Простые желания
— Буду признателен, — кивнул Мад, присаживаясь на диванчик возле Элге, а директору указав на ближайший стул с подлокотниками.
Ждать пришлось недолго. Молодой здоровый организм девушки и помощь семейного целителя сделали свое дело — её ресницы затрепетали и распахнулись.
— Хвала Небу, — с облегчением прошептал муж.
Элге оглядела обстановку, осознала собственное положение и перевела непонимающий взгляд на Мадвика.
— А где..? С ней всё в порядке? Там была повреждена нога, трещина…, - невнятно заговорила Элге хрипловатым после забытья голосом.
— С ней, — передразнил Мад — всё в порядке! Жива, здорова, скачет как прежде. А вот с тобой..! Как ты себя чувствуешь, маленькая?
— Устала, — виновато призналась девушка и сделала попытку сесть.
Которую муж мягко, но решительно пресёк.
— Лежи, пожалуйста, милая. Как ты нас всех напугала! Принести тебе что-нибудь? Пить хочешь?
— Нет. Что случилось, Мад?
— Это я у тебя хотел бы узнать! Ты сунулась лечить служанку и потеряла сознание, потому что выкачала у себя всю магию, — сердито заговорил муж.
— Лечить..? Я не могу лечить, я же не лекарь.
— Я бы не был в этом так уверен, уважаемая леди, — заговорил господин Зоратт, вставая со своего стула и подходя ближе. — Я бы хотел с вами об этом поговорить, если вы не возражаете.
Элге вновь приподнялась на локтях и была повторно остановлена ласковой рукой мужа.
— Не вставай, не торопись.
— Неловко же в таком положении говорить с господином директором, — едва слышно пояснила девушка.
— Директор понимает, не волнуйтесь, — отозвался Зоратт. — Вам сейчас лучше не делать резких движений, полежите. Леди Форриль, — он внимательно смотрел на девушку, — у вас спонтанные проявления довольно сильного целительского дара. При неправильном использовании дар опасен для своего носителя. В какой-то момент, при очередном исцелении, вы можете просто выгореть, понимаете? Обученные маги черпают силу извне, тогда как вы отнимаете её у себя самой. Вам нужно научиться пользоваться этой силой безопасно для себя; с обучением я могу помочь. Пока вы восстанавливались, мы с вашим супругом всё обсудили …
— Я согласен на тестирование для тебя и занятия с опытным наставником, — поспешно вставил Мад. — Это необходимо, Элге.
— Я не против, но… Как это вообще возможно? В таком возрасте обычно ничего не появляется!
— Это и мне хотелось бы знать, леди. У вас точно не было никаких проявлений дара в детстве? В редких случаях магия просыпается у детей и в более раннем возрасте.
— Вроде нет. Точно не помню, я… Я плохо помню своё детство, господин Зоратт, но моя сестра рассказала бы о подобном, уверена.
— Почему? Простите за, возможно, бестактный вопрос с моей стороны, но не исключено, что причина в этом и кроется: дар у вас был, но вы перенесли какое-то сильное потрясение, вследствие чего…что? Леди Форриль, что? Я прав?
Элге побледнела.
— Смерть родителей на меня сильно подействовала, — негромко призналась она. — Я не помню, ни как они умерли, ни похороны. Моё состояние в те дни оставляло желать лучшего. Со слов Виррис, я ушла в себя, почти не разговаривала, почти не реагировала ни на что. Очень быстро мы с сестрой остались совсем одни, без поддержки родни, и она сражалась со всеми проблемами самостоятельно. От меня помощи не было никакой.
Мадвик, слышавший ранее историю в очень сжатом, скупом варианте, прижал Элге к своему боку, успокаивающе поглаживая по спине.
— Ты не говорила о потере памяти, маленькая.
— Стыдно в подобном признаваться, — еле слышно сказала Элге. — Я совсем плохо помню своё детство. Какие-то обрывки. Мы жили в огромном доме, у нас была конюшня, и я ухаживала за собственным пони. Помню, как дурачились с сестрой, как к нам приходили учителя. Завтраки на природе, праздники, лето в загородном поместье. Лет до двенадцати вспоминается обычная жизнь, мама, папа, иногда какие-то родственники приезжали к нам. Я даже не знала, что финансовые дела отца идут так плохо: внешне всё выглядело на должном уровне, мы ни в чём себя не ограничивали. Или мне так казалось по малолетству. Но чтобы магия..? Нет, не помню.
— Очень сочувствую горю вашей семьи, леди. Потеря родителей в вашем случае могла выступить сильнейшим потрясением, вследствие чего ваш дар мог уснуть. Такое бывает, — мягко сказал господин директор.
— Чтобы уснуть, надо, чтобы он был, — покачала головой Элге.
Мад смотрел на неё крайне задумчиво, так и не выпуская из рук.
— Вы точно уверены, что его не было? До смерти родителей? — нахмурился Зоратт.
«Да», — собиралась сказать Элге и… промолчала. О том периоде она знала лишь то, чем в долгих доверительных разговорах делилась с ней Виррис.
Господин директор тактично умолк, только крутил на пальце бирюзовый камень в элегантной оправе. Мад, хмурясь, заглянул в несчастные зелёные глаза и осторожно предложил:
— Возможно, вам с сестрой пора поговорить.
Глава 17«Не хочу», — тягостно заворочалось в душе Элге. «Хочу свою жизнь, знакомую, привычную до каждой минутки. Надёжный тыл, доверие и уверенность в своих близких. И чтобы никаких тайн».
Элге поведала господину Зоратту о том, что знание трав и растений проявилось у неё месяца за три до семнадцатилетия, коротко пояснила, в чём суть магии.
— В этот период ваша сестра ещё проходила обучение в Школе, — вспомнил директор. — Она упоминала, что вы начали чувствовать травы, я тогда удивился: дело ведь было зимой, и вместо живых растений вы потянулись к засушенным. Я предложил леди Адорейн привести вас к нам, проверить уровень дара и намеревался предложить обучение.
Элге показалось, что весь воздух разом вышибло из её лёгких.
— Обучение? — Разве в Леаворской Школе есть курс травоведения?..
Бьорд Зоратт пристально посмотрел на неё:
— Всегда был. Магия эта довольно редко, но встречается. Мы же и зельеварение преподаём, одно без другого не работает.
Глаза у него были необычные: очень светлые, почти прозрачные, будто углём обведённые по контуру радужек, с чёрными-чёрными зрачками.
Господин директор чувствовал некоторую неловкость за то, что стал невольным свидетелем семейных тайн, и в то же время этой молодой леди помощь просто необходима. Элге растерянно посмотрела на мужа, что с каждой минутой хмурился всё сильнее, но в прекрасных глазах, сейчас цвета грозового неба, застыла искренняя обеспокоенность за неё. Ей всё больше переставало нравиться происходящее, но не замечать новых обстоятельств уже невозможно. А сколько ещё открытий её ждёт? Почему-то кажется, что немало. Элге зябко повела плечами и благодарно улыбнулась, почувствовав успокаивающее поглаживание тёплой ладони.