Не живу, Не дышу, Люблю

— У него уже есть ребёнок. Возможно, они даже живут вместе, как настоящая семья, — представляю эту картину, как Вика расхаживает по моей спальне, а Кира у бассейна играет с игрушками. Кирилла я не могу представить, потому что мысленно, несмотря ни на что, все ещё не отпустила его. Мне до сих пор кажется, что завтра я проснусь и все будет, как раньше.
— Одно другому не мешает.
— А если у меня не получится… — голос срывается в бездну.
— У тебя все получится. Но не лишай его и её возможности знать друг друга.
— Ты думаешь это девочка?
— Мне так кажется. Она будет такая же красивая и сильная, как ты, — мама подходит ближе и гладит меня по правой руке.
— Ты права. Я знаю, позвоню прямо сейчас, подай телефон.
Я набираю знакомый номер, слышу гудки. Сердце колотится, как бешеное. Как он отреагирует? А если откажется?
— Алло, — женский голос, но точно не Вика.
— Мне нужен Кирилл.
— Он вышел. Что ему передать? Меня зовут Ксения, мы вместе работаем, — я немного выдыхаю. Когда мы последний раз ходили в ресторан, он познакомил меня со своим менеджером.
— Ксюша, это Алиса. Крылова. Попроси его перезвонить мне.
— Хорошо, я передам.
Звонок прерывается. Теперь мне остаётся только ждать.
— Мама, позови медсестру. Капельница закончилась.
Медсестра снимает капельницу, а я чувствую, что засыпаю, глаза тяжелеют, я не могу бороться со сном.
Проснувшись, проверяю свой телефон. Ничего, ни одного пропущенного звонка, или сообщения. Мамы нет в палате, я одна. Кириллу я звонила сорок минут назад, может быть Ксюша не передала ему то, что я просила перезвонить. Я снова набираю.
— Алло, — на том конце снова Ксения.
— Ксюша, Кирилл ещё не вернулся? — неловкая пауза, она молчит.
— Алиса, Кирилл попросил передать, что он не хочет с тобой разговаривать и попросил больше не звонить. Прости.
    
25
— Макс, ты бездарь. Причём самый тупой из всех.
За этот месяц, август, когда можно сделать офигенную выручку, мой придурочный друг умудрился профакапить все наработки, которые были сделаны раньше. Я всегда знал, что бизнес — это не его. Зачем-то согласился войти с ним в долю. Так ещё и не бывал в клубе последние недели три. Было не до этого. Слишком много времени тратил на личную жизнь. Как оказалось зря.
— В сентябре догоним, а там скоро и декабрь, — он откидывается на кресле. Хочется его прибить, только вряд ли это решит проблему.
— Кого ты там догонишь? Просрешь все в очередной раз. А в декабре уже будешь ходить сюда, как гость. Я тебе говорил, найди грамотного менеджера.
— Я искал. Пока не нашёл.
Мы будто училка с учеником. Причём, я в роли первой, что не очень приятно. Продам свою долю, вот ему же и продам. Это дохлый номер.
С удивлением понимаю, что мне все равно. Пару месяцев назад, меня бы это задело, я вижу, что из этого места можно выжать ещё больше. А теперь, ну подумаешь, лишний миллион. С меня не убудет.
— Ладно. Делай, что хочешь, — я встаю, чтобы уйти.
— А ты куда? — он уже не выглядит таким равнодушным. Понял, что разгребать придётся самому.
— Поеду туда, где у меня неплохие показатели. Подумаю, как их улучшить. И сделаю лучше, чем было.
— Борзый, что-то случилось? Ты какой-то дерганый, нервный. Не такой, как обычно.
— Всё нормально, — со вчерашнего дня я так и не осознал, что остался один.
Вечером после работы обошёл весь дом несколько раз. Только тишина и пустота и воспоминания. Много. Сам себе удивляюсь, что могу столько помнить.
Жизнь продолжается. Ушла к бывшему. Скатертью дорожка. Спасибо, что сейчас, а не тогда, когда было бы уже поздно. А теперь можно подумать самый момент. Аж легче стало.
— Ну ладно. В пятницу собираемся у меня, помнишь? Ты же придешь со своей девушкой?
— Помню. Приду, — рассказывать про себя мне не очень хочется. Все равно в субботу все всё увидят.
 
* * *
В субботу я заезжаю за Кирой, после её выздоровления я обещал ей отвести её в кафе-мороженое и в новую игровую в торговом центре.
Я паркуюсь у подъезда, жду, когда они выйдут. Настроение с утра паршивое, уже успел нагрубить Яне Вячеславовне. Она всего лишь заметила, что Алисы нет дома. Сработал пусковой механизм и я сорвался. При следующей встрече надо будет обязательно извиниться и купить подарок. Она уж точно не заслужила такого обращения.
Вика выплывает из подъезда с Кирой за ручку. Обе нарядные, особенно мама. Босоножки на высоченных каблуках и обтягивающее мини-платье. Даже в восемнадцать лет она не одевалась так вульгарно.
Я помогаю ей закинуть вещи в багажник и усадить Киру в автокресло. Но как только закрывается дверь, поворачиваюсь, что сказать Вике:
— Ты не едешь.
— Почему это? — она строит из себя обиженную, вытягивает губы бантиком, демонстрируя свою красную помаду.
— Потому. Время на адаптацию прошло. Кира меня знает, не боится и я точно привезу её домой вовремя. Так что можешь пока пойти заняться своими делами.
— Мои дела — это мой ребёнок, — теперь она выглядит возмущенной.
— Я все сказал.
— Кирилл, ты перегибаешь, — Вика на своих ходулях семенит за мной. На лице удивление и лёгкий испуг.
— Вика, ты русский язык понимаешь? Или тебе сказать по-другому? — чувствую, как она раздражает меня. Держусь из последних сил, чтобы не сорваться.
— Почему ты так себя ведёшь?
Чаша моего терпения на пределе, я ругаюсь матом, но так, чтобы ей было слышно. Почему до неё никак не доходит?
— Это из-за мышки? Она сбежала и теперь ты всем грубишь?
— Ты откуда знаешь?
— Мне Ира сказала, — на секунду мне показалось, что она отвела глаза, будто знает намного больше.
— В четыре приедем, — я сажусь в машину, пристегиваюсь и выезжаю с парковки. Вика так и стоит с ошарашенным видом.
— Почему мама не поехала? — спрашивает Кира.
— Она сказала, что у неё появились дела и она отпускает нас вдвоём. Ты же не против провести время вместе?
— Нет. Но потом мы приедем домой?
— Конечно, — через зеркало заднего вида смотрю на ребёнка, и меня отпускает. Кира совершенно точно ни в чем не виновата. И показывать ей свой неадекват я не собираюсь.
 
* * *
— Кирилл Евгеньевич, доброе утро!
— Доброе утро, Вера, — я здороваюсь с хостесс. У Ксюши получилось найти неплохую девочку. Работает уже месяц, пока без нареканий. Посмотрим, что будет дальше. К сожалению, на данной должности никто долго не задерживается.