Наследник для бывшего (СИ)
– Мирочка, – к матери подплывает теща. – Какой ужас. Что творят наши дети!
У меня моментально начинается изжога от ее неприкрытого мещанства.
– Развлекайтесь, – я шутливо кланяюсь и широким шагом направляюсь к выходу из больницы.
Если родителям нравится пригревать на груди змей, то это их право. Без меня.
Сбегаю с крыльца больницы и смотрю на часы. Семь. Ася не звонила, а значит, ещё спит. Как рассказать ей о случившимся я по прежнему не знаю. Потому что для здорового человека вся ситуация будет звучать, как полная дичь, а зная Асю… Она ещё и себя винить будет. Переживать.
Дохожу до машины и жму кнопку на брелоке.
– Макс! – меня окликает мужской голос.
Оборачиваюсь. Андрей.
Он подходит ближе, а я только силой воли заставляю себя его дождаться.
– Чего тебе? – отзываюсь неприветливо.
– Спокойно, Царицын, – он вскидывает руки в сдающемся жесте. – Я – друг. Товарищ и адвокат.
– Тамбовский волк тебе… – собираюсь я схамить, но осекаюсь. – Чего у тебя?
– Хочу уточнить, – он хмурится. – Понимаешь ли ты, что процесс развода будет остановлен на время лечения Нелли? Я тоже успел поговорить тут с медсёстрами. Они говорят, что жена твоя бывшая курить бегала, как молодая лань. Брешет она, короче. Вот только от исполнения договора нас это не спасает.
Я делаю глубокий вдох, но он не помогает.
– Сука! – луплю ладонью крыло машины. – Так и знал, но сомневался.
– Слушание после завтра. – Продолжает мой адвокат, – И я даю тебе полную гарантию того, что вас не разведут. Мой тебе совет. Увеличь отступные. Давай встретимся с ее адвокатом. Я уже узнал. Некто Виктор Шварц. Знаешь его?
– Знаю, – киваю. – Это адвокат компании.
– Тогда сам, Макс, – Андрей осторожно бьет мне в плечо кулаком. – Узнай, чего им от тебя надо. Если бабок, то это пол беды, а вот если любви – это уже сложнее.
– Я все понял, – цежу сквозь зубы. – Сигарета у тебя будет?
– Держи… – достаёт пачку Андрей.
Подкуриваем и молча тянем, думая каждый о своём.
– Асе скажи, что развод откладывается, – давит интонацией Андрей.
– Я сам разберусь, – моментально вскипает во мне агрессия.
– Макс… – он смотрит на меня с укором. – Она если сама узнает, не простит.
– Ты расскажешь? – усмехаюсь. – А потом утешишь? Я же такая скотина!
– Ты гонишь, Макс, приди в себя, – терпеливо рычит он. – Я здесь для того, чтобы тебе помочь. Топить соперника и делать несчастной влюблённую женщину – это низко.
– А ты благородный чистоплюй, значит? – продолжаю я нарываться. – Что ж тогда в адвокаты пошёл?
– Чтобы думать, – он прихватывает меня за рукав, – когда у таких идиотов, как ты, истерика.
– Мля… – ещё раз луплю машину по крылу. – Извини, ладно? Давай подумаем, что можно сделать.
– Поехали позавтракаем, – он смотрит на часы и кивает на свою машину. – Я поведу.
Глава 30. Привет, грабли…
Ася
Просыпаться не хочется. Тело расслабленно тянется и, пока ещё не включился мозг, просит ласк. Просит наглых Царицинских рук и поцелуев. Заворачиваюсь поглубже в одеяло и двигаюсь по кровати попой в надежде упереться в свою любимую горячую «батарею» и погреть ноги.
Я люблю Максима, и это не возможно контролировать. Хочу дать нам шанс. Малюсенький. Как пальчик в море помочить…
Совершенно неожиданно я чуть не сваливаюсь с кровати, но успею вовремя ухватиться за простынь.
Не поняла…
Мгновенно просыпаюсь и сажусь на постели.
В ней я одна. В комнате тоже. И зябко…
Совершенно не хочется вылезать из-под одеяла, но какое-то беспокойное колючее чувство в груди заставляет меня завернуться в одеяло, надеть на ноги носки и пойти на поиски Макса.
Кстати, а сколько время? По ощущениям ещё очень рано.
Я оглядываюсь по сторонам, но телефона нигде не нахожу.
Ну Макс! Надеюсь, что не застукаю тебя, читающим мои сообщения.
Решительно открываю дверь спальни и замираю на пороге, потому что в остальном доме тоже стоит гулкая тишина.
