Наследник для бывшего (СИ)

В ушах звенит, хочется порыдать.
– Родная, – сдавлено просит Макс, возвращаясь и сжимая мои плечи. Я дёргаюсь в его руках. Он, видя мою реакцию, болезненно морщится. – Прости, меня. Подожди здесь. Нелли не в себе. Я тебя закрою. Ладно? Так надо… – начинает пятиться к выходу из квартиры, – Вернусь, и ты все мне выскажешь.
– Что? Куда ты? – начинаю я паниковать. – Макс, я домой поеду… Подожди, я быстро. Вызову такси.
Срываюсь в комнату, начинаю метаться по ней, собирая вещи, но тут же слышу хлопок защелкнувшегося замка.
Вылетаю обратно в коридор. Ключ поворачивается в скважине.
Что за…
– Макс! – кричу, лупя ладонью по обивке двери. – Ты что творишь! Открой меня немедленно!
– Настя, дома будь, – невозмутимо отвечает голос мне из-за двери. – Закажи доставку продуктов. Пусть часа через два привезут.
Какие ещё продукты!?? Какие два часа! Какое «дома будь»?
Я слышу на фоне истеричный голос жены Макса и удаляющиеся шаги.
– Макс, открой! – кричу ему в след. – Я вызову МЧС и дверь вскроют!
Замолкаю, чтобы услышать ответ, но никто его давать мне не собирается.
Характерный звук закрывающихся дверей лифта говорит о том, что на этаже больше никого нет.
Прислоняюсь спиной к двери и со злостью бью по ней ногой.
Гад!
– Ррррааа! – психую и луплю по двери ещё раз. Только теперь ладонями.
Как он посмел?!
Что вообще сейчас происходило?
Как я до этого докатилась?
Ударила человека… Сама! До крови.
Да эта женщина вообще-то к мужу своему приходила!
Супер! Просто прекрасно!
«А я предупреждала тебя, Анастасия,» – тут же рождается в голове строгий голос бабушки. – «Этот молодой человек тебя до добра не доведёт.»
Да, бабуль, ты была права.
Зато у него прекрасно получается доводить меня до кое-чего другого, после которого вся ванная завалена положительными тестами на беременность.
Отталкиваюсь спиной от двери и, немного успокоившись, возвращаюсь на кухню.
Унизительно…
Внутри меня все вибрирует противоречивыми эмоциями. И я совершенно не понимаю, что теперь правильно, а что нет. Как мне быть? Как жить дальше?
Чувствуя острый приступ тошноты, наливаю себе воды в стакан и пью ее мелкими глотками.
Ненавижу тебя, Царицын!
  
Глава 37. Да или нет?
 
Макс
В кабинете отца вот уже как десять минут стоит гробовая тишина.
Сам он отрешенно медитирует на тлеющую между пальцев (третью по счёту) сигарету, а мама так и застыла в одной позе, прикрыв губы пальцами.
Вселенская скорбь, ей Богу!
Чего я жду? Почему все ещё сижу на диване?
Наверное, хочу признания своей правоты, проявления интереса, да вообще хоть какой-нибудь реакции!
Хотя! Истерик Нелли и ее мамаши мне вполне хватило. Хорошо, что хоть тесть на этот раз держал лицо. А то я бы совсем разочаровался.
– Дамир, ради Бога, не молчи, – мама не выдерживает первой. – Макс, – мечется ее взгляд с отца на меня. – Это правда, что сказала Нелли? Та девушка беременна?
– У Нелли нет и быть не может точной информации, – отвечаю сухо и обтекаемо, защищая Асю.
Я обещал.
– Уничтожь эти бумаги, Максимилиан, – отец тушит сигарету в пепельнице пальцем, – это низко.
– В каком смысле низко? – напрягаюсь я, подаваясь вперёд. – То есть нагибать меня всеми доступными способами – это нормально, а мне отвечать вам тем же – нет?
– Низко, – повышает голос отец. – Это открыто сказать в глаза родителям женщины, что их дочь – наркоманка!
– Я этого не говорил, – развожу руками. – Всего лишь показал документы экспертизы и призвал близких людей на помощь в решении проблемы. Сам не справился, признаю. Но вполне могу упечь Нелли в закрытую клинику на ближайшие три года, потому что становиться нянькой ей не готов! Прежде всего я беспокоюсь за ее жизнь. Она опасна не сколько для окружающих, сколько для самой себя! И пока я ее муж, я – ее опекун в случае недееспособности. Сделаю все, что захочу!
– О, Господи, – снова вздыхает мать. – Я, вроде бы, никогда бедно не жила, но в мыслях даже не было ничего страшнее коньяка попробовать. Зачем же девочка так с собой? А как же детки?
 
