Реванш для бессердечного
— И? — я начал злиться; какого она за меня все выдумала?!
— Отдел и так небольшой. Если станет еще меньше, то будет ли нужен заместитель начальника?
— Будет. Или ведущий специалист. Тебе так уж важно, как будет называться твоя должность? В зарплате и функционале ты не потеряешь. Как тебе вообще пришло в голову, что изменения в компании негативно скажутся на твоей работе?
— Прости, — прошептала пристыженно. — Мне показалось это логичным.
— Да, только особой логики я за тобой никогда не замечал. Одни эмоции…
Нажал на газ и повернул в сторону выезда из города. Хочу отдохнуть, отвлечься, побыть наедине с Лив. Окончательно убедить ее, что волноваться не о чем. И удостовериться самому, что не побежит к отцу, едва он пообещает ей брак с богатым стариком. Не могу даже представить, что станет чьей-то женой, матерью. Нет уж, теперь точно не отпущу.
На самом деле меня так сильно беспокоили планы Тиндэйлов, что я невольно начал вести себя совсем иначе. Мягче, сдержанней, ласковей. Подумал, что неплохо бы сводить Лив по магазинам и накупить всякой девчачьей ерунды. Возможно, сходить на полноценное свидание — в театр, например, или на мюзикл. И, конечно, цветы. Я давно перестал заказывать букеты и сладости для нее — а нужно делать это регулярно. Чтобы никакой законный муж не показался ей более привлекательным вариантом.
Глава 25.25 Оливия
Постепенно моя жизнь становилась все спокойней и радостней. Александр снова вел себя, как влюбленный мужчина: цветы, подарки, свидания, нежные слова и забота. Он регулярно бывал у нас с мамой, но по-прежнему делал вид, что приходит в гости. Ни разу не пытался остаться на ночь или подчеркнуть наши отношения. Получались вполне невинные дружеские посиделки. Меня эти вечера делали безумно счастливой, ведь мама была почти такой, как прежде. Она шутила и смеялась, запросто могла пожурить Алекса. В какой-то момент даже готовить начала к его приходу — что-то несложное и быстрое, но это был существенный прогресс. Врачи оказались солидарны со мной — похвалили и предложили пропустить очередной визит. С опаской, но я согласилась попробовать проходить терапию пореже.
На работе все складывалось не так безоблачно, но, в принципе, терпимо. Чувствительные изменения происходили почти каждую неделю — я крутилась изо всех сил, пытаясь вникнуть, приспособиться, понять. Безумно уставала от этой круговерти, но помнила, что на мне все это не отразится. Хотя сокращения уже начались. Коллеги сильно нервничали и гадали, кто станет следующим. Анхерт не щадил ни за возраст, ни за должность, ни за прочие заслуги. Очень скоро стало понятно, что останутся только те, кто и раньше демонстрировал личную лояльность. А теперь готов поддержать все решения генерального.
На смену уволенным или уволившимся приходили новые сотрудники. В том числе и в наш отдел. Очень скоро я поняла, как это неплохо на самом деле. Новички нисколько не сомневались в моей компетенции, не смотрели на меня свысока и не сплетничали за спиной. Им было все равно на мои отношения с боссом, они слишком сильно хотели закрепиться в крупной известной компании. И принимали меня в качестве руководителя запросто. Поэтому вместе с общей нервотрепкой в отдел пришли тихие и спокойные будни. Мистер Эндрюс тоже был в восторге по этому поводу. Он давал мне все больше свободы и ответственности — и это окрыляло. Мы быстро закончили резать бюджет и даже согласовали его у Александра с первого раза. Все оказалось не таким страшным, как виделось изначально.
Кроме того, наши встречи с Лэруа стали настолько регулярными, что порой это сильно пугало меня. Много раз хотелось поговорить и прекратить общение, но мы по-прежнему не делали ничего такого, поэтому решиться никак не получалось. Просто дружеская болтовня на диване в его гостиной, ужины перед телеком и иногда совместные ночевки. Я полюбила его банный халат и запах кондиционера для постельного белья. Стала предпочитать некоторые блюда, которыми впервые угостил меня он. А также перестала иметь проблемы в плане выговориться и поплакаться. Если Андре уезжал в длительную командировку, то я прямо физически начинала чувствовать, как сильно мне его не хватает. Не могу же я Анхерту жаловаться на его же сотрудников. Да и не поймет он, и не поддержит.
Порой мы с Лэруа разбавляли болтовню бутылкой вина или ликера, но все равно встреча заканчивалась прилично. Порой я пыталась понять, что нас связывает, куда мы движемся и почему мне так хорошо с ним… Но потом бросила самокопание и просто приняла все, как есть. Правда, признаться себе, как оно есть на самом деле было не так уж просто. Если по поводу него я могла гадать сколько угодно — нравлюсь ли ему или мы просто дружим, то сама вообще не всегда понимала, что происходит. Я могла неопределенное время рассматривать его губы, пока он рассказывал мне о фильме, который недавно посмотрел, или о городе, в котором побывал. Я абсолютно не стеснялась демонстрировать подобное внимание и спокойно относилась к тому, что он в курсе. В то же время моя интимная жизнь с Александром меня полностью устраивала, и я не чувствовала какого-то голода или очевидного влечения. Но соврать себе, что Лэруа меня абсолютно не интересует, как мужчина, тоже не получалось…
Как-то незаметно пришла оттепель — ветер стал не таким сильным и холодным, а снег практически перестал выпадать. В один из вечеров я вернулась домой сразу после работы. Открыла дверь, поставила пакет с продуктами в прихожей и сразу же поняла, что что-то не так. Поспешила в большую комнату, но замерла на пороге, как вкопанная. На диване рядом с мамой сидел отец. Родители о чем-то тихо разговаривали, он держал ее за руку. Меня они, кажется, не заметили вовсе.
— Папа? — просипела я непослушными губами.
Я настолько не ожидала увидеть его здесь, что даже не сразу поняла, что чувствую сейчас.
— Лив! — воскликнул отец с улыбкой. — Здравствуй, дочь. Как твои дела? Слышал, тебя повысили.
И улыбнулся мне своей самой ласковой улыбкой. Так, будто ничего не произошло, не случилось, не разделило жизнь нашей семьи на до и после. Мама тоже улыбалась и была абсолютно спокойна. И смотрела на меня таким взглядом, будто ждала, что я сейчас сяду напротив них и начну рассказывать отцу о своих успехах. Несколько секунд замешательства и я сделала именно это…
— Да, я теперь заместитель начальника отдела. Не предполагала, что меня так быстро повысят.
— Ты же у нас умница, Лив, — проговорила мама. — Мы с папой так гордимся тобой.
Кисло улыбнулась на это — папа явно гордится другими моими талантами. И его легкая усмешка ясно сообщила мне об этом. Как же противно после всего сидеть и делать вид, что мы все еще семья.
— Папа, как тебе удалось выкроить для нас минутку? Слышала, ты очень занят в последнее время…
Вернула вопрос тем же тоном и даже не стала прятать от мамы ехидную улыбочку. Не сдержалась — эмоции все же взяли верх. Нужно успокоиться — конфликты домашних маме противопоказаны.
— Да, нашел Оливия. Приехал, что повидать вас, сводить Френсис на прогулку. Хочешь с нами?