Если б не было тебя

Ей плохо?
Надо забрать?
— Алло, Нина Васильевна? Здравствуйте! Вы мне звонили? Что случилось? Что-то с Соней?
— Добрый день, Евгения! Нет, с Соней все в порядке. Просто за ребенком неожиданно среди дня пришла бабушка. А я ей без вашего разрешения не имею права отдать ребенка. Вот звонила уточнить. Вы были недоступны, поэтому я набрала вашего мужа. Он подтвердил, что вам необходимо куда-то уехать, поэтому бабушка пришла за внучкой. Так что все в порядке. Просто в следующий раз предупреждайте, чтобы я была в курсе. Обычно вы лично всегда забирали Соню.
— Куда уехать? — Меня словно окатили ледяным душем. — Какая бабушка?
— Хм, вы не в курсе? — изменившимся тоном спросила воспитатель. — Мама вашего мужа.
— Нет, я не знаю ничего про отъезд.
— Но ваш муж подтвердил.
— А куда, он сказал, мы уезжаем? — помертвевшими губами задала последний вопрос.
— Извините, я не уточняла. Но, как поняла, это ненадолго. У вас проблемы в семье? Что-то не так? Если бы я дозвонилась до вас первой, я бы…
— Спасибо, я поняла, — скинула вызов.
От накатившей волны страха и неприятного предчувствия начали леденеть пальцы. Что задумал Андрей?
Инесса Анатольевна никогда особо не интересовалась внучкой. Не то чтобы она была плохой бабушкой, просто в силу своего еще достаточно молодого возраста она много работала и не особо рвалась помогать нам с ребенком. А недавно, как мы узнали, у нее произошли достаточно позитивные изменения на личном фронте, и впереди замаячила возможность выгодного брака, а также переезда в крупный город.
У свекрови был своеобразный характер. Высокомерный, самоуверенный и очень властный. Она воспитывала сына в одиночку, дала ему хорошее образование, купила квартиру, устроила на хлебное место. Но при этом каждый раз тыкала носом в то, что все, что он имеет, — это только ее заслуга, занижая его достижения.
Я не так часто общалась со второй мамой. Для меня это становилось сродни испытанию.
Она с самого начала считала меня недостойной парой ее сыну. Когда намекая, а когда и прямо в лицо высказывая свое отношение ко мне.
Я не знаю почему, но она была уверена, что у меня плохая генетика, хотя ни больных, ни алкашей, ни уголовников в нашем роду не было.
Я благодарила бога, что мы жили отдельно и не так часто пересекались с его мамой.
Соню мы привозили к ней редко, строго по согласованию, заранее выбирая удобное для Инессы Анатольевны время. Поэтому я не знаю, что должно было случиться, чтобы она неожиданно, без предупреждения, вдруг воспылала желанием заняться внучкой.
Набрала ее номер телефона, но в ответ получила лишь длинные гудки. Трубку свекровь не взяла.
Ни в первый, ни во второй, ни в пятый раз.
Хотелось бы верить, что я нагнетаю, что у страха глаза велики и я сама себе придумываю проблемы там, где их нет. Что Инесса Анатольевна просто не слышит звонка или где-то забыла телефон.
Но интуиция вопила обратное.
С чего вдруг именно в момент нашего разлада с Андреем ей забирать Соню? Почему меня никто не предупредил заранее? Ведь муж мог сказать, позвонить, написать смс на худой конец, но нет. Кроме воспитателя, никто и словом не обмолвился.
Не хотел тревожить?
Или все же…
Я глянула на время. До обеда еще полтора часа. Горло стягивало удавкой от ожидания и понимания того, что я теряю драгоценное время.
Телефон мужа отключен.
Возможна ли ситуация, что он решил увезти и лишить меня дочери? Ведь Андрей прекрасно знает, как я привязана к Соне и насколько сильно ее люблю.
Это самый настоящий козырь против меня. Только зачем ему это? Чего он добивается?
Прежней жизни у нас с ним не получится, даже если я передумаю разводиться. Насильно мил не будешь. Отомстить? Показать, насколько крут? Сделать больно?
За что?
За его измену или за то, что отказалась мириться предательством?
Не желая больше гадать и мучиться ожиданием, боясь потерять драгоценное время, я выключила компьютер и попросила сотрудницу прикрыть меня перед начальством, если вдруг кто хватится до обеда. Шансы были невелики, начальница с утра уехала на объект, но подстраховаться все же не мешало.
Я знала, что рискую, понимала, что это может быть просто совпадение, но если мои подозрения верны и Андрей действительно решил лишить меня дочери, то я рисковала потерять Соню. И время шло на минуты.
 
До знакомого района я добралась быстро. Машина мужа стояла во дворе, хотя на работу он уезжал именно на ней, а значит, девяносто процентов того, что он вернулся и сейчас в квартире. Но ребенка из детского сада забирала его мама. Не факт, что Соня вообще дома.
Я поднялась на наш этаж, вставила ключ в замочную скважину и… не открыла. Не потому, что он не подошел, а потому, что дверь была закрыта на второй замок. Тот самый, который на днях Андрей поменял и дубликат ключа мне так и не отдал.
Я нажала кнопку звонка. Еще и еще, теряя терпение. Хоть и уговаривала себя успокоиться.
Сейчас не то время, когда стоит орать, плакать, паниковать.
Андрею вообще не нужно знать о том, как меня трясет внутри.
Открыл он не сразу. Я уже было начала сомневаться, что он дома. Да и машина во дворе далеко не показатель того, что он никуда не ушел.
Но, когда мое терпение практически кончилось и я готова была уйти, доставая смартфон и открывая приложение такси, чтобы вызвать авто до дома свекрови, за дверью послышались шаги.
— Отпросилась? — выгибая бровь после недолгого молчания, издевательским тоном спросил он.
— Что с Соней? Где она? Она заболела? Ей стало плохо? Зачем ее забрали из детского сада? Почему меня никто не предупредил? — не удержавшись, обрушила на него шквал вопросов.
Попыталась шагнуть в квартиру, чтобы убедиться, что дочь здесь и с ней все в порядке, как муж загородил мне плечом дорогу.
— Хорошая же ты мать, раз не в курсе.
— Андрей! Что происходит? Где Соня? Пропусти!
Он медленно покачал головой, пряча руки в карманы домашних брюк.
— Сначала надо уточнить несколько моментов, — протянул задумчиво, — например, зачем ты вообще сюда явилась? С миром или войной? Если качать права и пытаться возмущаться, то ты не по адресу. Тут таким не рады, — не поверила я своим ушам.
Он сейчас открыто намекал, что больше не пустит на порог квартиры?
— Я пришла за дочерью.
— А ты уверена, что она хочет с тобой общаться? — ударил под дых язвительной фразой.
Андрей поменял позу, и за его спиной я заметила лишнюю пару женской обуви. Не моей.