Раунд 2. Ты будешь моим

Она молча смотрела на меня, растерянно моргая, а я захлебнулась словами и больше не смогла продолжать. Меня, видимо, переполняла обида на нее – на ту, из-за которой чуть не разрушилась вся моя жизнь. Из-за нее, а также из-за моего упрямого желания «спасти» ее, так сильно пострадал Ремингтон. И не просто пострадал, он едва не заплатил за ее спасение своей жизнью.
– Извини, Нора, я просто… – Я замолчала и уныло покачала головой, устало потирая лоб ладонью.
– Я тоже думала, что он в меня влюблен. – Ее грустный голос проник прямо мне в душу, и я почувствовала, как внутри все сжалось. – Я имею в виду Бенни. Я думала, что он на все готов ради меня, но при первых же трудностях он меня бросил. – Она посмотрела на меня своими печальными глазами, ее лицо показалось мне усталым и осунувшимся. – Он говорил, что любит меня, а потом даже не захотел посмотреть мне в глаза и попрощаться. Если я и рассказала о твоей ситуации маме и папе, то только потому, что не хочу, чтобы то же самое случилось с тобой.
– Реми другой, Нора, – мягко возразила я.
– Вот именно. Другой! Его преследуют тысячи женщин, Брук. Да нет, какие тысячи, миллионы! Гораздо больше, чем Скорпиона. Он же СЕКСУАЛЬНЫЙ БОГ ринга. Эти парни не заводят жен и детей, они им не нужны! Я ведь тоже была в подобной компании, я знаю. Быть не может, чтобы он так сильно любил тебя, чтобы рисковать, спасая меня, ту, которую он в глаза не видел! Да при этом еще потерять победу в чемпионате, которая фактически была уже у него в кармане. И все это ради тебя? Да никто в здравом уме не может никого так любить! – зло выкрикнула она и выбежала из квартиры, с силой хлопнув дверью.
Я, растерянно моргая, в совершенном недоумении смотрела на гудящую после удара дверь. Что это было? И что, черт возьми, моя сестра сейчас курит?
Я немного посидела на постели, обдумывая случившееся. А затем встала, повернула ключ в замке, сняла всю одежду, распустила и расчесала волосы, потому что мне нужно было почувствовать себя красивой и желанной, – все для моего Настоящего мужчины! Боже мой! Как же он мне был нужен сейчас. Я просто хотела, чтобы сегодня произошло что-то очень хорошее, чтобы он думал, что у меня все замечательно, что я в полной безопасности, – именно так, как он и желал.
Я снова забралась в постель и отправила ему сообщение, что загрузила Скайп на его планшет перед полетом и назвала логин и пароль. Затем открыла свой ноутбук, залогинилась и принялась ждать. Кажется, я задремала с телефоном в руке, потому что когда очнулась, то увидела на экране имя Ремингтона Тейта: 11 пропущенных звонков.
– О нет! – пробормотала я. – Только не это! – Я набрала его номер, услышала звонок, но мне никто не ответил. Я снова и снова набирала его номер, потом с досадой застонала, оттолкнула телефон в сторону и, внезапно почувствовав, что страшно замерзла, натянула одеяло до самого подбородка.
Я снова начала засыпать, когда услышала легкое жужжание, увидела, как мигает его имя на экране, и мое сердце тут же пустилось вскачь. Я кликнула по значку, чтобы ответить, и одеяло съехало до талии.
– Ты здесь? – спросила я.
Я настроила экран ноутбука, в то время как миллион бабочек порхал внутри меня.
– Привет, – услышала я.
– Я тебя не вижу! Поправь камеру…
– Это самая нелепая вещь, которую я когда-либо делал, – ответил он с досадой.
– Ты изменишь свое мнение, как только меня увидишь, – засмеялась я в ответ.
И затем я увидела его. Он полулежал, прислонившись спиной к изголовью кровати, с обнаженной грудью и, подозреваю, недавно из душа. Я буквально задохнулась при виде его безумно красивого мальчишеского лица. Гостиничный номер за его спиной был полностью освещен, и мои глаза невольно сузились с подозрением.
– Ты ведь не собираешься спать, правда? – спросила я его.
Он выразительно разглядывал меня, а я разглядывала его в ответ, скользя взглядом по его загорелой груди, вдоль мускулистой руки, к наполовину полной бутылке изотоника в руке. От вида всех этих роскошных мускулов, кельтских татуировок, гладких грудных мышц, его шеи – о боже, эти мощные сухожилия на шее, в которые я обычно утыкалась носом по ночам – по телу побежали мурашки, и на меня нахлынули воспоминания о том, каково это – ощущать его, касаться, чувствовать запах, любоваться.
Пружина желания с болезненной неотвратимостью начала раскручиваться внутри меня, распространяясь по моему телу, пока всю меня не охватило возбуждение. Я могла думать только о том, чтобы целовать, обнимать, касаться, вдыхать запах его кожи, волос, чувствовать его дыхание на себе и ощущать касание его ладоней – каждой маленькой мозоли на них.
Потом до меня дошло, что он все еще смотрит на мое обнаженное по пояс тело, и в промежности у меня стало мокро при виде его собственнического взгляда, которым он, казалось, овладевал мной.
– Предполагается, что я должен почувствовать себя лучше от этого? – хрипло спросил он, выразительно глядя на мою грудь. – Видеть тебя за этим непреодолимым экраном – для меня настоящая пытка.
– Реми… – начала я.
Нахмурившись, он перебил меня:
– Не хочу, чтобы ты была одна. С тобой сейчас там есть кто-нибудь?
– Нора только что была здесь, и думаю, что Мел где-то недалеко. – Я решила не говорить ему ничего ни о Норе, ни о моих родителях, во всяком случае, пока все не успокоится. Его отвергли собственные родители, и я поклялась, что он никогда не будет отвергнут моей семьей, чего бы мне это ни стоило. Поэтому я бодрым тоном заверила: – Не волнуйся, я здесь не одна.
Он кивнул, в каком-то растерянном отчаянии проводя пальцами по волосам. Потом наклонился поближе и повел руками по экрану. Снова отодвинулся и прищурился.
– Я хочу прикоснуться к тебе. Я просто готов зубами грызть этот долбаный монитор.
Мой тихий смешок перерос в мучительный стон, и я закрыла глаза. Скайп, оказывается, не такая уж хорошая идея. Моя тоска захлестнула меня с новой силой. Видеть его и не иметь возможности прикоснуться… Я смотрела на него и страдала. Это было больно.
– Мне тяжело просто видеть тебя. Я хочу тебя чувствовать, – говорю я.
Он вытащил откуда-то мой топик и показал мне.
– Я нашел это в своем чемодане. – Он поднес его к лицу и понюхал, а я буквально задохнулась, почти ощущая его нос на своей шее, как он вдыхает мой запах… Лижет меня…
– Черт, Брук, я хочу быть рядом, обнимать тебя, разложить на кровати и трахать до утра.
Желание взорвалось в моем животе фейерверком, когда я услышала это грубоватое признание.
– Да, да, о боже! Я тоже хочу этого.
Его глаза вспыхнули, когда он наклонился вперед, я видела, как перекатываются его мышцы от этого движения.
– Я хочу быть рядом, хочу сжать твои груди и полизать соски, чтобы показать, как сильно я тебя хочу.
Между ног стало жарко, мышцы болезненно сжались, все тело охватила тоска по его ласкам. Мой голос чуть охрип от болезненного желания и возбуждения.