Неправильный оборотень
Приподнял одну из крышек. От одуряющего запаха жареного мяса сразу же потекли слюни… Кажется, таким голодным я не был даже после того сумасшедшего дня, когда Ррык заставлял меня многократно перекидываться.
Моментально со всех тарелок были скинуты крышки, и я приступил к трапезе. Я насыщался, пока отринув все вопросы.
Моя знакомая крыса опять заняла своё место по ту сторону решётки, заинтересованно принюхиваясь к вкусным запахам. Ну как же не поделиться со зверьком, так вовремя натолкнувшим меня на мысль об ещё одной ипостаси? Уплетая еду, исправно делясь с гостьей каждым угощением, заметил в углу знакомые браслеты, скрепленные цепочкой. Этот факт дополнительно указывал, что я нахожусь в своей прежней камере, просто преображенной Замком.
По мере насыщения в мыслях стали всплывать вопросы.
Как я тут оказался? Почему Замок меня сюда перенёс и столь тщательно вдруг стал обо мне заботиться? Почему он сразу не отозвался на мою кровь? И самое главное! Что же случилось в той страшной темноте? То страшное событие произошло настолько быстро, что я не успел воспользоваться магическим зрением. Судя по ощущениям, потерял очень много крови. Не только по крысиным, но и по человеческим меркам.
Если хорошо вспомнить и проанализировать, то рана была смертельной. Меня спас перекид. Но каким образом я смог оказаться уже здесь, в камере? Совсем не помню. Может, Замок меня перенёс?
Хихикнул: «Ага, на руках…»
Ещё. Посмотрел на доступные взгляду части тела. Так и есть! Вернее, нет. Магии нет! Я полностью «высушен»! Даже амулет, что мне дал Янсель, бесполезно болтается на шее.
Хм, даже у Янселя после извлечения «пиявки» наличествовали какие-то капли магии. У меня же совершенно ничего нет! Не ощущается и даже не просвечивает…
Задумался. Янсель рассказывал, что случается маги «выгорают». То есть тратят магию в ущерб жизненным силам. И всё! Проходя какой-то предел, перестают быть магами!
А как это происходит у оборотней? Хмыкнул невесело – похоже, у меня появился шанс это узнать…
После еды потянуло в сон. По ту сторону решётки воодушевленно суетилась крыса, перетаскивая полученные кусочки угощения в нору, а там вовсю слышалась радостная возня и изредка возмущенный писк обиженного крысенка…
Сначала насторожилась крыса, замерев, а потом издав звук, после которого в норе наступила тишина. Узнав на собственном опыте, насколько у грызунов тонкий слух, насторожился и я.
И действительно, через некоторое время различил шум голосов нескольких людей, судя по всему, направляющихся ко мне. А к кому ещё? На этом этаже заключённых больше не было. Да и на предыдущем никого не видел.
Идущие вели себя громко, не стесняясь. Топали, громко переговаривались, смеясь, бряцали оружием. Ещё не видя, я различил голос княжича, звучащий чаще всех.
Я обречённо замер. Ладно, нет магии. У меня её и с браслетами на руках, считай, не было. Но тогда я мог маневрировать и драться, чего не скажешь сейчас.
Сил только и хватило на то, чтобы цепляясь руками за стену, встать на дрожащие ноги и, стараясь удержаться в вертикальном положении, прислониться к стене.
Ни отпрыгнуть, ни увернуться! О том, чтобы отклонить или вырвать оружие из рук противника, и думать не стоило. Полчаса назад и чашку-то в руках удержать не мог…
Посетители приблизились к моей камере. Н-да, а лица всё те же. Княжич Сивал впереди. На полшага за ним Грахиаш. Маг Дикальмис и другие из свиты. Все в разной степени опьянения. Лишь два стражника с копьями трезвые.
– Слышь ты, собака, – пьяно икая, обратился ко мне княжич. Остальные угодливо засмеялись, показывая, что оценили «остроумие». – Пёс шелудивый! Вот ты кто. А я твой князь! Ты должен на коленях передо мной ползать! А ты посмел руку на меня поднять! Умри, собака!
С этими словами высокородный выхватил свой сверкающий меч и попытался достать меня через решётку.
И в этот момент!.. Поверх решётки разлилась золотистая плёнка и отразила выпад меча.
Судя по всему, княжич немало сил вложил в посыл – меч из его руки вывернуло так, что тот загремел дальше по тюремному коридору. А самого Сивала хорошенько приложило о решётку – на скуле заалела ссадина, а вокруг неё стремительно стала наливаться синева.
Свита ошеломлённо молчала, пока Светлость выражался.
А княжича перемкнуло. Видимо, не сообразил, что произошло, и напустился на своих:
– Чего встали? А ну, бейте его! Я за вас всё должен делать?
А я расхохотался, представив на секунду, как благородные руки делают за какого-то слугу что-либо из повседневного быта…
Мужики-то из свиты оказались поумнее своего хозяина, а, может, просто потрезвее. Делали вид, что стараются изо всех сил, и всё же опасались касаться решётки, чтобы, не дай сияние, не схлопотать отдачу. Но суетились исправно, даже Грахиаш чего-то там командовал.
Откуда взялась плёнка защиты? И весьма сильной, к слову сказать. Было непонятно. Янсель? Он амулет на две минуты сделал, да и тот бесполезно на шее мотался. А тут защита столько времени держится! Силища-то какая!..
Нет, не Янсель. Похоже, Замок в очередной раз сюрпризы преподносит, заботится о носителе крови великого оборотня.
До Светлости, похоже, дошло, что бьются они в магическую защиту, которую простым оружием не пробить. И не нашёл ничего умнее, чем приказать мне:
– А ну, убери! Кому сказал, убери! Я, твой князь, приказываю убрать эту…
Поорав, помахав кулаками перед решёткой, наконец-то, догадался, что не у того требует – кто ж курице приказывает, самой отправляться в суп на кухне?
Теперь княжич принялся требовать от Дикальмиса, как единственного мага из присутствующих, чтобы тот убрал защиту.
Маг, поначалу пьяный и весёлый, как и остальные в компании, при виде золотистой плёнки побледнел и разом протрезвел. Уж, кто-кто, а маги хорошо знают, что магия редко бывает видима простым глазом, и такая показательная демонстрация возможностей – неспроста…
Слабый маг, но не дурак! Попытался объяснить княжичу премудрости защиты, но тот закусил удила:
– Давай шар! Этот… – покрутил пальцем в воздухе – огненный шар… Давай, колдун недоделанный! А то…
И занёс меч над головой мага. Тот, косясь на меч, пустил небольшой огненный шар, но ума хватило – по касательной к плоскости защиты.
Да только в последний момент его под руку подтолкнул Грахиаш, гадко улыбаясь. И шар полетел прямо на золотистую плёнку, ожидаемо, отскочил и вернулся к хозяину, припечатав его в лоб.
Дикальмис вспыхнул факелом сразу по всему телу и буквально в течении минуты сгорел дотла.
Ошарашенный княжич, так и стоял с занесённым мечом над пылающим телом. И в какой-то момент отскочил, ругаясь и тряся рукой, обожженной раскалившимся металлом.