Кто такая Мод Диксон?

Голос Хелен звучал так бесстрастно, как будто она рассказывала рецепт лазаньи. Как будто и дурак бы понял, как все произошло. Может, Флоренс и была дурой, потому что она ничего не понимала. Абсолютно. Факты не складывались в убедительную историю.
– Так зачем ты вообще вернулась?
– Несколько дней спустя я сидела в кафе в Рабате, случайно заглянула в газету сидящего рядом мужчины, и увидела свое имя, Хелен Уилкокс. Я попросила его рассказать, что там написано. И сразу поняла, что произошло. Я поняла, что ты выдаешь себя за меня. Ну или, не знаю, ты ударилась головой и решила, что ты – это я. И ты понятия не имела, во что вляпываешься. Я знала, что за тобой придет полиция. Из-за Дженни. Из-за этого бардака, который я после себя оставила.
Флоренс почувствовала, что у нее вот-вот подкосятся ноги. Она снова села рядом с Хелен. Некоторое время обе молчали.
– Послушай, – наконец сказала Хелен. – Я знаю, все это очень трудно переварить. И понимаю, что ты можешь злиться. Имеешь полное право. Но я все время старалась уберечь тебя, насколько это возможно. Я вернулась, чтобы защитить тебя. Я всегда желала тебе самого лучшего.
Хелен произнесла это несвойственным ей просящим или даже умоляющим тоном. И Флоренс вдруг поняла, что на данный момент обладает всей полнотой власти. Она может выдать Хелен, может прямо сейчас позвонить в полицию. Ей бы хотелось посмотреть на выражение лиц Идрисси и Дэна Мэсси, когда она предъявит им настоящую Хелен Уилкокс.
Но что потом? Тогда у Флоренс не останется иного выбора, кроме как лететь обратно в США, где у нее нет ни дома, ни работы, ни денег. Зато она будет знать, что посадила Мод Диксон в тюрьму.
Флоренс обхватила голову руками.
– Ты очень устала, – сказала Хелен. – Тебе стоит отдохнуть. Утром мы еще поговорим.
Флоренс кивнула.
– Можно, я заберу свои вещи из твоей комнаты? – нерешительно спросила она.
– Все нормально, оставайся там. Я займу дальнюю.
– Ты уверена?
– Ну конечно. – В дверях Хелен повернулась к Флоренс с лукавой улыбкой. – Хочешь знать, какая была моя первая реакция, когда я увидела ту газетную статью в Рабате?
– Какая?
– Я подумала, «а она молодец». Ты меня впечатлила. Это, конечно, весьма нестандартная реакция на новость о том, что твоя помощница украла твое имя, но ты же знаешь, стадное мышление меня никогда не привлекало.
Флоренс устало улыбнулась:
– Полагаю, у меня были хорошие учителя.
– Не стану отрицать. Хотя даже я не застрахована от ошибок. А здесь действительно никто не знает, что ты Флоренс Дэрроу?
– Ну… Мне вроде как пришлось сказать тому парню, с которым я встречаюсь.
– А у Хелен Уилкокс есть парень? – удивленно спросила Хелен.
– Вроде того. Это Ник, тот парень с дредами.
Хелен поморщилась:
– Я смотрю, мне стоит тебя кое-чему научить, чтобы ты разбиралась в мужчинах.
Флоренс рассмеялась:
– Он милый.
– Милый означает «скучный», просто звучит вежливо. – Смягчив тон, Хелен добавила: – Послушай, без шуток, я знаю, что на тебя слишком много свалилось и ты сейчас потрясена и растеряна. Просто помни, что мы на одной стороне. Я по-прежнему собираюсь исчезнуть, но сделать это так, чтобы ты осталась в безопасности. И получила достойную компенсацию. Хорошо? – Она поймала взгляд Флоренс.
Флоренс кивнула:
– Ладно.
– Молодец. – Она выскользнула за дверь и захлопнула ее с резким щелчком.
 
______
Флоренс то проваливалась в беспокойный сон, то вновь просыпалась. Музыка, доносившаяся снизу, будила ее, потом она вспоминала, что Хелен вернулась, и в голове сразу возникал рой вопросов. О чем она хотела бы спросить, но не спросила.
В какой-то момент она почувствовала, что в комнате кто-то есть, и села. В нескольких шагах от нее стояла Хелен и наблюдала за ней. Лунный свет освещал половину ее тела.
– Хелен, что случилось?
– Не могу уснуть. Подумала, может, ты тоже. Ладно, неважно. Уже поздно.
– Все нормально, – она приподнялась повыше. – Иди, садись.
– Нет-нет. Спи. – Хелен вышла из комнаты.
Через несколько минут Флоренс уже не была уверена, что это ей не приснилось.
Потом она снова проснулась. Было еще темно. В воздухе чувствовалось напряжение, словно кто-то только что ударил по скрипичной струне.
Она опустила ноги на холодный пол, встала и вышла в коридор. Было тихо, только во дворе журчал фонтан.
Внизу в гостиной царил беспорядок, но там никого не было. Мэг и все остальные, вероятно, ушли.
С террасы доносился какой-то шаркающий звук. Флоренс открыла двери в задней части дома и увидела силуэт Хелен на фоне темного неба. Она стояла у бассейна.
– Хелен?
Хелен вздрогнула и обернулась, прижав руку к сердцу.
– Флоренс, ты меня напугала.
– Что ты здесь делаешь?
– Я так и не смогла уснуть. А здесь теперь так спокойно, когда жара спала.
– У тебя все нормально?
– Тяжелые были дни. Недели. Месяцы.
– Хочешь, я побуду с тобой?
– Нет, иди спать. Я скоро приду.
– Уверена?
– Конечно. Спокойной ночи.
Флоренс поднялась наверх, но заснуть так и не смогла. Взяла почитать книгу. Через полчаса на лестнице послышались шаги Хелен. Она ненадолго остановилась возле комнаты Флоренс и пошла дальше по коридору. Минуту спустя тихо закрыла за собой дверь.
    
43
Когда рассвело, Флоренс спустилась вниз. После встречи с Хелен у бассейна она так и не смогла заснуть. По ее предположению, это было около четырех утра.
Флоренс зашла на кухню.
– Вы рано, – удивилась Амира.
Флоренс кивнула:
– Кофе уже готов?
– Как раз делаю.
Флоренс стало интересно, во сколько Амира приходит на виллу. По утрам она всегда была на месте.
Несколько минут спустя Флоренс устроилась на террасе с чашкой и булочкой. Небо медленно светлело, на его фоне вырисовывались лишь очертания пальм.
В голове вновь возник главный вопрос, не дававший ей уснуть: стоит ли сдать Хелен полиции?
В конце концов, она убила человека. То, что это была самооборона, не отменяло того факта, что Дженни мертва. Готова ли Флоренс рискнуть стать обвиняемой в соучастии?
С другой стороны, отправив Хелен в тюрьму, Флоренс ничего не выигрывала. Хелен сказала, что хочет исчезнуть, обеспечив ей безопасность и «достойную компенсацию». Интересно, что она имела в виду? Похоже, есть возможность назвать свою цену. К тому же Флоренс совсем не нравилось представлять Хелен в тюрьме. Это все равно что держать в неволе экзотическую птицу. Никакого толку.