Маг особого назначения

Азар, как орел над зайчонком, закружил по комнате, залетая то слева, то справа, глаза горят, улыбка сверкает. А Роксана лебедем плывет по комнате, глаза долу опустив.
У меня же при взгляде на столь живописную пару только одна мысль забилась в голове, как птица в силке: скорей бы назад Роксану отправить. В этом замке слишком явно ощущается дыхание Смерти, а уж кому и жить, если не Роксане…
Отдышавшись, Роксана и Азар под аплодисменты выпили на вечную дружбу из рога, оплетенного серебром, жарко расцеловались, переглянулись, и полилась песня, удивительно нежная и красивая. Голос Азара зарокотал, как лавина в горах, голос Роксаны вторит серебряным ручьем. Заслушаешься!
Наконец, далеко за полночь, разошлись спать. Эллина показала гостье комнату, но Роксана заупрямилась.
— Боюсь я одна спать! Я лучше у Стрельцова заночую, с ним никакая нечисть не страшна.
Не доведи Зиждитель встретиться с нечистью, способной напугать Роксану.
Думаю, такой и нет на белом свете, просто Роксана, хоть и хмельна сильно, о своей цели не забывает.
— Нет, дорогая, — попытался я урезонить расшалившуюся ведьму. — Завтра день тяжелый, а ты мне разговорами спать не дашь.
— Разговорами, говоришь? — возмущенно протянула Роксана, наступая нескромной грудью. — А то я болтать приехала. В такую-то даль…
Азар, убрав со стола и все еще что-то мечтательно напевая под нос, отправился к себе в сторожку. Я вышел следом, чтобы, как заведено, обойти дозором территорию.
Азар, любуясь звездами, поджидал меня у лестницы.
— Завтра в горы пойду, — сказал он, сверкнув в ночи улыбкой. — Хочу Роксане сюрприз устроить. Проснется утром, спросит: «Чем-то Азар удивишь?» Крышку снимет, а там фазан запеченный. Понравится ей?
— Понравится, — кивнул я. — Только смотри, там, в горах моего «фазана» не спугни спьяну.
— Спугну, далеко не уйдет, — успокоил меня тролль, и тьма поглотила его громоздкую фигуру, только фонарь ещё какое-то время светил в ночи путеводной звездой.
Вернувшись в свою комнату, я обнаружил упрямую Роксану спящей в кресле. Свернулась клубочком, как большая кошка и тихо посапывает. Даже будить жалко, но не оставлять же в кресле на всю ночь. Я осторожно тронул девушку за плечо.
— Вот ты какой! — взвилась ведьма, будто и не спала. — Упоил наивную девушку, а теперь обесчестить решил?!
— Ну, положим, упилась ты сама, — не поддался я на провокацию.
— Ну, хоть обесчестишь? — спросила Роксана с хмельной надеждой в голосе.
— Нет, — огорчил я её. — Я с хмельными ведьмами не сплю.
— Забеременеть боишься? — ехидно поинтересовалась Роксана, потягиваясь так, что у меня сердце екнуло.
— Не то слово. Нарожаю рыжих сорванцов целый выводок, куда их потом?
— Азар воспитает.
— Его самого еще воспитывать и воспитывать. Спать ложись.
— С тобой?
Вот упрямая.
— Сама, как говорит Азар.
— Лучше я тебе назло всю ночь просижу в кресле, пусть тебя совесть замучает.
— Замучает, — согласился я и подхватил девушку на руки. Мгновение спустя Роксана оказалась в постели.
— А раздеть? — сонно буркнула ведьма, подставляя губы для поцелуя.
Целовал я её уже спящую. Осторожно раздел, укутал одеялом. Дунул на свечу, она затрепетала и погасла, а я отправился обживать кресло, примостив гудящие ноги на табурет. Ох, а завтра денек тяжелый предстоит. К возвращению Роксаны нужно кое-что на месте уточнить.
И сделать…
    
Глава 20
— М-да… Праздник вчера удался, — задумчиво протянула Роксана, и мучительная гримаса исказила слегка помятое личико. Я подал мученице кружку с чаем (по рецепту Азара) и, пока тролль накрывал на стол, отправил ведьму к морю, купаться. Холодная водичка – это то, что ей лекарь прописал бы после вчерашнего.
Спустя полчаса Роксана, заметно повеселевшая, с румянцем в обе щеки, уплетала запеченного фазана, браконьерски добытого троллем в горах.
— А вина! — возмутилась Роксана, когда, проглотив очередной кусок, обнаружила в бокале виноградный сок. Азар, сверкнув улыбкой, покачал головой.
— Зачем вино? Ты же и так страстная, — сказал он, и чертики запрыгали в глазах. — А мне тебя еще в город везти.
— Боишься? — злорадно прошипела Роксана, поднимаясь из-за стола на манер рассерженной кобры. Азар замахал руками в притворном ужасе, но я пресек попытку Роксаны немедленно расквитаться с троллем.
— Уймитесь. Еще дел столько впереди, а вы тут в салочки играете.
Роксана, показав Азару язык, вернулась на место.
— Скучный ты, Стрельцов, — заключила она. — У тебя одни дела на уме. А это все мирмульки. Жизнь нужно принимать такой, какая она есть.
— Кто бы говорил, — отмахнулся я. Кто, как не Роксана принимает все близко к сердцу? Уж она то далеко небезучастный зритель на празднике жизни, наоборот, деятельно вмешивается во все, что считает несправедливым.
Иногда даже слишком деятельно…
Позавтракав, отправились к магбилю. Роксана забросила на заднее сидение сумочку, Азар поспешно распахнул дверцу, и ведьма комфортно устроилась на сидении рядом с водителем. Проникновенно заглянула мне в глаза, алмазик слезинки сверкнул в лучах утреннего солнышка, и она тихо сказала:
— Марк, один не шали. Вернусь, вместе пошалим, — и быстро отвернулась, но я, с некоторой растерянностью, успел заметить дорожку, оставленную слезой на щеке. Вот тебе и мирмульки.
Я не стал повторяться, объясняя Роксане, как для меня важно получить эти сведения. Я знал, Роксана, как никто другой, всё сделает в лучшем виде.
Магбиль тронулся, я проводил его взглядом, ожидая, что Роксана оглянется и махнет на прощание рукой. Но она так и не оглянулась, рыжая головка, упрямо вздернув подбородок, смотрела вперед, на расступающиеся перед магбилем горы. В этом вся Роксана: не жалеет того, что было, не гадает о том, что будет. Зато бережет то, что есть…
Закрыв ворота, я вернулся в замок. Выйдя на веранду, обнаружил там Мажеровского. Стоя у перил, он смотрел куда-то в даль, задумчивая улыбка скользила по его губам. Заслышав шаги, Александр оглянулся.
— Как-то пусто без Роксаны стало, — с легким сожалением сказал он. И добавил: — Славная девушка. И мне кажется, Марк, она в вас влюблена.
— Не кажется, — без ложной скромности ответил я. — Так и есть.
Немного позже, когда вернулся Азар, я заглянул в кабинет Мажеровского.
— Я воспользуюсь одним из ваших скакунов? — деловито спросил я, отрывая бывшего мага от вороха бумаг. — Мне в город нужно. По вашим проблемам.
— А замок без охраны оставляете? — насупился Мажеровский.