Я тебя ненавижу
Возобновив движения, я схватил Полю за плечи и прижал к своему телу. Она задыхалась, стоны перешли в тихое мяуканье и всхлипы, пока я долбился в ее тело, ища собственное освобождение. Позвоночник словно прошило горячей иглой, я выгнул спину и едва успел выйти из Полины, кончив ей на живот. Откинувшись на спинку сиденья, я попытался наполнить легкие воздухом, но все никак не получалось, он застревал где-то посередине, никак не желая проходить дальше. Потянувшись к бардачку, я достал пачку салфеток и помог Поле вытереться. Она попыталась встать, но я снова прижал ее к себе.
– Посиди немного. Хочу обнимать тебя.
– Может, я не хочу.
Я разжал руки, давая ей возможность уйти, но Поля только крепче обняла меня. Я усмехнулся и снова прижал ее к себе, зарывшись пальцами в волосы. Наконец в полной мере ощутив ее запах, я сделал еще один глубокий вдох, и у меня получилось. Знакомый аромат родной девочки заполнил мой нос, и так необходимый мне воздух наконец попал в легкие.
– Никогда больше не сбегай от меня. Тем более, если знаешь, что это небезопасно.
– Эмиль, кто такой Тиханский? – пробубнила она мне в шею.
– Подонок, который напал на тебя.
Полина напряглась и задрожала, и я успокаивающе погладил ее по спине, слегка сжав попку.
– Завтра все закончится, и тебе не нужно будет бояться. Я сниму охрану.
– Как закончится? – она выпрямилась и посмотрела так, словно искала ответ в моих глазах.
– Он уволен и завтра покинет город, а может, даже страну.
– Ты же ничего ему не сделал?
Я с улыбкой покачал головой.
– Ничего, – соврал, не моргнув глазом. Мало я его помял, чертовски мало.
– Ладно, – выдохнула Полина, снова уткнувшись лицом в изгиб моей шеи. – Отвезешь меня домой?
– К тебе?
– Да.
– Тогда я буду ночевать там с тобой.
Поля тяжело вздохнула.
– Ладно, вези уже куда-нибудь. Спать хочу просто нереально.
Всю дорогу до дома мы ехали молча, но не прерывали контакт. Как только Полина оделась, заняла свое место и пристегнула ремень, я повернул в сторону города. Взяв ее за руку, я переплел наши пальцы и постоянно подносил их к своему лицу, терся о них губами, вдыхал ее запах, но мне все было мало. Гнев улегся, но энергии в теле осталось еще на пару таких же заходов, а вот девочка моя была не такой бодрой. Она склонила голову набок и уже через десять минут спала, слегка приоткрыв сочные, покусанные и зацелованные мной губы.
Я мчал по объездной, совсем не горя желанием торчать на каждом светофоре в городе. А еще так я мог спокойно подумать, анализируя события сегодняшнего дня и те, что ждали нас в будущем. Сабира с Саней согласились, а вот моя Кукла точно будет против, так что оставалось поставить ее перед фактом. Я мог хоть всю жизнь гоняться за ней и уговаривать, но мне хотелось как можно скорее сделать ее своей. Хотелось назвать Полину женой, знать, что она носит мою фамилию, законно тискать ее и каждый раз после выяснения отношений трахать так, как сегодня в машине. Потому что все, что касается моей Куклы, приносило мне запредельное, просто какое-то космическое удовольствие. Только она умела так влиять на меня, что я нырял в нее, как в омут с головой, и не хотел выныривать. Даже если бы закончился кислород, а с ним и моя жизнь, я точно знал, что был бы при этом счастлив.
Глава 34Я проснулась от того, что Эмиль шептал мне на ухо:
– Просыпайся, моя любимая Кукла.
– Еще минуточку.
– Ты просила о ней полчаса назад. Давай, Полечка, просыпайся. Нас уже ждут.
– Кто?
– Мы сегодня встречаемся с друзьями.
– С твоими?
– С нашими.
– Не хочу. Там нет моих друзей.
– Самое время заводить их. Ну же, давай. Уже даже платье твое привезли.
Я распахнула глаза, наткнувшись взглядом на довольное лицо Тарханова.
– Какое еще платье?
– Мы пойдем в красивый ресторан, в который тебе нужно надеть платье.
– Кто с утра ходит в ресторан?
– Мы, – довольно улыбнулся Эмиль, уже пробираясь рукой под одеяло. Схватив меня за бедро, он мягко толкал, пока я не сдалась, переворачиваясь на спину.
– Ну и что ты делаешь?
– Желаю доброго утра, – ответил он, отбрасывая одеяло и забираясь сверху.
– Господи, ты когда-нибудь остановишься?
Эмиль покачал головой и коварно ухмыльнулся перед тем, как накрыть своим порочным ртом мой сосок.
Час спустя я крутилась перед зеркалом, довольно рассматривая собственное отражение. Оказывается, вместе с платьем привезли очаровательные босоножки на невысоком каблуке. И все это белого цвета. Никогда его не носила. Вот правда. Перебрала в голове весь свой гардероб за почти двадцать лет, и не вспомнила ни одной белой вещи. А мне, оказывается, так шел этот цвет. Проводя ладонями по дорогой ткани, я любовалась платьем, поочередно поворачиваясь к зеркалу то передом, то спиной, завороженно глядя на абсолютно одинаковые V-образные вырезы с обеих сторон, которые открывали мои ключицы и делали образ еще более женственным.
– Ну что? Готова? – спросил Эмиль, входя в гардеробную, а потом застыл на месте. – Ого. Ты невероятно красивая, Куколка.
Он подошел ко мне и поцеловал в изгиб шеи.
– Спасибо. И за платье. И за туфельки. Мне так нравится.
– А мне нравится, что ты перестала бубнить по этому поводу и наконец приняла подарок с достоинством.
– Ты не должен был.
– Поля! – строго произнес он. – Давай, все уже ждут нас.
Эмиль взял меня за руку и повел на выход.
– Ты не берешь сумочку?
– У меня здесь только рюкзак.
Он покачал головой.
– Нет, рюкзак не подходит. Что там в сумочку обычно кладут? Паспорт, косметика… Давай все, я закину в машину или в карман пиджака.
– Да я из косметики-то только гигиенической помадой пользуюсь, – растерянно произнесла я. – А паспорт зачем?
– Как зачем? – удивленно спросил он. – Так сейчас рейды по всему городу. Если кого заметут без удостоверения личности, могут закрыть на трое суток до выяснения.
– Правда, что ли? – я прищурилась, ища подвох, но Тарханов уверенно кивнул, ни на секунду не изменив выражение лица. – А, ну тогда ладно.
Я достала из рюкзака паспорт и студенческий.
– У меня студенческий есть! – я так обрадовалась, потому что он маленький и не занимает столько места, сколько паспорт, но Тарханов уже выдернул последний из моих пальцев и быстро вложил в карман пиджака. Я даже рта не успела раскрыть.