Под ложечкой начинает сосать.
Что все это значит?
Выхожу в столовую и вижу на столе ключи от дома и свой телефон.
По спине прокатывается озноб.
Он переспал со мной и бросил?
Подрагивающими пальцами беру телефон и разблокирую экран.
На нем горит уведомление о принятом сообщении. Мне становится страшно его открывать, как будто от нажатия кнопки решается моя жизнь.
Так, стоп!
Я останавливаю накатывающую девичью панику. Что бы там не было. Разве это что-то решит? Принципиально? Или я уже переобулась в воздухе и успела себе нафантазировать «долго и счастливо» с Максом?
Ну кое-что успела, да. И от этого больно. Не так я себе представляла наше утро.
Жму на кнопку «прочитать» и пробегаю глазами строчки.
Макс:
«Родная, мне пришлось отъехать. Скоро буду. Приготовь, пожалуйста, завтрак. С меня эклеры. Ты же по прежнему любишь эклеры? А меня?»
Гаденыш!
Улыбаясь, прижимаю телефон к губам. Диагноз мой прост и понятен. Сама придумала-сама обиделась.
Отношу одеяло в спальню и натягиваю на себя одежду.
Умываюсь на кухне из водонагревателя, чищу зубы новой щеткой и думаю о том, что это слишком интимно. Почти сутки быть помеченной мужчиной, не ходя в душ.
Машинально считаю дни до овуляции и с новой волной паники понимаю, что по плану она завтра!
Мы с Максом не ошиблись. Столкновение «в десятку».
Я рада?
Затихаю, раскладывая ощущения на слои. Страшно. Волнительно. Трепетно. Мамочки…
Мне кажется, что в кабинете врача я бы не нервничала так сильно, как сейчас.
А если Макс захочет воспитывать ребёнка? Как поступить?
Переключаю кран и умываюсь ледяной водой.
Будь уже с собой честной, Ася. Ты хотела и Макса, и ребёнка. Мечты сбываются. Если что-то не так, то нужно было точнее формулировать!
В том то и дело, что все так…
Чтобы как-то отвлечься от мыслей, я действительно готовлю завтрак и раскладываю его по тарелкам. Завариваю чай и беру телефон, чтобы позвонить Максу, но тут же в окне вижу его паркующуюся на участке машину.
Бегу открывать дверь.
– Привет, родная, – он заходит в дом и сгребает меня в объятия.
Холодный. Я прячу нос на его шее, осознавая, что успела соскучиться. Здравствуй «максозавистмость» во всей махровости. Проходи, располагайся. Вот тебе полочка в голове. Как это на ней тараканы? Это остатки от твоей предыдущей версии. Вы подружитесь.
– Привет, – мурлычу в ответ и делаю глубокий вдох.
Запах обескураживает. Лекарство, кофе, еда, жвачка…
– Забирай пирожные, – чмокает меня в висок Царицын, – а я разденусь пока.
Растеряно забираю коробку и отхожу.
Подозрение вертится в душе скользким ужом. Хотя в чем и зачем? Паранойка?
Мужик тебе привёз пирожные. Старался. Логично, что от него пахнет едой. И вообще он старается! А ты даже спасибо не сказала.
– Макс… – я открываю крышку и вдыхаю запах свежей выпечки и крема.
Царицын подходит к столу.
– Что?
– Спасибо, – выдыхаю смущённо. – И… За выходной тоже.
Он приближается ко мне и прижимает попой к столу. Подсаживает и… целует. Очень бережно. Почти невесомо, но как-то слишком болезненно. Поэтому я начинаю целовать его сама.
– Макс… – останавливаю его жадные руки, задирающие мое платье. – Завтрак… Я не кушала. Тебя ждала.
– Конечно, – он выдыхая, выпускает меня из рук.
– Ты знаешь, – впадаю в откровенность. – я проснулась, а тебя нет. Очень испугалась. Подумала, что ты меня бросил… – бросаю смущенный взгляд.
– Какая глупость, – хмурясь, качает Царицын головой. – Никогда так не думай.
Я беру в руку вилку и вздрагиваю от вибрации телефона.
Удивлённо смотрю на экран.
– Хм… Наташа звонит, – поднимаю глаза на Царицына. – Ты ее сына в институт устраивал. Странно, она обычно спит в это время… – жму плечами и отвечаю. – Алло.
– Привет, Настен, – осторожно звучит в трубке голос соседки. – Ты извини, что в такую рань, – я слышу, как она мнётся и буквально вслух подбирает слова.