Простые желания
Гарт приподнял брови, изобразив изумление. Помолчал, якобы осмысливая услышанное: о проведённом ритуале матери он не сказал. Что ж, с ответным ходом отец медлить не стал. Двору надо было что-то озвучивать, да и Лара… Всё правильно.
— Даже так? — медленно отозвался он, поглаживая пальцем серебристую поверхность «зеркала». — Что ж, этого следовало ожидать.
У мамы несчастное лицо и новые морщинки.
— Но так не поступают, Арри! Никто! Его окружение выразило было несогласие, но… Несогласных он очень быстро меняет на готовых кивать каждому его слову.
— Значит, поступают, — пожал плечами Гарт. — Этот человек давно уже самодур. Я даже отцом его называть не могу, прости.
— Мне бесконечно жаль… Я не смогла его переубедить. Никто не смог. Арри, ты понимаешь, что это значит?
— Меня не будет в завещании и в очереди вот на всё это: интриги, заговоры, подхалимство, старания вассалов пристроить своих родственников и друзей на тёплое местечко, и так далее, — подсказал он ровным тоном.
— Я не только про завещание. Твоё имя… его вывели из родовых книг! Из всех документов! Твои портреты… Он…он уничтожает тебя, Арри, и я не могу на это смотреть! И ничего сделать не могу. Он безумен, он совершенно сошёл с ума. Человеческий век короче, чем ваш, Арри. Тебя забудут, как будто никогда не было. Я могу только рассказывать мальчишкам о тебе, но даже твоё имя…
— У меня есть твоё, и его никто не заберёт. Хотя кровь у нас с ним осталась одинаковой, её, увы, ничем не замазать и не заменить. Я не буду стоять на пути Асси, мама. Ни у одного из них, кого бы отец не объявил наследником. Мы никогда не были с мальчиками врагами и не будем. Если сумеешь — донеси это до обоих, до Вела тоже. Они славные, и я от всей души желаю им вырасти достойными людьми. Жалею только, что мы так редко видимся.
— Арри…
— Гарт, теперь меня называют так. Расскажи мне о мальчишках, мама. Чем живут, какие успехи делают, о чём мечтают?
Какие бы объяснения не дал папаша жене по поводу разорванной помолвки, в ту вину сына она ни на секунду не поверила. И от этого было чуточку легче дышать.
* * *
/Прошлое, семь лет спустя/
— Гарт, тебя комендант вызывает!
Четыре дня назад он вернулся с остатками отряда в крепость на западной границе. Йгены, тогда он столкнулся с этими тварями в первый раз. Не успевали маги расправиться с одним выводком, как вскоре, словно из ниоткуда, возникал ещё один. И ещё. Гарт научился ставить мощнейшие щиты, способные укрыть до трёх десятков боевиков, и обучил своему умению остальных, способных к построению защиты. Около семи лет, почти не вылезая из неприглядной местности, полной иссушенного мёртвого леса, смрадных болот и потрескавшейся земли. В землях почти нет воды, но это не мешало тварям появляться возле самой малейшей лужи — они любили воду, становились сильнее, изворотливее и опаснее рядом с ней.
Он устал. Снова и снова Гарту приходилось уничтожать одну особь за другой. Парами. Десятками. Бесконечно и монотонно. Подкрепление присылали — и всё на этом. Самым главным подозрением он не делился ни с кем: сначала казалось, что мерзких тварей кто-то нарочно призывает. Позже Гарт почти уверился в этом; кому-то очень хотелось, чтобы он оставался как можно дальше от жизни. Здесь, в безжизненных Пустующих землях, не принадлежащих на Калдигерну, ни соседнему Бердену, в землях, кишащих тупыми, но крайне злобными и ядовитыми тварями, самое место, чтобы могло произойти всякое. А тот, который стал Гартом, просто очень старался выжить, вопреки всему. И сохранить жизни своих людей.
Изматывающие битвы с йгенами закончились победой людей, но Пустующие земли никогда не восстановятся. Не бывать им плодородными, не знать человеческого жилья.
Он поднялся на второй этаж основного здания, заглянул в знакомый кабинет.
Принял протянутую бумагу. Судя по почерку, у его величества новый секретарь. Задумчиво уставился на королевскую подпись, подавил желание подёргать высокий воротничок мундира, лишь сдул с лица выбившуюся из небрежного хвоста прядь. Волосы стали короче, выше плеч, взгляд жёстче, да загар, придавший коже бронзовый оттенок — вот и все перемены во внешности.
— Завтра? — взглянул он на коменданта.
— Тебе откроют портал прямиком во дворец. Думаю, это хорошая весть, Гарт. Возможно, тебя представят к награде.
О нет, он так не думал. Награда — не исключено, но чтоб хорошая весть — вот это вряд ли.
Столицы он не увидел: портал выплюнул Гарта рядом с высокой дворцовой парадной лестницей. А любопытно было бы взглянуть на город, прогуляться по забытым улочкам, может быть, как обычный человек — теперь обычный — просто зайти в таверну, посидеть спокойно за нехитрым ужином… Возможно, аудиенция не отнимет много времени и он ещё успеет. Дом королевского семейства больше походил на город-крепость, и охраны, охраны… Мужчина кивнул незнакомым лицам и проследовал за сопровождающим. Не удержался, позволил себе толику любопытства: бросал взгляд на внутреннее убранство, успел разглядеть вывешенные в галерее портреты, отмечал количество снующей по коридорам прислуги. Раз или два навстречу попались фрейлины её величества, с интересом стрельнувшие глазками в его сторону. Он усмехнулся. Во дворце царила суета: похоже, намечается какое-то мероприятие, но вряд ли простого офицера из отдалённого гарнизона пригласили на него.
Его величество принял его в своем необъятном кабинете, обставленном массивной мебелью и оформленном в тревожных цветах. Во всяком случае, Гарту здесь неуютно. Он отступил от огромного кресла и замер напротив стола, длинного и широкого настолько, что на нём танцы можно было устраивать.
Его королевскому величеству давно перевалило за сто девяносто, но это был всё ещё статный, подтянутый человек, без малейших признаков седины в тёмных, слегка вьющихся волосах, с цепким пронизывающим взглядом, не потерявшим с возрастом ни яркости, ни синевы. Судя по плотно сжатым губам, нечасто он позволял улыбке появляться на своём всё ещё привлекательном и совсем не старом лице. И вот эти самые цепкие глаза сейчас рассматривали стоящего перед ним офицера: пристально, словно пытаясь ввинтиться поглубже, с холодком и некоторым интересом. Король молча откинулся на спинку стула, перевёл взгляд с лица Гарта на его мундир, знаки отличия, несколько наград, скользнул на пояс, отметив ножны с клинком, так и не отданным охране, как полагалось; густая изогнутая бровь едва заметно дёрнулась.
— Ну здравствуй… Гарт, — первым нарушил затянувшееся молчание Тадхен Орсанд.
Тот скупым движением склонил голову, щёлкнул каблуками:
— Ваше Величество.
— Наслышан, наслышан о твоих подвигах. Похвально… Равно как и работа с молодняком. Не ожидал, что из тебя получится столь… грамотный наставник. Похвально.
Гарт молчал.
— Поздравляю с успешным завершением операции в Пустующих землях.
— Благодарю.