Инста Чика

Ну вот кто меня за язык вечно тянет? Не могу я просто так молчать. Рыжик итак злой, а я ещё больше дров подкидываю в костер нашего раздора.
– Думаю, как тебя лучше замочить! Сразу или по частям!
– Ой, помниться, ты меня отшлепать обещал. И что? Где твое обещание?
Господи, что я несу? Что я мелю? Видимо, этот танец сильно меня подзарядил и прибавил смелости, что теперь мне никакой Воробышек не страшен.
Родион снова молчит. Что бы это значило? Мне уже бояться? Или искать выход через вентиляцию?
Пока парень молчит, я успеваю шустро надеть свой свитер и джинсы. Убираю свои вещи в пакет.
– Родио-о-н, ты ещё здесь? – спрашиваю взволнованно, когда уже, в принципе, готова выходить.
Его молчание убивает меня. Столько всего можно надумать во время тишины.
– Здесь, я здесь. Выходи давай, лгунья! – уже более спокойно отвечает парень.
– Я выйду, но ты пообещай, что не тронешь меня!
– Ничего я тебе не буду обещать! – рычит Шпала. – Выходи давай, кому говорю! Долго мы через дверь будет разговаривать как два идиота?
И правда, неужели я здесь торчать буду? Нужно выходить, знала на что иду! Да и поздно уже, домой пора.
Я осторожно открываю дверной замочек, и тут же дверь распахивается сама собой.
– Ну что попалась! – Родион одним шагом оттесняет меня обратно в ванную и запирает дверь.
Мы одни в ванной! Что он ещё задумал?
– Совсем обалдел, меня хватать! Я тебе не игрушка, сумасшедший какой-то! – возмущённо кричу на него, но парень не обращает на меня внимание. Подходит совсем близко, что задевает мою грудь.
Бежать мне некуда, спиной я упираюсь в холодный кафель стены.
– Хей, ты хоть дистанцию соблюдай, мальчик! Не забывайся! Отойди от меня! – я с силой толкаю его в грудь, но Родион вообще не реагирует, стоит, как и стоял.
Близко прижимается ко мне всем телом. Ну точно идиот!
– Отшлепать, говоришь? Я тебя сейчас отшлепаю так, что мало не покажется. Нормально ты когнитивный диссонанс создала, – парень припечатывает меня к стене и по обе стороны моей головы ставит свои руки.
Я в капкане. Мне не вырваться, черт возьми. Он явно сбрендил! Родион так близко, что я чувствую его запах и тепло. Черт, он сумасшедший.
– Родион, не говори ерунды, отпусти меня! Отпусти! Ну что ты делаешь? – тихо пытаюсь вырваться из его захвата.
Мечусь в разные стороны, но Воробьёв быстрее меня, он не даёт мне сбежать.
Тогда я поднимаю выше подбородок и встречаю рассерженный и очень колючий взгляд Воробьёва.
– Вот что мне с тобой сделать? А? Несносная, ты девчонка…
Взгляд Родиона становится каким-то тяжёлым и очень хитрым. Губы кривятся в ухмылке. Он медленно осматривает мое лицо. Сначала смотрит в глаза, потом на нос и на губы. На губы смотрит непозволительно долго.
Внезапно мне становится жарко и неловко. Ну вот что он так смотрит? Зачем? Что он увидел на моих губах?
– Так что мне с тобой сделать? – повторяет почти шепотом.
– Понять, простить, и отпустить… наверное… – лепечу я, вдруг растеряв всю дерзость и уверенность.
    
Глава 20. Побег
Секунда, и его глаза находят мои.
– Отпустить? Это слишком просто, для того, что ты сделала, тебе не кажется? – Родион не сводит с меня пристального взгляда. Желваки на мужском лице напряжены, а в зелёных глазах бушует ярость и что-то ещё такое, что мне не удается распознать.
– А что я такого сделала? Ты хотел танец! Танец был! Квиты? – тихо спрашиваю я, чувствуя необъяснимую неловкость от его близости.
– Не квиты! Будешь теперь мне лично танцевать! Для меня одного! – напряжённо произносит Родион.
– Что…
– Что слышала…
На смену моему смущению снова приходит злость на парня. Ну что он придумал? Я уже было хочу ответить ему какой-нибудь колкостью, как вдруг за дверью слышится громкий мужской бас.
– Эй, вы тут? Родион, что ты там делаешь? Уж не девушку ли мучаешь? – громкий стук в дверь заставляет Пернатика немного отпрянуть от меня.
Он нехотя отходит назад, а я, пользуясь моментом, резко отпрыгиваю от стены.
– Выпустите меня! Ваш друг держит меня насильно! Помогите! – кричу я, и пытаюсь пробраться к двери.
У Родиона от моих воплей глаза на лоб полезли. Упс! Кажется, я его раздраконила ещё сильнее. Хотя куда уж сильнее? У него того гляди и пар из ушей пойдет или зубы как у вампира вырастут.
– Мы сейчас! Это наши личные тёрки! Сейчас я приду, – отвечает Родион другу, а сам смотрит на меня и снова хватает за руку, тем самым не давая приблизится к двери.
– Помогите, ваш друг держит меня здесь! Я уже домой хочу! – продолжаю кричать, пытаясь вырваться из хищных лап Пернатика.
Родион смотрит на меня таким взглядом, что я чувствую холодные мурашки по спине. Он зол! Он в ярости! Он в бешенстве! Он даже слово сказать не может. Стоит в ступоре и прожигает меня ненавистным взглядом.
А я сумасшедшая переборщила чуток, думаю теперь, он меня точно прибьет или утопит. Ванна рядом.
– Родион, шутки шутками. Выпусти девчонку, – встревоженный голос друга дает мне надежду на спасение.
Родион молча отпускает меня и открывает дверь. Я пулей выскакиваю и, чуть не сбив своего спасителя с ног, бегу на выход.
Сердце бьётся как сумасшедшее. То ли от адреналина, то ли от страха, то ли от того, что я до сих пор чувствую мятное дыхание Рыжика на своем лице. Черт бы все это подрал! Нафиг все эксперименты! Больше я ни-ни!
Я быстро добегаю до входной двери, и она, к счастью, оказывается незапертой.
Только уже оказавшись за пределами частной территории, перевожу дыхание и понимаю, что мой спаситель – это Андрей. Блин блинский, а ведь я могла с ним пообщаться, поговорить, познакомиться, в конце-то концов. А этот наглый Пернатик снова все испортил! Из-за него я так быстро удрала!
Не успеваю я добежать до остановки, как у меня звонит мобильник. Быстро нахожу телефон в сумке и смотрю на вызов.
Опа! Конечно звонит Родион. Ага! Сейчас! Так я и взяла трубку. Нетушки! Больше с ним разговаривать я не намерена! Мне хватило с лихвой!
Я нервно оборачиваюсь. Уж не вздумал ли он устроить погоню за мной? Но нет! Слава богу, на горизонте домов никого нет.
Автобус приходит через пару минут. Я с облегчением запрыгиваю в салон и занимаю свободное место у окна.
Фух! Вот это впечатления, вот это блин приключения на задницу! Нескоро я ещё это забуду, да и гости, наверное, теперь мой танец долго будут вспоминать. И все же я чудная.