Ты под моей кожей
Схватила с полки косметичку и начала краситься, но руки настолько сильно тряслись от напряжения, что стрелки получались кривыми. Психанув, отшвырнула подводку в угол и стала с остервенением стирать макияж. Снова посмотрела на себя в зеркало и чуть не разрыдалась от отчаяния. Веки припухли из-за того, что я пять раз выводила и стирала стрелки, белки глаз покраснели от детского мыла, волосы намокли и сосульками свисали вдоль худого лица, визуально делая его более вытянутым. Красавица, ничего не скажешь!
Собрала волосы в гульку и немного пощипала щёки, пытаясь вернуть на бледное лицо румянец.
Набрала в грудь побольше воздуха, как перед прыжком в воду, и щёлкнула замком, выходя в коридор. Меня встретила тишина. Бесшумно ступая по линолеуму, направилась на кухню, чтобы начать готовить салаты.
Открыла дверь и, хоть и ожидала увидеть Мишу, но всё равно замерла в проёме. Небольшая кухня нашей однокомнатной квартиры стала казаться ещё меньше, когда на ней оказался Михаил.
— Здравствуйте, — тихо поздоровалась я, справляясь со своими эмоциями и входя на кухню с ровной спиной. Будто мужчина, который сейчас сидит за столом, меня вовсе не волнует. Будто мои коленки не подгибаются. Будто моё сердце не стучит так громко, что я с трудом слышу ответ:
— Привет, Ксюша.
Подошла к холодильнику и распахнула дверцу, прячась за ней от взгляда мужчины. Медленно стала выкладывать продукты на столешницу, оттягивая момент, когда придётся закрыть дверцу холодильника и снова оказаться под обзором серых глаз. Тело колотила нервная дрожь. Всем своим естеством чувствовала присутствие мужчины рядом. Хотелось что-то сказать. Прервать напряжённую тишину. Но я упрямо сжимала губы. Боялась ляпнуть что-то не то. Боялась показаться дурой в его глазах. В очередной раз за день разозлилась на саму себя. Достала колбасу и закрыла холодильник. Обернулась к мужчине, собираясь предложить чашку чая, и испуганно вздрогнула. Михаил оказался слишком близко ко мне.
— Это тебе, — в руки опустился маленький букетик незабудок.
Горячие пальцы всего на мгновение коснулись запястья правой руки, оставляя пылающий след на коже. Но и этого хватило, чтобы меня будто током шибануло. Дыхание участилось. Я вскинула на Мишу глаза и улыбнулась благодарно. Смотря мне прямо в глаза, мужчина тихо сказал:
— Я не ошибся с цветами. Они такого же цвета, как твои глаза.
Против воли улыбка стала шире. Было невероятно приятно слышать такой незамысловатый комплимент.
— Спасибо, — сказала смущенно, пряча лицо в букетике и вдыхая невероятно прекрасный аромат цветов. Ещё более прекрасным он был из-за того, что его мне подарил Михаил.
Набрала в банку воды и поставила цветы на подоконник. Включила чайник и, теребя завязки на толстовке, предложила Мише чай. Мужчина кивнул, делая вид, что не замечает моей нервозности. Чудом не обожгла руки, пока наливала чай, и поставила пол-литровую чашку перед мужчиной.
Отвернулась к Мише спиной, достала доску и нож и принялась нарезать оливье. Яйцо то и дело норовило выскользнуть из рук, а ладошки вспотели настолько, что их приходилось вытирать о ткань толстовки.
— Нужно нарезать так, чтобы все компоненты были одного размера, — раздался вдруг над ухом тихий голос. — И ты неправильно держишь нож. Нужно так.
Мужчина аккуратно приобнял меня за талию и начал манипулировать моими руками, с невообразимой скоростью нарезая картофель и яйца на идеального размера кубики.
Рука мужчины была сильной, надежной и тёплой. Мужской аромат с примесью пенки для бритья и одеколона окутал меня, оттесняя даже запахи еды. Я прижималась лопатками к сильной груди, с развитой мускулатурой, и чувствовала, как желание разливается по моему телу. Сосредотачивается внизу живота.
Не слышала больше наставлений мужчины. Все мои чувства сосредоточились в точках соприкосновения наших тел. Горячее дыхание Миши шевелило тоненькие волоски на шее. Пускало приятные и щекотные импульсы по позвоночнику.
— Я поняла. Дальше я сама, — пискнула полузадушено, зачем-то разворачиваясь к мужчине лицом.
Носом уткнулась ему в грудь, против воли втягивая его запах, который и без того уже наполнил мои легкие под завязку. Теперь горячее дыхание Миши шевелило волосы на затылке. Макушкой я еле доставала до его подбородка, поэтому мне бы пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть в его глаза. Но я не решалась посмотреть в глаза Мише. Потому что боялась снова увидеть на глубине его взгляда неприкрытое желание. Потому что самой становилось страшного от того, насколько сильно я хотела поймать этот взгляд. Руки мужчины по-прежнему лежали на столе, заключая меня в своеобразный капкан. И я вдруг почувствовала себя такой маленькой и беззащитной рядом с ним.
Смотрела на принт на его футболке, но не видела ничего. Всё расплывалось разноцветными пятнами.
Вдруг пальцы Миши нежно провели по моей щеке и приподняли голову вверх, вынуждая взглянуть в его лицо. Мужчина смотрел в мои глаза, медленно склоняясь к моим губам, будто давая мне возможность отстраниться. Избежать этого поцелуя. Вопреки своему желанию, отвернула голову в сторону, подставляя щёку под горячие губы. Думала, что Миша отстранится, нарвавшись на молчаливый отказ, но он мягко коснулся губами щёки. Провёл полуоткрытыми губами по бледной коже и коснулся губами уголка моих губ. Нежно-нежно. Почти невесомо. Настолько трепетно, что защипало в глазах. Пальцы Миши гладили мою шею, изучали овал лица, ушные раковины. Было странно осознавать, что такой огромный мужчина с такими сильными и грубыми на вид руками мог касаться меня настолько нежно. Настолько трепетно и ласково. Будто бы… будто он не мог поверить, что касается меня. Будто эти простые прикосновения приносили ему неземное удовольствие.
Горячее дыхание опалило мои губы. И я зажмурила глаза, готовясь к поцелую. Всей своей душой ожидая прикосновения горячих губ к своим. Плевать на все страхи. Плевать на устои в голове. Сейчас важен только этот мужчина. Только его руки, его дыхание и его губы. Но поцелуя не последовало. Губы Миши прижались к моему лбу, оставляя краткий поцелуй, и мужчина отошёл от меня.
— Пойду покурю, — хриплым голосом сказал он, прикрывая дверь на кухню.
Ещё пару минут я простояла у разделочного стола, вцепившись в него пальцами, и плотно зажмурив глаза. Я пыталась восстановить сбившееся дыхание. Успокоить своё колотящееся сердце. Всё правильно, этого поцелуя не должно было быть. Но почему так горько и обидно? Почему хочется побежать за Михаилом и самой впиться поцелуем в его губы?