Мятежное сердце
Неважно, осознавал бы он это или нет. И не имеет значения, его это ребенок или нет. Раш стал бы отцом во всех смыслах этого слова.
— Говоришь так, будто нет ни малейшего шанса, что он примет это.
Я запретила себе надеяться.
— Ты правда думаешь, что он справится с таким?
Отец глубоко вздохнул и задумался.
— Думаю, ему будет непросто. Очень непросто. Потребуется немало времени, чтобы горечь растворилась. Но я бы взял в расчет его чувство к тебе. Не исключаю возможность, что между вами все будет кончено. Но суть в том, что… ты не знала о его брате. Он не может винить тебя… ведь ты же не знала. Это был не твой выбор.
Меня раздражали неуклюжие попытки отца внушить мне надежду. Нутром я чувствовала, что Раш ни за что на свете не примет такой оборот.
— Я не смогла бы справиться с ситуацией, окажись я на его месте. Если бы у меня была сестра и вдруг забеременела от него, не могло быть и речи о том, что я буду растить их ребенка. Слишком больно. Глупо ожидать от Раша, что он поступит по-другому.
Я всхлипнула и снова вытерла глаза.
— Знаешь… я думала, что моей самой большой проблемой станет беременность… но постепенно привыкла к идее материнства, даже воодушевилась… И все благодаря Рашу. Потому что почувствовала его поддержку. Но такая шутка судьбы выбила меня из колеи, и теперь… вообще не представляю себе будущее, по крайней мере, будущее вместе с ним.
Папа притянул меня к себе.
— Так больше не может продолжаться. Обещай, что расскажешь ему все сразу по возвращении. Покончи с этим, Джиа. Иначе дальше будет хуже.
Путь назад был темным и дождливым. Вполне подходящим для моего состояния. Для поездки в город Раш снова арендовал мне отличное авто. По дороге домой я набрала его номер.
Он взял трубку.
— Привет, детка! Ты в пути? Не следует разговаривать, когда ведешь машину.
— Я на громкой связи. Все нормально.
— На улице дождь, так ведь?
— Ага. Довольно сильный.
— Будь осторожней.
— Буду, не волнуйся.
— Как прошла встреча с отцом?
— На удивление хорошо. — Я вздохнула.
— Нормально воспринял новость?
— Ну да… как и следовало ожидать.
— Боже, какое облегчение! Должно быть, камень с души упал?
Если бы он только знал, какой величины камень сейчас лежал на моей груди. Беседа с папой только увеличила его вес, ведь он сказал, чтобы я не затягивала разговор с Рашем. Закрыв на мгновение глаза, я смогла удержать подступающие слезы. Если бы разговор с отцом о беременности был единственной трудностью, с которой я должна справиться на этой неделе!
— Хочешь, приеду сегодня? Или устала?
— Думаю, отправлюсь сразу в постель. Совсем вымоталась.
— Веди поосторожней, если хочешь спать. Притормози у какого-нибудь отеля, если нужно. У тебя моя кредитка. Не хочу, чтобы ты…
— Раш, — перебила я.
— Да?
— Мне надо с тобой кое о чем поговорить. Завтра. Сегодня слишком поздно. Сможешь завтра после работы?
— Джиа, что случилось? — встревоженно спросил Раш.
— Не телефонный разговор. Люблю тебя. Мои чувства не изменились. Просто хочу сказать тебе что-то важное.
— Я собирался поехать завтра в город на деловую встречу. Хочешь, отменю ее?
— Нет, не надо.
Мне нужно было время, чтобы набраться сил.
— Ничего не отменяй. Приезжай после встречи, окей?
После долгой паузы он ответил:
— Окей.
Глава 4
РашКазалось, ничто не в силах испортить мне настроение.
В ожидании, когда женщина за прилавком закончит болтать по телефону, я разглядывал развешенные на стене портреты. Если тот факт, что я случайно наткнулся на это место, не был знаком свыше, тогда не знаю, что это было…
— Простите. — Женщина оторвалась от телефона и подошла ко мне.
— Без проблем. У нас не назначена встреча или что-то в этом роде. Просто встречаюсь кое с кем в этом квартале, и фотографии на витрине зацепили взгляд. Это вы фотограф?
Чем-то эта дама напомнила мою маму. Крошечная, с длинными струящимися пепельными волосами, она излучала атмосферу в стиле Стиви Никса.
— Да, все мои. Это моя портретная студия. Я тут на все руки мастер: отвечаю на звонки, фотографирую, печатаю, оформляю. Ничего не могу с собой поделать: помешана на контроле.
— Что ж, это неплохо работает. Фотографии невероятные.
— Благодарю, — тепло улыбнулась она, — вы хотите индивидуальную съемку? Для самого себя? Или что-то вроде семейного портрета?
— Хочу устроить фотосессию в качестве… подарка. Для своей девушки… что-то в этом роде.
Я указал на огромный портрет в рамке. На нем была глубоко беременная женщина, смотрящая на свой внушительный живот. Одной рукой она прикрывала грудь, а другой поддерживала круглый шар под ней. Это было прекрасно: качество и мягкость съемки придавали женщине почти ангельское свечение.
— В последнее время она немного подавлена, думаю, начинает заморачиваться насчет своего тела. Хочу, чтобы она видела себя такой, какой я ее вижу.
— Замечательная идея. Классный будет сюрприз. Многим женщинам во время беременности не нравится их внешний вид. Подарок вроде этого покажет, что вы гордитесь ее телом, и она поймет, что стесняться нечего.
— На это и расчет. Беременная она великолепна.
— Уже решили, когда приведете ее? Сейчас принесу свой календарь и покажу варианты. Я скоро…
Мой взгляд скользнул по портрету рядом с обнаженной беременной. Именно эти две фотографии привлекли мое внимание на улице. Их сочетание заставило меня остановиться и свернуть с пути, ведущего на деловую встречу. Рядом с изображением беременной женщины висел большой портрет малышки. Девочке было от силы несколько месяцев. Она спала на белом пушистом одеяле, забавно приподняв крошечную попку, подогнув коленки и положив на ладошки пухлые щечки. Но что привело меня сюда, так это крылья. На спинке спящего ангела были белые крылья с пушистыми перьями. Девочка казалась самым настоящим ангелом.
— Кстати, я Дженни. Наверное, надо было представиться раньше.
Я протянул руку.
— Приятно познакомиться, Дженни. Я Раш.
Она открыла ежедневник, каждая страница которого была густо исписана сверху донизу. Дженни была чертовски востребована.
— Похоже, у вас все занято.
— Не беспокойтесь, запишу вас на то время, которое хотите. Мужчине, для которого его беременная подружка прекрасна настолько, что он готов оплатить ей фотосессию, у меня всегда найдется местечко.