Остаться до рассвета

— С таким лицом обычно прикидывают, не подсыпать ли в пищу крысиного яда.
Девушка вздрогнула от покалеченного хриплого голоса над самым ухом.
— Крысиный тебя, пожалуй, не возьмёт, — не осталась в долгу она.
А Ар дёрнул углом рта. Показалось или нет? Он хотел улыбнуться? Маг заглянул под крышку, принюхался.
— А о чём размышляла с таким убитым лицом?
Элге отвернулась, высыпала мелко нарезанную зелень, перемешала.
— Было время, сестра мне врала. Много лет. Теперь мы поменялись местами…
Маг ухватил зубами веточку петрушки.
— Ты тоже собираешься врать много лет?
Девушка, насупившись, стукнула по кухонному столу тарелками, следом сердито звякнули вилки.
— Расскажешь ей потом, когда можно будет. Мне кажется, она поймёт, — примирительно сказал Ар. — Пахнет съедобно.
Щёлкнув пальцами, он отправил посуду в комнату, туда же полетели выложенные Элге салфетки. Те вопросы маг оставил без внимания, не будет она больше спрашивать. Быт почти крестьянский, почти все запросы самые простые, шуточки хамоватые, а речь — правильная, с кофе знаком, ножом и вилкой пользоваться умеет.
…Может, научить пользоваться гребнем, привести в порядок встрёпанную шевелюру? — мелькнула дурацкая мысль.
 
А думать о будущем не получалось. Вообще никак. Картинки расплывались, мысли путались. Ближайшее будущее заканчивалось желанным сигналом распознавателя личности и совершенно осязаемым, будто уже держит в руках, перевитым шнуром документом с золотой печатью.
***
Несмотря на то, что это будет уже третья ночь подряд, что она проводит в лесном домике, именно сейчас для Элге начался условный отсчёт, именно сегодня ей стало особенно неуютно, беспокойно. Маг перестал смотреть в её сторону, погрузившись в свои дела, но она старалась не привлекать внимания, сразу после ужина ушла за ширму и долго сидела над своими записями. Упражнения, которыми Каннелия рекомендовала не пренебрегать, сегодня не удавались, и Элге приводила в порядок травник, пока не начали слипаться глаза. Но уснуть не получалось долго: мысли взрывали голову, а одеяло вдруг показалось совсем тонким, и она отчаянно мёрзла, свернувшись калачиком, обняв себя руками. Не спасало и свободное тёплое платье с удобными рукавами, которое девушка использовала вместо одежды для сна. Пыталась заснуть и сердилась на себя: какой из неё целитель, если не может прогнать зябкий холод, разогнать кровь, согреться?..
 
Ар хотел собирался поработать с книгой, добытой неугомонным величеством из чьей-то частной библиотеки, но величество проявило себя ещё и настырным. Огорчение отказом принять его венценосную особу Бастиан не продемонстрировал, но кое-какой законопроект посмотреть очень просил. Очень. Всенепременно. Даже щиты обошёл: свитки шлёпнулись на середину стола, аккурат в мягкий круг света, отбрасываемый одним из светильников. Маг фыркнул, но любопытство в итоге победило. И посмотрел, и вчитался, и ряд пометок под некоторыми пунктами сделал. Окна давно стали тёмными, смотреть в них всё равно что заглядывать на дно полной чернильницы. Вернув свитки в королевский кабинет, Ар приложил ладони к покрасневшим глазам, убирая жжение. Трудный день.
Девчонка съёжилась в сотворённой им неширокой постели, и так-то мелковата, а в позе младенца совсем крошечная. И гордая: не заикнулась, что мёрзнет. А вроде тёплое одеяло наколдовал. Маг поднял ладонь, притянул к себе одну из мягких меховых шкур, тихонько ступил за ширму и накрыл рыжую. Та немедленно спрятала в шкуру нос, вызвав на его лице слабое подобие улыбки.
***
Леавор горел нарядными цветными огнями, а душу Зоратта терзали сомнения. Верно ли поступил, рискнув доверить сомнительному отшельнику сестру Виррис? Может, правильнее было бы забрать Элге домой и пойти на открытый конфликт с Форрилями, упирая на желание самой Элге порвать с этой семьёй?
Вир ждала его, и это согрело сердце, пусть ожидание и касалось только известий о поисках. А сказать ей можно так мало!
Жена велела разжечь камин и подать горячего вина с пряностями, и Бьорд занял предложенное кресло возле очага. Это так походило на уютный семейный вечер, на маленькое воплощение мечты, и не имеет значения, что он не мёрзнет даже в самые лютые морозные ночи. Ради такого островка мира и спокойствия он согласен сидеть у огня и пить это вино, которое вообще-то не любит. Осторожно подбирая слова, Зоратт озвучил только то, что не нарушит безопасности вот этой пламенноволосой женщины, вверившей ему свою жизнь. Видел, как меняется её взгляд, от разочарованного к недовольному, сердитому и колючему.
— Как я могу вам верить, когда вы не договариваете! Может, вы вовсе не начинали поиски Элге, и вам никто ничего не сообщал про неё! И никуда вы не ходили! Вы могли взять меня с собой, чтобы я своими глазами..!
Бьорд поставил вино на столик, молча передал Виррис запечатанный конверт.
— Леди Элге писала его при мне. И у вас с ней будет возможность связываться через сферу вызова.
— Когда? — быстро уточнила Виррис, раскрывая письмо.
Почерк Элге, и их тайные знаки, мелькающие между буковками. Девушка подняла глаза на мужа, впервые отметив печать усталости на его лице, глубокий задумчивый взгляд, и только сейчас вспомнила, что сегодня он не ездил в свою Школу, а с самого раннего утра занимался проблемами её маленькой семьи.
— Думаю, что в течение ближайших дней канал связи настроят, и нам дадут об этом знать. Пусть на расстоянии, но вы сможете её видеть.
Виррис глубоко вздохнула. Выдавить из себя извинения не получалось.
Элге написала ей почти две страницы. Много сожалений и извинений за причинённые волнения, заверения, что её временное убежище надёжное и ей там нравится, выражение надежды, что они скоро увидятся. Просьбы быть помягче с мужем.
— Элге просит прислать ей кое-что из одежды и так, по мелочи, — Виррис смотрела в исписанный лист.
От усилий угадать, где именно могла затаиться её сестра, начала болеть голова. У родни опасно, подруг нет, никого нет! Так куда она могла податься?!
— У вас один размер, если не сложно, подберите что-нибудь из своего гардероба, — согласился Зоратт. — Или возьмите слугу и пройдитесь по магазинам, расходы я оплачу. Для леди нужно что-то простое, не вычурное, изысканных нарядов не нужно.
— Проверите лично каждый шовчик на моих платьях?
На язвительный выпад жены Бьорд повёл плечами. Горечь в её голосе жгла калёными щипцами.
— Мне кажется, в этом уже нет необходимости? — негромко усмехнулся он.
— Скажите хотя бы: Элге далеко от сюда, или где-то рядом?
Он покачал головой.
— А вы?.. Если лорд Форриль потребует проверки? Ведь артефакт Истины нельзя обмануть.
— Если потребует проверки — пройду, — только и сказал муж.