Последний поезд на Ки-Уэст

Я не уверена, говорит ли это в его пользу или наоборот, хотя, скорее всего, второе. Я прикидываю, насколько рискую, садясь в машину к незнакомцу, — предостережение официантки отдается эхом в моих ушах. Что бы там ни говорили обо мне, но я не совсем бесшабашная. Однако денег у меня почти не осталось, а двигаться на север надо как можно быстрее, и это непреложный факт.
И потом, учитывая, кто идет за мной по пятам, возможны варианты и похуже, чем общество госслужащего. Будем надеяться, что перед спецагентом даже Фрэнк спасует.
— Я Элизабет, — говорю я, принимая решение. Поехать с ним рискованная затея, но еще рискованнее — застрять тут.
Он кривит губы.
— Не Элиза?
— Элиза я только для друзей, — лгу я. — Официантка в закусочной рекомендовала гостиницу в Айламораде. Она сказала, это хорошее место.
— Как называется?
— «Восход».
— Я знаю эту гостиницу, правда, сам обычно останавливаюсь в отеле «Мэткемб». Так вы окажетесь между двумя лагерями. Доставлю вас на Мэткемб в целости и сохранности. Можете не сомневаться.
— Слово спецагента?
— Слово джентльмена.
— Почему вы мне помогаете?
Он пожимает плечами:
— Я все равно еду в том направлении. Кроме того, если вас предоставить самой себе, то, готов поспорить, вы вляпаетесь в историю, а я не хочу брать такой грех на душу.
— Я могу за себя…
— Ничуть не сомневаюсь, — нетерпеливо фыркает он, — но девушке оказаться ночью одной в подобном месте весьма неблагоразумно. Особенно если у вас с деньгами совсем негусто, как я подозреваю. Я рад оказать вам посильную помощь. Вы планируете остановиться в этой гостинице?
— Да.
Он поднимает глаза к небу — облака снова выглядят угрожающе.
— Если мы отправляемся, тогда нужно поторопиться. У меня дела на Аппер-Мэткемб, а я без того тут сильно задержался. К тому же вечером по прогнозу дождь, и мне не хотелось бы попасть в шторм.
— Что за дела?
— Расскажу по дороге. Ну что, едете?
Я не могу отделаться от тревожных мыслей.
— Если вы следовали на Мэткемб, то почему не сошли на станции в Айламораде? Почему проделали весь путь до Ки-Уэст, а теперь возвращаетесь на север?
— Во-первых, потому, что здесь стоял мой автомобиль. А во-вторых, потому, что мне сказали, что человек, с которым я должен встретиться, будет здесь. Мы разминулись. Он уехал на Мэткемб. Я не хочу разминуться с ним снова и потому не могу спокойно сидеть и ждать. Поедете вы или останетесь — дело ваше, но если едете, то лучше сказать об этом прямо сейчас.
— Ладно. Спасибо.
— Отличный выбор, — улыбается он.
Он меня просто бесит.
Сэм молча берет мой саквояж и идет с ним к автомобилю. Одной рукой он открывает мне дверцу и, когда я располагаюсь на бежевом кожаном сиденье, кладет саквояж в багажник, после чего занимает место за рулем.
Он заводит машину, и мы отправляемся в путь.
Дошло ли до Фрэнка, что я уехала из Нью-Йорка? Отправил ли он людей следом за мной? Он не привык упускать свое, и страшно представить, какой будет его реакция, когда он узнает, что лишился своей невесты.
Если люди Фрэнка выяснят, что я купила билет на поезд, по крайней мере, их поиски будут ограничены Ки-Уэст и не дойдут до того места, куда я на самом деле направляюсь. Если, конечно, он не поймет, кого я разыскиваю. Но к тому времени, на наше счастье, мы уже уедем.
Хорошо, что есть возможность убраться подальше от Ки-Уэст и пропасть из виду.
— Откуда вы? — интересуюсь я, когда Сэм выруливает на дорогу.
— Опять светская беседа? Мне казалось, мы стали попутчиками по необходимости — из-за ваших проблем, а не по доброй воле.
— Верно, но вам также известно, что мне быстро становится скучно. И потом, пожалуй, стоит чуть лучше узнать мужчину, с которым мне предстоит провести несколько часов в машине и на пароме.
— Я из Джексонвилля, Флорида, — вздыхает он. — Там родился и вырос.
Я морщу нос, вспоминая крохотный, ничем не примечательный городишко, мимо которого мы проезжали по железной дороге мистера Флаглера.
Я наклоняюсь ближе:
— И что такой мужчина, как вы, делает в Джексонвилле?
— Слушайте, заканчивайте с вашими дамскими штучками. Вам не очень удается образ роковой женщины, да и момент сейчас не совсем подходящий.
— Не очень удается… — У меня кровь приливает к щекам.
— Расслабьтесь, красавица. Вы, конечно, ослепительны, только я не мальчик и уже давно не падал к женским ножкам. И в обозримом будущем это не входит в мои намерения. Или вы это за собой даже не замечаете? Или это ваш способ контролировать ситуацию, когда нервничаете?
Ну что за субъект.
— Ладно. Чем вы занимаетесь в ФБР? — ровным тоном спрашиваю я — уже не мурлыкаю и не использую манящий язык телодвижений.
У него на губах проступает улыбка.
— Расследую.
— Что именно?
— Разные преступления.
— Типа ограблений банков?
— Нет, грабителями банков я не занимаюсь.
— Значит, гангстерами, — предполагаю я.
Он не подтверждает и не опровергает, отсюда я заключаю, что моя догадка верна.
— И много гангстеров в Ки-Уэст?
В Нью-Йорке они, разумеется, есть, но Ки-Уэст мне всегда представлялся эдаким сонным местечком, совсем непохожим на криминальный город.
— Здесь пролегает несколько оживленных контрабандных маршрутов.
— Значит, вы тут по делам, а не ради собственного удовольствия?
— Да.
— Охота на гангстеров — звучит опасно.
— Опасности случаются, но по большей части все обстоит довольно мирно — сплошная бумажная волокита.
— Она вам нравится?
Мои знакомые мужчины посвящали жизнь бизнесу и финансам — невозможно представить, чтобы кто-нибудь из них выбрал себе подобную стезю. Им скорее свойственно обходить закон, чем защищать его.
— Это часть работы, — он делает паузу. — Да, она мне нравится.
— Это требует определенного оптимизма. Люди всегда будут совершать преступления.
— Именно так.
Возможно, это не самая шикарная работа, но в этом климате даже я способна оценить выгоды подобной охраны.
— И вам нравится их ловить?
— Мне нравится привлекать их к ответственности. Приятно сознавать, что на улицах стало одной опасностью меньше. Сам факт того, что они ответят за свои преступления, дарит чувство облегчения.