Когда взойдёт солнце

— А Тьмой? Получится?
Влад удивлённо вскинул брови. Эта женщина в своём рвении к знаниям действительно поражала.
— Попробуй. Но аккуратно.
Кайнейро благодарно кивнула и принялась что-то строчить. Если у него не начнёт скоро болеть голова от скрипа пера, то Владу можно будет ставить памятник за стрессоустойчивость.
— Может, тебе стоит отдохнуть? — спросил Владислав и интереса ради потянулся к связи. Отдало приятным удивлением, долей раздражения и усталостью.
— Не сейчас, — даже не отрываясь от бумаги, сказала Кая, — Если ждёшь, когда я усну, чтобы уйти — можешь отправляться сейчас. Просто оставь какое-нибудь охранное заклинание на двери, вряд ли я его осилю на должном уровне.
«Быстро смекнула» — отметил Влад, подходя поближе к Кайнейро.
— Я и не собирался никуда идти. Просто сказал.
— Тогда просто помол- Что ты делаешь?
Наёмник опустил руки ей на плечи. Даже без канала почувствовал, как резко и напряжённо вздохнула Кая.
— Кто-то говорил, что взрослая девочка и всё понимает, — саркастично заметил Владислав, отпустив кончики пальцев скользить по плечам. Если она позволит взять себя за запястье, то проиграет.
— Я поэтому и спрашиваю.
Кайнейро не двигалась. Замерла, как статуя, мужская рука спокойно двигалась дальше.
— Ты говорила, что я могу хоть идти в город, хоть искать себе кого-то во дворце.
Даже при том, что алхимик сидела к нему спиной Влад почувствовал, как она закрыла глаза. Стадия внутренней борьбы, а значит, ему просто нужно бросить что-то тяжёлое на одну чашу весов.
— И?
— Я нашёл.
Аккуратно, боясь спугнуть, мужчина взял Кайнейро за запястье и поднял на ноги. Развернув её на себя, наткнулся на два чёрных, ничего не понимающих, глаза. Вряд ли ещё когда-нибудь солнце заставит их играть всеми цветами от золотистого до густого коричневого. Только одна сплошная Тьма, не выделяющая ни одной прожилки. Издалека этого эффекта даже не видно.
— Я лаух, — попыталась упорствовать Кая, не скидывая руку с талии, — Мне нельзя, ты прекрасно об этом знаешь. Хватит, Владислав.
— Тебе же не проводят осмотров, правильно? Это правило просто для галочки, — мужчина наклонился, обдавая дыханьем бьющеюся жилку на шее, — Кто узнает?
 
 
Глава 18
За пределами Преудантэ редко выдаются солнечные деньки. Сегодня небольшой, едва ли не вымирающий городок в нескольких десятках километров от столицы, тоже потонул в туманном смоге. Фигура в пальто быстро шла по улице, перепрыгивая склизкие, глиняные лужи. Мимо целых домов и покосившихся, мимо редких таких же серых фигур в респираторах.
Возле небольшого, двухэтажного домика фигура остановилась и толкнула дверь, в свете масленной лампы приобретая женские очертания. Чёрный, широкий пояс выделял талию, высокие сапоги были в грязи чуть ли не по колено.
— Пришла всё-таки?
— Как не прийти, — настороженно ответила Амбрара, оглядывая незнакомца в подозрительно чистом для погоды белом костюме, — Когда такое дело.
Теневик стащила капюшон и тканевую маску, открывая миловидное личико. За длинными ресницами, пухлыми губами не сразу можно было заметить угрозу, таящуюся в больших карих глазах. Тёмная копна не особо длинных, кудрявых волос опала вниз.
— Ты сказал — знаешь, кто это сделал. Говори.
В доме пахло сыростью и чьей-то смертью.
— Даже не узнаешь, как меня зовут?
— Мне до чёртиков, как тебя зовут. Говори.
— Что ж... — Кристофер сделал шаг на встречу, — А что мне будет за информацию?
— Что угодно, — быстро сказала девушка, — Могу работать на тебя. Я знаю каждый уголок к том дворце, хорошо выучила. Если интересны деньги, то назови цену.
— Нет, мне не нужно золото, его у меня достаточно, — мужчина усмехнулся, непринуждённо оглядывая Амру, — Но вот первый пункт интересен. Но не здесь. Последуешь за мной в Кэрон. Знаешь такой мир?
Амбрара согласно качнула головой.
— Хорошо. Сначала побудешь в академии гостем, потом кое-чему тебя подучим и будешь просвещать детей в планы.
— Учителем?! Издеваешься?!
— А больше тебе идти некуда, — предупреждающе сверкнул глазами директор, — Сказать, сколько дают за твою голову официально? А чёрный рынок?
В комнатушке стало темнее — девушка злилась. Тяжело дышала, плотно сжав губы, в упор глядя на незнакомца, появившегося буквально из ниоткуда перед её носом пару часов назад.
— Я дождусь похорон, — сквозь зубы процедила Амбрара, — Потом могу уходить.
— Прекрасно! — довольно вскинул брови Крис, — И не спеши так. Твоя месть может подзатянуться. Тем более, что убийца готовит кое-что по масштабнее...
 
— О, это была отвратительная идея! — металась Касандра по комнате, то и дело поднося ладонь ко рту, — Просто жуть как!
— Почему? — поинтересовался только что разбуженный Влад из постели. — Что-то было не так?
— Да всё, всё было не так! Не правильно!
Сана, в отличии от наёмника, уже успела одеться. Решила, что стоит сначала привести себя в нормальный вид, а только затем разгребать последствия вчерашней слабости.
— В каком смысле? Что тебе не понравилось? — Владислав закинул руки за голову, устроившись на подушке, — Я исправлюсь.
— Да пошёл ты, — простонала Касандра, — И убирайся из моей постели сейчас же!
Не то чтобы её женская суть сильно жалела о случившемся, а вот прагматичная билась в паническом приступе. Мужчина после такого длительного перерыва это не плохо, но последствия, которые грозят — просто отвратительны.
— Меня вышвырнут из дворца, — убито произнесла Сана, медленно опускаясь на стул, — А если вышвырнут — сразу убьют, потому что много знаю.
— Расслабься, никто ничего не узнает, — наёмник со вздохом принял вертикальное положение, — Михеева мертва, так что уши у стен временно исчезли.
Пож рку ничего не подвернулось, а бросить в наёмника чем-нибудь резко захотелось. Чем вообще вчера думала, когда позволяла такое?! Пока Владислав вполне быстро одевался, Сана сидела, сложив ладони и держа их у лица. Глаза у девушки то смотрели в одну точку, то бегали, пытаясь найти, за что можно уцепиться. Она же всегда могла себя контролировать, держать в руках! Почему вчера даже не попыталась сопротивляться, а отнекивалась чисто из-за какой-то странной вежливости перед долгом. Как только руки наёмника легли на её плечи, Касандра уже знала, чем всё закончится и — страшно признаваться даже себе — расстроилась, если бы Влад отступил.