Таверна "Сытый волк"

— Лошадка! — последовал сдвоенный, полный восторга вопль, после которого Ройша затараторила: — Большой дядя-оборотень не соврал! У тебя теперь есть лошадка!
Покосившись на Киллиама в безмолвном вопросе, сразу получила от него ответ:
— Я взял на себя смелость обеспечить твоё вознаграждение пропитанием. — И прежде чем мои брови выразили негодование, оборотень добавил: — Всё так же за счёт короны.
Ох, чую, врёт этот волчара как дышит, но ничего, я успокою свою совесть чуть позже. Оставлю за этой командой клыкастых возможность жить и питаться в таверне, пока счета не покроют расходы за этот подарок. Да, так будет лучше всего — и волк сыт, и мои нервы целы. Что он может играть на них как на скрипке, я убедилась при покупке повозки. Спасибо, больше этот опыт повторять не хочу. Но ровно настолько же не хочу, чтобы за меня вот так ненавязчиво всё решали.
Пообещав девочкам покатать их в другой раз, я попыталась было сама распрячь Яхонта, но тут же рядом нарисовался не только оборотень, у которого, кажется, слишком много свободного времени, но и молчаливый наёмник. Мазнув по Киллиаму скучающим взглядом, жилистый эльф быстро освободил коня от упряжи, и без лишних слов отвёл его в подготовленное стойло.
Мои мысли, что теперь в срочном порядке надо искать конюха были прерваны странной фразой:
— И как ты это делаешь? — задумчиво спросил Киллиам, провожая взглядом Халана.
— О чём ты? — уточнила, отдавая Мирте лукошко, чтобы та отнесла его в таверну. Ройша не стала отставать от сестры и обе девочки вприпрыжку скрылись в помещении.
— Этот полукровка — маг, — ошарашил меня Киллиам. И как только понял? Учуял или что? И пока я гадала, оборотень продолжил: — Не очень сильный из-за своего происхождения, но это если сравнивать с эльфами.
Посмотрев в сторону конюшни, я в итоге произнесла:
— Странно, что он тогда не в гильдии. — Будь это так, то Халан искал бы работу в гильдии магов, а не обычных вояк-наёмников.
— Ухо, — коротко сказал Киллиам. — Так помечают изгнанников, а им даже в гильдии наёмников не найти работодателя, если никто за них не поручится. — После такого заявления я напряглась, потому что могла по незнанию привести сюда опасную личность. А у меня тут не только пожилой человек, но и дети. Правильно поняв моё молчание, оборотень мягко сказал: — Не бойся, это не значит что он преступник. Порой для изгнания хватает недостаточно чистой крови. Тем более у рас, что считают себя выше других.
Что-то в последних фразах меня царапнуло, заставив задуматься над ними. Киллиам продолжал выглядеть спокойным и даже расслабленным, но мне казалось, будто от него стала исходить гнетущая атмосфера, что зародилась как раз из-за сказанных им слов.
Прислушавшись к интуиции, я решительно спросила:
— Почему у меня ощущение, будто ты сейчас говоришь не только о Халане?
Плечи Киллиама напряглись, вся его поза на миг стала какой-то хищной — ещё чуть-чуть и оборотень бросится на невидимого врага, но он быстро совладал с собой. Что-то обдумав, при этом всё время глядя куда-то поверх моей головы, он посмотрел мне в глаза, чтобы бесцветным голосом рассказать:
— Моя старшая сестра была такой же… неугодной. До того как отец встретил мою мать, у него была интрижка с человеческой женщиной — влиятельная семья, уникальный дар, но ни разу не оборотень. Сестра всю свою жизнь расплачивалась за это, а я в итоге принял решение быть где угодно, но не при дворах тех, кто мучил её. — Взгляд Киллиама стал невыносимо пронзительным, но я не спрятала глаз. Раз уж сама спросила, то должна достойно выслушать ответ. — Мы не выбираем кем родиться, Верити, но только мы решаем, кем нам быть всю последующую жизнь. Поэтому для меня уже давно неважно кто, к какой касте и расе принадлежит. Запомни это.
В груди всё сжалось, но не от страха. Кажется, это была смесь из жалости и сожаления — глядя на такого статного мужчину, который выглядит очень сильным, у меня и мысли не возникало, что его жизнь может быть также тяжела, как и моя. Другие причины для переживания, иные удары судьбы, но он, как и все здесь мог быть своего рода отщепенцем. Иначе, зачем сильному двуликому из знатного дома быть псом на службе у короны? В его случае только если он сам сделал этот выбор.
Прежде чем я что-то сказала, у главного входа показалась какая-то ошалевшая Аринка, которая, не обращая внимания на оборотня рядом со мной, воскликнула:
— Верити! Ты должна это увидеть!
Острая тема повисла в воздухе, но Киллиам кивнул в сторону девушки, показывая, что разговор окончен и мне нужно идти.
Ладно, всё равно этот гость явно будет здесь частым. Тем более раз уж сам начал рассказывать о себе, то теперь не зазорно самой поднимать такие личные темы. Зачем? Ну что тут скажешь. Надежда очень странная штука — она и даёт тебе силы двигаться дальше, и отравляет твою жизнь порой беспочвенными ожиданиями. Однако менее значимой, а так же желанной от этого она не становится.
    
37.
— И что теперь делать? — ошарашенно произнесла я, вслух выражая общие мысли.
Наша небольшая компания из: меня, Аринки, бабушки и полного семейства Барста стояла у подсобки, куда мы давеча сложили купленную посуду. Нет, та не исчезла, не оказалась испорчена или ещё что-то в этом роде. Всё было куда интереснее.
Наклонившись, при этом стараясь не заходить полностью в подсобку, я взяла верхнюю тарелку, желая изучить её поближе. В весе она прибавила, так же как и в глянцевом отливе, а ещё вся её поверхность теперь была покрыта “коркой” из чистого, ярко-рыжего с желтоватыми прожилками… янтаря. Подняв глаза от той самой деревянной мисочки, купленной вчера, я снова посмотрела на её идентичных клонов. Ровные стопки тарелок, кружек, подносов и коробы с ложками теперь ничем не отличались от тары в моей руке.
Всё, абсолютно всё находящееся в небольшой комнатке, примыкающей к кухне, стало янтарным! И что, блин, теперь делать с этим добром?!
— Красиво же, — пропищала рядом Мирта, явно не понимая, почему взрослые выглядели так, будто это самый плохой день в их жизни. Даже Барст как-то непривычно побледнел, прекрасно осознавая всю степень опасности.
— Кушать из такой посуды будет вкуснее! — поддержала малышку сестра. Я же после слов Ройши прикрыла глаза, положила ладонь на лицо и вымученно застонала.
Эй, супер дом! — провыла про себя сиреной, старательно удерживая панику внутри. — Ты зачем мне новые проблемы создаешь?! Да если прознают о волшебной комнате, делающей из дешевой посуды полудрагоценную, нас же весь город придёт вязать и лисице на блюде относить, чтобы такое добро поделить! Это уже не удобства, а медвежья услуга! А ну быстро убирай эту сокровищницу дракона!
На мои безмолвные вопли тотемы ответили обиженным импульсом и вселённой в меня уверенностью — обратной дороги нет. Опасной подсобке быть. И точка.
Мысленно ещё немного поистерив, понимая, что и бабушка, и Аринка сейчас были со мной солидарны, я выдохнула и почти спокойно спросила: