарилось. А в голову даже закралась мысль, что проницательный красавец специально так насмехается над девушками, чтобы задеть их и снизить градус влечения к своей бесподобной особе.