Ты моё лакомство
Я сглотнула вставший в горле ком. Мы с Саном в детстве были лучшими друзьями — не проходило ни одной недели, чтобы мы весело не играли в особняке Диэро. А ещё были красные нити судьбы, повязанные нам родителями с обещанием заботиться друг о друге всю оставшуюся жизнь.
Это и была помолвка. Бабушка сказала, что помолвка — это обещание двоих любить друг друга и ждать, пока придет время свадьбы. Неужели… неужели я выдаю желаемое за действительное?
— Они были самыми уважаемыми благодетелями моей семьи, — голос Сана долетал до моих ушей, как через одеяло — глухо и отдаленно.
— И это всё? — взорвалась я, — Всегда думала, что…
— Мы близки с детства. У тебя нет сестёр или братьев. Ты знаешь меня практически с момента рождения. Может, это заставляет тебя думать, что…
Он прервался на полуслове. Бросил папку на стол и снова попробовал от меня сбежать!
— Сан!
Даже не обернулся! Пришлось догонять самой.
— Сан, мы ведь любим друг друга?
— Ты меня не так поняла.
— Но… ты же обещал, что мы останемся друг с другом навсегда! Ты говорил… что сделаешь мне предложение…
— Да, сделаю.
— Тогда почему, когда спрашиваю тебя…
— Если спросишь о любви, отвечу — нет. Это не обязательное условие.
— Сан…
— Брак вовсе не означает, что люди любят друг друга, — он сделал паузу и нахмурился, — Поезжай домой первой. Я ещё не закончил с работой.
И тогда я вспылила, чувствуя, как мой голос дрожит, а по щеке предательски скользят слезы — признак слабости и пережитой обиды:
— Если мы не любим друг друга, давай расторгнем помолвку!
— Не думаю, что это обязательно. Мы можем просто жить отдельно.
— Помолвка касается не только тебя, Сан. Это и моё дело. У меня тоже есть право на принятие решения.
Взгляд Сана выглядел отстраненным.
— Не нужно язвить, Юна…
— Я не язвлю. Не умею этого делать. Просто вдруг осознала… что не должна тебя больше беспокоить. Все эти годы я отнимала у тебя слишком много времени!
— Юна! — строго прервал он меня.
Но этот окрик помог мало — меня уже понесло по реке отчаянной злости.
— Мне интересно, почему вдруг всё, что я делаю, никогда не нравится тебе?
— Юна… пока что я не злюсь, но скоро буду. Ты споришь со мной потому, что я не сводил тебя на свидание сегодня? Или потому, что вчерашнему свиданию мешала моя коллега?
— Думай, что хочешь! Я не говорила, что обижаюсь на тебя. Я просто не могу больше выносить всё это.
— Не можешь выносить? — Сан скептично ухмыльнулся, — Неужели? Да ты просто невероятна!
И в этот самый неподходящий момент в дверь влетел Вард Зовер! Я вздрогнула от неожиданности.
— Эй! — баском пророкотал он, — Что за проблема у нас с фабрикой?
— Проблему с производством золотой воды решить проще, чем проблему Юны, — довольно язвительно заметил Сан.
— Юна, что случилось? — Вард тут же сделал стойку, как охотничий пес, взявший след.
Я проигнорировала друга Сана, обратившись к нему самому.
— Ты должен найти хотя бы одну вескую причину, чтобы объяснить всем вокруг, почему мне вдруг захотелось отменить помолвку! — с обидой произнесла я, глядя в спокойное лицо жениха.
— На ум как раз приходит одна, — он сделал шаг, нависнув надо мной, как скала, — Буду предельно откровенен. Хочу иметь в женах девушку, а не маску богини Судьбы.
Маска богини Судьбы? В мифологи ксэ она считается невероятной красавицей. Получается, мне делают комплимент? Неожиданно…
— Ты хочешь сказать, я такая же красивая?
— Хочу сказать, ты как её маска… такая же лживая…
Любимый человек выдохнул эти слова прямо мне в лицо с высокомерной ухмылкой на губах! Я почувствовала уходящий из-под ног пол.
— Прошу меня извинить, — взяв себя в руки, я вежливо кивнула.
Все-таки, удалось ответить невозмутимо! Лицо Сана на мгновение потеряло былую уверенность или мне показалось? Но выяснять это я не собиралась. Просто метнулась к двери, на ходу попрощавшись с Вардом.
А в спину мне полетели пренебрежительные слова Сана:
— Эй, кто-нибудь, отвезите ее домой! Кто-нибудь, кто не боится призрачной маски Судьбы.
Это было последней каплей в чаше моего, далеко не бездонного терпения. Я вылетела из офиса разъяренной фурией, отказавшись от услуг всех вместе взятых помощников Сана. Вызвав воздушное такси, назвала адрес моего тайного убежища и заодно набрала номер Ринди.
POV Ринди Нэкс:
Я ждала Юну около получаса, сидя на ступенях её загородного коттеджа. Мимо проносились воздушные и наземные автомобили — рядом пролегала Уроверская трасса. Здание за моей спиной сладко дремало. Оконные глазницы были темны, а все двери надежно заперты на кодовые замки.
Не понимаю, зачем Юне этот дом? Чем старше становится подруга, тем больше странностей в её поведении! Когда господин и госпожа Диэро отбыли год назад в Окарскую империю, она бросилась зарабатывать деньги. С её голосовыми данными поклонники набрались быстро.
За год Юне удалось накопить солидную сумму, занимаясь сочинительством и исполнением авторских песен. Ксэ падки на певиц из ока-ри. У нашего народа уникальные голосовые данные. И тогда появилось оно — загородное убежище. Небольшое, но и немалое по размерам. Очень комфортное внутри и, конечно же, обставленное по её вкусу.
Но боюсь даже представить, какой скандал получится, когда об этом узнает её жених! С родителями Юне договориться проще. Те очень любят единственную дочь. А вот в любви господина Уларда сильно сомневаюсь. Он ни разу не заговорил о своих чувствах. Бедная Юна!
Вот и сегодня у них что-то произошло. Я слышала напряжение в голосе подруги, будто она сдерживала рыдания. Наверное, находилась на людях? В обществе Юна всегда держит лицо. Так её научил отец, дипломат из Окарской империи. Поэтому я рада быть её успокоительным. Девочка совсем не умеет щадить себя.
У коттеджа затормозило воздушное такси. Шикнув амортизаторами, оно коснулось покатым брюхом дорожного настила. Из освещенного голубым неоном нутра выскользнула стройная фигурка в светлом платье. Юна! Заметив меня, она тут же подхватила длинный подол и засеменила к ступеням, звонко цокая каблуками вечерних туфель. Я с готовностью раскрыла объятия.
— Сан… — она всхлипнула, как маленький ребёнок, — Сан сказал, что не любит меня…
— Ты его правильно поняла?
— А что там понимать неправильно? — Юна уткнулась лбом в мое плечо и я почувствовала, как на ткань кофты упало несколько тёплых капель, — Он сказал — это его долг. Помолвка состоялась потому, что он считает себя должным моей семье, моей бабушке с дедушкой!