– Правильно, мама, – киваю ей. – Непригодна она для детей. Все. Мусор. Отработанный материал. Чисто как девайс в койку…
– Макс! – рявкает отец, припечатывая кулаком по столу. – За языком своим грязным следи.
– Да я, собственно, все сказал, – хмыкая, встаю с дивана. – Отец, тебе документы пришлю спецсвязью. Советую тоже постепенно выводить деньги из компании. Шевцов тебе больше не друг и не партнёр. Это мое последнее предупреждение по Айзенковскому. Не послушаешься – ну что ж. Ты в праве феерично просрать то, что строил почти тридцать лет.
Щелкаю брелоком машины и киваю матери.
– Поеду я…
– Я провожу, – она опасливо оглядывается на отца и семенит за мной из кабинета.
В прихожей накидываю на плечи пальто, засовываю ноги в кроссовки и смотрю на часы. Больше трёх часов меня нет.
Настя, наверняка, в бешенстве. Не звонила…
– Ты, как отец угомонится, – говорит мать у меня за спиной, – девушку свою приводи. Раз уж так все выходит…
– Спасибо, мам, – оборачиваясь к ней и приобнимаю. – Не обещаю, но постараюсь.
– И отца, – она оглядывается назад и опускает голос, – уж от дел не отстраняй. Он без работы сдаст быстро, – подозрительно часто моргает она глазами.
– Не переживай, – киваю ей. – Я со своей стороны буду максимально корректным. Просто загляни тоже в документы и постарайся убедить его. Ты же у меня все-таки дочь генеральская, – тепло улыбаюсь, оставляя ей именно ту эмоцию, которая нужна.
– Иди уже, – она отмахивается и треплет меня по волосам.
Вылетаю из дома и падаю за руль, наконец-то выдыхая.
Какой долгий и сложный день.
А дома меня ждёт ещё один бой, который я просто обязан морально выстоять, не ведясь на обвинения и эмоциональные взрывы. Хотя уже самому порядком хочется проораться.
Скидываю Андрею результаты наркологической экспертизы Нелли и сразу получаю от него ответ, что теперь ей капец.
Это я и сам знаю.
Проезжая по центральным улицам с бутиками, останавливаюсь на светофоре и осматриваюсь по сторонам.
Говорить прописную пошлость не хочется, но столица действительно похорошела за то время, пока я здесь не был. Дизайн код, иллюминация, отсутствие агрессивной рекламы с сексуальным подтекстом, монобрендовые магазины….
«Цветы!» – вдруг встряхивает меня от вывески перед глазами.
Это отличная идея. А рядом очень удачно расположен ювелирный.
Я бы просто завалил Асю подарками, но она ж не примет.
Хотя…
Покупаю большой букет белых хризантем и захожу в тот самый бутик, голубой цвет которого будоражит женские сердца по всему миру.
Ух! Меня аж потряхивает. Я неожиданно понимаю, что никогда в жизни не делал предложения женщине.
Нелли выбрала и купила себе кольцо сама. Мне было наплевать.
А сейчас я стою, как амурный дебил, возле витрины и чувствую, как вибрирует под коленками.
– Вам что-нибудь подсказать? – несмотря на время, ко мне подходит приветливая девушка в идеально белой блузке и шарфике.
– Мне нужно, чтобы женщина сказала «да», – ставлю я ей задачу.
Она тихо и мягко смеется.
– Любая будет счастлива ответить положительно мужчине, который приобретает украшения в нашем магазине, – открывает витрину и достаёт мягкую подушечку. – Но вот на это кольцо я бы посоветовала обратить внимание. – Кладёт украшение на подставку. – Классика. Круглый бриллиант, платина, два с половиной карата. Больше – просто не нужно…
– Я согласен, – заворожено ловлю взглядом преломляющиеся световые блики. – Красивое.
– Хорошо, – кивает девушка. – Тогда пройдемте на кассу.
Это такое ощущение… как будто ты падаешь в пропасть, но очень надеешься, что полетишь.
Что твоя женщина тебя простит и примет целиком, каким есть. Эмоциональным, немного тираничным, где-то наглым и избалованным, но безумного, просто как в воздухе, в ней нуждающемся.