Путь домой. Четыре близнеца

Тем временем Жерар поставил перед Эженом чарку вина.
– Когда будешь платить?
– Этот господин заплатит, – небрежно отмахнулся Эжен, вернувшись на фрагийский.
Жерар хотел было что-то возразить, но Рай поспешил спровадить его нетерпеливым жестом.
– Господин… – пробурчал себе под нос хозяин, – Позволяет какому-то щенку такое хамское обращение… Вот и пойми этих господ.
Но Рай и Эжен не слышали его слов.
– Значит, ты понял, что я брианец, и знаешь мой язык, – Рай сощурился, тоже перейдя на брианский.
– Да, немного… но, если это вас не затруднит, давайте лучше по-фрагийски, – улыбнулся Эжен.
– Хорошо. Тогда ответь, ты только что сказал, что позволяешь поливать себя водой только одному человеку. Кто это, и почему тогда ты так скоро прекратил выяснять отношения со мной? Только не говори, что в тебе заговорил голос разума.
Эжену понравился вопрос, и он вдруг просиял.
– А, может быть, вы похожи на моего папочку.
– Ну, ты и нахал, братец! – рассмеялся Рай, – Но… Да будет тебе известно, что ты почти угадал.
– Вот-вот, я же знаю, что говорю, – с сознанием дела согласился Эжен.
– Ладно, хватит. Мне это вокруг да около начинает надоедать, – наконец, признался сам себе Рай.
– Давно пора, – тут же похвалил его юноша, – Заметьте, я вас не держу.
– Да… плеть по тебе плачет. Держишь! Ещё как держишь!!! И я возьму на себя труд объяснить тебе это, – Рай сокрушённо повёл головой и решился, – Да будет тебе известно, что у тебя есть брат, близнец!
– Верно, – согласился Эжен.
Он едва-едва сдерживал улыбку, так его рассмешил вид Рая, тот будто собирался сделать для него открытие, но в сердце всё-таки закралась тревога: «Что это чудаку брианцу пришла в голову мысль припомнить Виктора?»
Но Рай продолжал открывать Эжену глаза на его происхождение:
– Ты не понял, вы похожи, как две капли воды!
– Я понял.
– Послушай, его воспитал я!
– Ну да, конечно же, папочка, – и Эжен не выдержал, всё-таки от души прыснул.
От такой его наглости Рай вдруг вскипел и даже с силой ударил кулаком по столу:
– И он никогда не позволял себе так пренебрежительно общаться со мной! Извини, но ты полный придурок, если полагаешь, что я намерен это терпеть долго!
Жерар, наблюдавший эту сцену из-за стойки, криво усмехнулся.
А тем временем и с лица Эжена слетела ухмылка.
– Я стану придурком, если поверю вам, – спокойно выдал он Раю, – Вы не могли воспитать моего брата без моего ведома.
Такое заявление привело Рая в замешательство. Этот мальчишка вновь поставил его в тупик. Что значит, «без его ведома»? Как с ним разговаривать дальше?!
Но тут Эжен решил прийти на помощь:
– Ладно, извиняюсь, сударь. Я в самом деле веду себя непростительно вольно, но тому есть масса причин, правда, ни одна из них не способна оправдать меня полностью. И всё же… Что же касается ваших слов, то, извините, я никак не могу взять в толк, зачем вы всё это выдумали?
– Выдумал?! Это правда! Если ты потрудишься выслушать меня, не перебивая, то я берусь всё тебе объяснить.
– Очень мило с вашей стороны. Поверьте, ваша настойчивость вызывает у меня большое уважение, но видите ли… Тогда вы воспитали и меня. На этом вы тоже будете настаивать?
– Нет. Этого я не говорил.
– И слава Богу, а то я уже начал беспокоиться о вас…– Эжен миролюбиво улыбнулся и взялся за чарку вина.
– Погоди пока… – остановил его Рай.
– Это вам. Выпейте, успокойтесь. У меня и правда талант доводить людей до белого колена. Замешу кашу, а потом расхлёбывай. Вот и брата доконал.
– Брата?!
– Ну да, вы же сами говорите, что у меня есть брат близнец, – и Эжен тяжело вздохнул, – Только вы не могли его воспитать, потому как до сегодняшнего утра мы не расставались, были как две горошины в одном стручке, всю жизнь вместе. Так что, сожалею, но вы всё же ошиблись.
Рай с минуту смотрел на Эжена в немом оцепенении, даже не моргая. И такая его реакция заставила брови юноши удивлённо приподняться. Он не ожидал, что его слова станут для этого странного брианца столь сильным ударом.
Наконец, Рай согласно кивнул и с облегчением вздохнул:
– Да-да, всё верно… Но кто бы мог подумать…
– Я рад за вас, – и Эжен улыбнулся знакомой светлой улыбкой.
– А я за тебя, мой мальчик, – Рай тряхнул головой, – Твоего брата зовут не Виктор?
Брови Эжена вновь приподнялись. У него чуть не сорвалось: «Что ж вы не знаете, как зовут вашего воспитанника?» – но он вовремя остановил себя, благоразумно решив ограничиться лишь утвердительным кивком.
– Значит Виктор, – заключил Рай, – Замечательно! Вы так и остались вместе, Эжен и Виктор!.. Видно, мне на роду написано собрать ваше несчастное семейство воедино. Так вот, мой друг, я не пожалел столько времени на пустую болтовню с тобой, только ради этой минуты. Я знаю, кто ты, кто твои родители, братья.
Теперь пришёл черед Эжена утратить дар речи. Рай понял, что задел юношу за живое, и решил не превращать это откровение в пытку:
– Тебя с братьями выкрали из родительского дома, когда вам было только по два года. Это было сделано по приказу злейшего врага твоей семьи, герцога Бетенгтона…
– Герцога?! Ни больше ни меньше?! – невольно усмехнулся Эжен.
Рай веско кивнул:
– Вам удалось бежать. В результате вы попали в дом бедной женщины в Грандоне. Спустя какое-то время тебя с Виктором выкрали бродячие артисты…
Рай видел, что Эжен не пропустил ни одного слова и больше не смотрел на него, на Рая, как на умалишённого. Доказательством тому стал последовавший вскоре вопрос:
– Так это вы забрали у той бедной женщины Антуана?
Рай просиял. Ему не придётся разбиваться в доску, чтобы доказывать очевидное, Эжен знает о существовании Антуана!
– Нет, не я. Его забрал ваш отец, граф де Лаган.
– Граф?! – было видно, Эжен потрясён, – Значит, он вырос в родной семье и это семья графа!!!
– Да, – с готовностью согласился Рай, но его удивляло, что это открытие не очень-то обрадовало Эжена. Что-то было не так. Эжен вновь поднял на Рая глаза:
– Хорошо. Значит выяснили, вы были воспитателем в доме этого графа.
– Нет. Ещё неделю назад я не подозревал, что история почти двадцатилетней давности получит такое продолжение.
– Но позвольте. Кого же тогда вы воспитали?! Или вы уже отказываетесь от этого заявления? – изумился юноша.