Рецепт моего (не)счастья

И пока Людка раздувается от гордости и собственной значимости, я искоса наблюдаю, как улыбается господин Островский.
Хорошая у него улыбка. Светлая.
«Надо брать!» — шепчет мне меркантильно-романтический внутренний голос.
«Цыц!» — шипит на него очнувшийся мозг.
Но он опоздал: я уже полностью подпала под очарование момента, увязаю всё больше в болоте, имя которому — Богдан. Бог дан. Богом данный, — повторяю в уме на все лады.
Определённо: мне нравится!
    
Глава 8
Я чувствовал себя чёртовым рыцарем, что спасает принцессу от огнедышащего дракона. Никто и никогда не будил во мне таких чувств.
Илону хотелось защищать и оберегать, совершить в её честь подвиг, забить мамонта и, потрясая копьём, издать боевой первобытный клич, чтобы все в округе слышали: эта девушка моя! Занято! Никому не отдам!
А то, что она сопротивлялась и осторожничала, не отталкивало, а тянуло к ней, как на аркане. Магнитило так, что оторвать невозможно.
Её хотелось касаться. К ней хотелось принюхиваться, будто я животное, а не человек. Её хотелось слушать, закрыв глаза, чтобы впитывать голос, интонации, откровения, которыми она не спешила меня радовать.
Если посмотреть со стороны — обычная девчонка. Таких сотни тысяч по столице бродит. Средненькая, как сказал бы один мой хороший знакомый, что любил на женщин ярлыки цеплять.
Стандартная студентка, сразу в глаза не кидается, разве что солнечные волосы взгляд притягивают, но это тоже… на любителя. Такого, как, например, я.
В этом, наверное, всё дело: она не для кого-то создана, а подходит мне. Это ещё ничего не значит. Всё может измениться через час или день, но сейчас, в эту минуту, Илона притянула меня к себе, создала потенциальный вакуум, когда вытеснила всех других девушек. Вытолкнула их из моего сознания. Ощущение было такое, что будто никто до неё и не существовал.
Это немного пугало. Я к такому не привык. Обычно присутствовало притяжение. Женщины мне нравились. К ним тянуло физически. Я их желал, но не до ощущения, что загнали крюк под рёбра и тянет. А с Илоной — именно такие ассоциации возникали.
Я решил с этим разобраться позже. А ещё — никуда не спешить. Ну, в самом-то деле? Всего в моей жизни хватало с лихвой. Вон, пальцами щёлкну — почти любая помчится за мной. И тем интереснее приручить эту забавную чебурашку с хвостиками.
Я со спокойствием толстошкурого слона воспринял её колебания по поводу оплаты такси. Точно такие не существуют. Стоически выдержал её желание не доверять мне. С улыбкой встретил появление Илонкиной подруги.
Подумаешь. Напугала. Я всё равно ничего не собирался делать. Отвезти её, куда скажет, телефонами обменяться, а дальше будет видно. Может, при свете дня всё по-другому увидится, спадёт с глаз этот какой-то немного наивный флер очарования.
Чем больше она сопротивлялась, тем больше я хотел её поймать и присвоить. Не исключал, что это всего лишь игра, но мне пока очень нравилось играть по её правилам и покорять неприступную крепость по имени Илона.
— Куда едем, девчонки? — спросил я, как только машина зарулила во двор.
— В общежитие! — у Илоны подруга немного шумноватая и явно привыкла лидировать и командовать. От неё хотелось поморщиться. Вот эта своего точно никогда и ни за что не упустит. Цепкая, ушлая девица. Её издалека видно. Илонка на её фоне — неоперившийся птенец.
— Да хоть на Северный полюс, — ответил браво и подумал, что до Северного полюса на такси у меня, наверное, денег не хватит доехать, а поэтому оптимистично позволил себе думать, что их общежитие гораздо ближе, чем зона вечной мерзлоты.
В общем, через пять минут я уже скрипел зубами и жалел, что великодушно позволил взять с собой эту рыбу-прилипалу.
Разговор с Илоной не вязался, потому что её подруга Люда отвечала за всех и сразу. Вела разговор, как великий полководец ведёт войска на приступ крепости неприятеля.
Я даже позавидовал, ей-богу. Вот у кого нужно поучиться целеустремлённости, наглости и умению везде чувствовать себя свободно и без комплексов. Илона по сравнению с ней казалась забитой затюканной мышкой с двумя хвостиками. Благо, я знал, что это далеко не так.
Общежитие находилось неподалёку от университета.
— Надо же, мы в одном ВУЗе учились, — сказал я, вглядываясь в тёмные стены альма-матер, — и не пересеклись.
— Разные факультеты, разные курсы, разница в возрасте! — компетентно заявила Люда, снова не дав Илонке рот открыть.
Особенно разница в возрасте царапнула нешуточно. Почувствуй себя старпёром, называется, когда тебе всего двадцать пять. На миг. Так-то у меня всё нормально с самооценкой.
— Что ты несёшь, Люд? — закатила Илонка глаза, кинула на меня весёло-виноватый взгляд и развела руками.
— Да, видимо, ты права, Людмила, девушка, что людям мила, — съязвил я. — Таким пенсионерам, как я, пора отдыхать. И вам бы не мешало. Давайте прощаться?
— Пока-пока! — машет ладонью деловая Людка, а Илона кивает и готова мчаться по направлению к входной двери.
— Илон, — окликаю я её. — А телефончик?
— Зачем? — снова выпрыгивает вперёд, как мяч-попрыгунчик её подруга.
— Чтобы общаться, — тяну я старательно улыбку, стараясь не взорваться и не послать её куда подальше. Я могу. Но терплю исключительно потому, чтобы в грязь лицом перед понравившейся девушкой не упасть. Вряд ли она оценит, если я кровно обижу её подругу, которая, кстати, ей деньги на такси зажала — я слышал, между прочим. И за нами рванула, я уверен, чтобы сэкономить, а так бы продолжила обжиматься по углам со своим молодым человеком.
— Люд, — наконец-то одёрнула подругу Илона, — давай я сама буду отвечать Богдану и решать, нужно мне с ним общаться или нет.
Людка открыла и закрыла возмущённо рот. Вся её поза говорила о том, что девица оскорбилась не на шутку
— Ну, как знаешь! — гордо вздёрнула она подбородком, передёрнула плечами, будто затвором автомата и величественно прошествовала ко входу в общагу.
Дверь за ней захлопнулась оглушительно громко.
— Ты прости, ладно? — извинилась за Людку добрая Бояркина. — Люда не плохая, а заботливая. Она считает своим долгом заботиться обо мне и думает, что всегда знает, что для меня лучше.
Ага. Как же. Что-то она не спешила на помощь, когда та действительно была нужна. Я в такую заботу не очень верил, и поэтому решил немного открыть глаза на происходящее, хотя, безусловно, это не моё дело.
— Как считаешь, я хуже Виталика? — задал главный вопрос, который, по сути, был моим козырем.
Илона хлопала растерянно глазами, ещё не понимая, к чему я веду.
— Нет, конечно. Хоть я тебя и плохо знаю ещё, — добавила поспешно, наверное, посчитав, что нечего корону на голове носить незаслуженно.