Бумеранг
Макс снова прервался, но лишь для того, чтобы в один миг освободить меня от майки. Секунду изучал цепким взглядом то, что открылось и, скрипнув в нетерпении зубами, прижался всем телом ко мне, продолжив поцелуй. Волна тепла от прикосновения кожи к коже, когда больше ничего не разделяет, накрыла меня с головой, сосредотачиваясь тугим узлом внизу живота. Его губы снова съехали с моих, оставляя горячий влажный след на скуле, шее, плече. Одновременно с этим он положил одну руку мне на грудь и двумя пальцами сжал затвердевший сосок. Прокрутил пальцы, вызвав остро-приятную боль и почти сразу же накрыл его горячим губами, пробуя его на вкус языком. Из моего горла вырывались хриплые крики, а тело извивалось, вторя движениям его неспокойного языка.
Наконец он прекратил эту сладостную муку и, заглянув в глаза потемневшим взглядом, распрямился. Провёл ладонями по коже до бедер и медленно стянул с моих ног трусики, вставая на ноги. Быстро стянул с себя джинсы и боксеры, представляя моему помутневшему взгляду возбуждённую плоть, отчего по моему телу прошла волна тока, усиливая желание.
Наклонился и оставил жаркие поцелуи на внутренней стороне бедра, приблизившись к самой горячей точке моего возбуждения. Я изогнула спину и подалась навстречу его губам, издав судорожный стон нетерпения. Я хотела его там. Не губы, его целиком.
Дотянувшись до его скул, нетерпеливо потянула к себе, к своим губам. Макс выдохнул, обжигая дыханием, и быстро переместился, снова оказавшись сверху и даря такую желанную тяжесть своего тела. Ноги снова обхватили его бёрда, чувствуя рядом твёрдое и обнажённое возбуждение.
Хриплый стон. Его? Или мой? Не важно.
Макс поймал мой взгляд и начал медленно входить в меня. Замер и озадаченно сдвинул брови.
– Да, я – девственница, – еле выдохнула я от ощущения наполненности внутри. – Всё в порядке. Продолжай.
Он не двигался, лишь сильнее задумавшись, сверля меня смешанным взглядом.
– Пожалуйста-а-а, – протянула я, нежно проводя пальцем по раковине его уха.
– Леська, – с какой-то обречённостью произнёс он и впился в мои губы, резко входя в меня полностью.
Короткая вспышка лёгкой боли, а следом волна спасительного наслаждения.
– Очень больно? – шепнул мне в губы Макс.
– Нет, – выдохнула я, подаваясь ему навстречу.
Он коротко рассмеялся из-за моего нетерпения, но мой жадный поцелуй вернул его на нужный лад и, издав хрип желания, он задвигался во мне.
Каждый толчок взрывался яркой вспышкой у меня в мозгу. Стоны и хрипы смешались; тело извивалось. Невероятное чувство наполненности и мысль, что так и должно быть. Будто обрела себя целиком. Обрела его. Нас.
Через короткое мгновение или миллион лет меня накрыла волна самой яркой и насыщенной вспышки, стирая сознание и заставляя тело содрогаться в сладких спазмах. Зацепилась за обжигающий лицо хриплый выдох Макса, чтобы полностью не отключиться от действительности и почувствовала, как он внутри увеличился. Снова волна тока до самых кончиков пальцев, и через несколько секунд Макс обессиленно вдавил меня в диван.
Тяжёлое дыхание и потрясающее чувство удовлетворения. Упоительно.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мы вернулись в реальность.
– Ты как? – шепнул Макс и перевернулся на спину, одной рукой поглаживая моё бедро.
Я молчала. В голову возвращались мысли о неправильности произошедшего. О его девушке. Обманутой девушке. При моём прямом участии. Я не хотела так поступать ни с одной из женщин, но поступила. На глаза навернулись слёзы от злости на саму себя. Дура!
– Лесь? – тут же приподнялся Макс, опираясь на локоть и заглядывая мне в глаза.
Я зажмурилась, собираясь с силами.
– Принимай душ и уходи, – деревянным голосом сообщила я. – И больше никогда не появляйся на моём пороге.
– Олеся? – интонация полностью обескураженного человека. – Посмотри на меня.
– Нет. Убирайся. Я серьёзно.
– Да что… Как… Посмотри не меня!
– Не хочу! – воскликнула я, уже не сдерживая рыданий. – Слышишь? Не хочу тебя видеть! Никогда!
– Лесь, пожалуйста, – тёплая ладонь на щеке, – открой глаза. Родная, – короткий поцелуй, – милая, – ещё, – умоляю открой…
Не выдержала и заглянула в его полные мучения глаза.
– Максим. Я не хочу таких отношений. Пойми меня. Я не готова тебя делить.
Он напрягся и, скрипнув зубами, сглотнул.
– Мне нужно время.
– Для чего? – сквозь слёзы усмехнулась я. – Ты её не бросишь. Хотел бы – бросил ещё неделю назад.
Он зарычал от бессилия и уткнулся в моё плечо.
– Уходи, Максим. Так будет правильно.
Через несколько минут он ушёл. Пока он принимал душ, я закрылась в туалете и сидела там, не реагируя на его стук, до тех пор, пока не услышала, как захлопнулась за ним входная дверь. На прощание он обещал во всем разобраться. А я решила, что не стану той, кто разрушил отношения, или ещё хуже – любовницей, если Макс так и не сможет определиться. Потому на время переехала к одной из подруг и несколько недель не ходила в техникум, занимаясь на дому.
– Попахивает бестактностью, – отрезала я, отворачиваясь от насмешливого взгляда Сергея.
По сути – мне плевать. Но он так мило извиняется.
– Прости, – сконфуженно произнёс он, удовлетворяя моё эго.
Помолчала полминуты, выдерживая образ оскорблённого достоинства, и снова посмотрела на следователя.
– Прощаю, – улыбнулась я и наткнулась на прищуренный взгляд.
Он кивнул, сдерживая улыбку, наверняка догадываясь, что я говорила не серьёзно. Впрочем, развивать эту тему он не стал, задумавшись о чём-то своём.
– Кирилл, – через минуту произнёс он, заставив меня вздрогнуть. – Не могу поверить, что он тебя не любил.
– Любил. Потому и наказал так жестоко.
– Олесь, что они конкретно сделали? – его рука продвинулась по столу и сжала мою. – Сможешь рассказать?
Глава 6На этот раз я не стала выдёргивать руку, неожиданно для себя наслаждаясь теплом его ладони. Участливый взгляд казался незаслуженным и затронул струны вроде бы мёртвой души. Может, и не всё умерло? Может, я всего-навсего себя в этом убедила?
Впрочем, не важно. Сейчас это не главное.
–Слишком тяжело? – тихий шёпот, полный сострадания.
Тяжело? Катастрофически. Даже несмотря на предпринятые действия. На прошедшее время. Но вернуться в тот день легко. Словно этот ужас случился вчера. Потому что не забывала ни на минуту, хоть и страстно этого желала.
Открыла дверь и, зайдя в квартиру, обнаружила в коридоре виновато улыбающегося Никитина.