Взлом с проникновением

— Если эта шпала продолжит виться вокруг тебя, не уверен, — он собственнически прижимает меня к себе, а в моей душе вдруг разгорается нешуточное возмущение. В любой другой ситуации я была бы рада решительности Макарова, но сейчас все слишком неправильно. Какого черта он вообще вообразил, что может лезть в драку, тем более на чужой свадьбе? Хмурюсь и надавливаю ладонями на его предплечья, надеясь выбраться из плена рук. Такая ревность, в которой все из крайности в крайность, мне не нужна. — Во сколько ты заканчиваешь? Я заберу тебя, — капитан не замечает масштабов катастрофы, которую сам же и породил, снова изучает мое лицо.
— Нет, не надо меня забирать, — он настолько теряется, что я легко выбираюсь на свободу и отступаю на пару шагов, сжимая туфли в руке. Как будто они могут мне понадобиться в качестве обороны.
— Ника, что происходит? — недовольно спрашивает он. — Секунду назад все было хорошо.
— А потом ты решил подраться на свадьбе моей подруги, — шиплю в ответ, резко оборачиваясь на шум открывающейся двери, и вижу вышедших жениха и невесту. Алинка счастливо улыбается, увидев нас с Макаровым, но быстро меняется в лице, заметив мое недовольство. — Я думала, мы выяснили все позавчера и ты понял, кого я выбрала. Но, видимо, ошиблась, — от сказанных слов в груди тяжелеет, а сердце сжимается слишком болезненно. В глазах вдруг начинает жечь, и я рада сумеркам, потому что в свете фонарей плохо видно выступающие слезы. — Уезжай, Лёш. У тебя еще работа, а скандалов я не хочу.
Макаров едва не рычит, но натянуто улыбается ребятам и переводит недовольный взгляд на меня. В голубых глазах полыхает ледяное пламя, которое сожжет меня к чертям, но я надеюсь, что ему хватит благоразумия не устраивать здесь сцен.
— Мы еще не закончили, Ника, не делай глупостей, — предостерегает он и уходит, пока я поджимаю губы и перекочевываю в объятия Алинки, продолжая смотреть вслед удаляющемуся капитану.
    
Глава 14
Злость сорвать на чем-то хочется. Поэтому, оставив на Высоцкого принятых гуляк, иду стрелять. В понедельник, конечно, придется отчитаться перед начальством за произвол, но это наименьшая из проблем. Лучше выпустить обойму в мишень, чем вернуться в ресторан и из блюстителя порядка превратиться в нарушителя.
К последнему выстрелу меня находит Матвей. Он только качает головой и тащит меня на улицу, чтобы освежить мозги и втолкнуть в себя дозу никотина. Забавно, что в эпоху электронок и айкоса друг все еще придерживается традиционного курения.
— Ну и что это? — серьезно спрашивает и чиркает зажигалкой.
— Херня из-под коня, — сажусь на скамейку и упираюсь затылком в стену, глядя наверх. — Там Ника в соседнем зале была. На улице встретились.
— Надо же, не признал, — хмыкает Матвей. Я и сам не сразу узнал Клубничку, нежную и красивую, в бежевом платье по фигуре. Прикрываю глаза, восстанавливая ее образ в памяти. — И что у вас за это время случилось? Хотел по-быстрому, а она не дала?
Шутки Высоцкого сегодня не заходят. Скорее злят. И смыслом, и потому что про Нику так низко подумал. Выдыхаю, закрывая глаза. Успокоиться все еще не удается: перед глазами дылда, жамкающая мою девочку, и его спасло исключительно то, что я при исполнении.
— Тот длинный с дачи вьется вокруг нее постоянно, — снова закипаю, так до конца и не остыв. Ума не приложу, из-за чего Ника взбесилась. В одном только права: выяснять отношения на свадьбе подруги — худшая из идей. Но это до меня доходит поздно, буквально только сейчас. Тогда же я вообще не думал: первобытный мужик внутри заорал и собственнически был готов защитить свое, пока разумный человек убеждал мозг в абсурдности ревностного порыва. Идиот.
Из мыслей выдергивает Высоцкий. Он заходится смехом, распугивая эхом желающих покурить, и они только хлопают дверью, уходя в обратном направлении.
— Неужели мы дожили до того дня, когда Макаров влюбился и ревнует? — проржавшись, спрашивает и с прищуром смотрит.
— Какая любовь? У нас даже ничего не было, — отмахиваюсь. — До дела так и не дошло: то меня на работу вызовут, то ей подруга с истерикой звонит.
Ой, зря сказал. Матвей опять гогочет и отправляет окурок в пепельницу.
— Так вот чего ты такой бешеный. Швы на штанах трут?
— Иди ты, а! — страдальчески вою. — И так тошно, еще и друг издевается.
— Не издевается, а занимается разведывательной операцией, — Матвей достает вторую сигарету и внимательно смотрит на кольцо на безымянном. Улыбка трогает его губы, и даже лицо светлеет. Точно Сашку вспоминает, этот грубиян о жене всегда только с нежностью отзывается — настолько сильно любит. — У тебя, Лёх, все признаки влюбленности на лицо: тупые поступки, чрезмерная вспыльчивость и упертость.
— Ой, вот не звезди, — отмахиваюсь, но в голове шестеренки закручиваются. И правда же все есть, но я никогда особой скромностью и покладистостью не отличался, так что, может, это врожденное. — Это характеристика любого мужика с недотрахом.
— Хотел бы просто переспать, выбрал бы вариант попроще, даже из отделения выходить не пришлось. Но ты заморочился и таскаешься за Вероникой — значит не просто так, — вдалбливает мне в голову свою истину.
— А если все закончится после секса? — спрашиваю, понимая, что ни черта не закончится, если меня уже сейчас тянет к ней, как ни к кому до этого. Раньше, если не получалось с девчонкой с первого раза, мы спокойно расходились, а здесь прерываемся второй раз и только подогреваем интерес. Матвей одаривает меня красноречивым взглядом, предпочитая промолчать и не отвечать на тупой вопрос. — Я так объебался сегодня.
— Так ноги в руки, и вперед исправлять.
 
* * *
Слушаюсь друга и еду к ресторану. Время ползет к полуночи, и я мысленно молюсь всем богам, чтобы праздник затянулся. Паркуюсь почти у входа и вылетаю из машины, видя расходящихся гостей. Так, спокойно, Ника — подружка невесты, значит, уйдет в числе последних. Торможу во дворе, не решаясь войти внутрь, иначе получится, что ворвусь без приглашения на чужой праздник.
Достаю телефон, решаю набрать Клубничку и попросить выйти. Не хочу извиняться через трубку — лучше лично, чтобы потом обнять и больше никуда не отпускать.
Звонить не приходится — дверь открывается раньше, выпуская на улицу счастливых молодоженов. За ними следует и моя Ника, что-то щебечет, а потом резко разворачивается и сбегает обратно. Вот так финт ушами! Хочу ломануться следом, но две пары глаз, уставившихся на меня, вынуждают выступить вперед и хотя бы объясниться.
— Добрый вечер. Поздравляю молодую семью! — пожимаю руку Жене и киваю Алине.
— Спасибо, — благодарит невеста, сдержанно улыбается и тут же хмурится. Ясно, эта сторона поддерживает Нику. Хорошо, что у моей Клубнички такие верные друзья. — А вы по работе? У нас вроде все без проблем прошло.
— По личному вопросу, — заглядываю через их плечи в зал, но вижу только снующих людей. — С Никой хочу поговорить.