Она - новенькая

— Он опять звонит.
Скидывает вызов, убирает телефон в карман.
— Посидишь пять минут?
— Макс, — кусает губы. — Мне нужно в туалет, в общем.
— Мм… Ну, окей. Пойдем.
— Черт. Неудобно как!
— Пф! — вытягиваю ее из машины.
Прихватываю из машины коробку со слайм-конструктором. Родоки отказываются на отрез покупать Маруське эти разноцветные «сопли», боясь, что она испортит новую итальянскую мебель в своей детской. А она так выпрашивала… Почистят свою мебель, короче!
Открываю дверь магнитным ключом. С другой стороны дома шумно, много света от прожекторов, слышны громкие задорные голоса аниматоров.
Открываю дверь в сауну.
— Сюда. Не шуми, — шепчу ей на ушко.
Нас вряд ли кто-то услышит. Но мне просто кайфово, как она сжимается, когда я касаюсь ее чувствительного тонкого ушка губами. Это так остро… Почти как настоящие ласки. И по себе знаю, что ощущения ничуть не уступают более откровенным прикосновениям.
— Пахнет… Деревом.
— Это сауна.
Включаю ей свет в ванной комнате.
— Разберешься? Слева раковина, прямо — трон!
— Шагалов, ты идиот! — хихикает она. — Кыш!
Выталкивает меня за дверь и закрывает ее. Слышу, как опять говорит по телефону.
Через черный вход захожу в дом.
— Максим? — удивленно смотрит на меня наш повар, колдующий над огромным тортом.
— Тсс! — прижимаю палец к губам.
Бегом поднимаюсь на второй этаж, оставляю на подушке у сестры коробку. Рисую на ней смайлик и пишу свое имя. Выглядываю в окно. Мама уговаривает ревущую Машу идти спать.
Иди, иди, дуреха! Тут полночи можно возиться со слаймами, пока они там догуливают твой день рождения.
Сбегаю вниз. Улыбаясь, ворую у повара из-под носа розетку с десертом.
Возвращаюсь к моей мышке.
— Макс?.. — растерянно протягивает руку вперед Яна, стоя возле двери в ванную.
— Я здесь, мой черный плащ, — сгребаю ее в объятия сзади.
— Дурак! Напугал!
— Ччч… Я тебе вкусняшек принес. В клуб поедем? Хочу с тобой потанцевать.
— В клуб? Никогда не была в клубе. Разве нас пустят?
— Это мои заботы.
— А как же школа? Я же не могу приехать ночью.
— Забей! Потусуемся часов до четырех, потом разложим сиденья, поспим в тачке до семи и вернемся как ни в чем не бывало с утра.
Вообще там и чилауты есть. Можно снять…
— Приключение, помнишь? — уговариваю ее я. — Мы всегда с друзьями делаем так!
На самом деле, читай: пару раз прокатывало.
— Ты чего загрустила? Не хочешь?
— Хочу… — неуверенно.
— Тогда — едем!
Да! Мне очень хочется ее развлечь. И совершенно не хочется отпускать.
Цветные и неоновые лучи «режут» толпу. Басы бьют в грудную клетку, как в барабан. Это пьянит!
Но на танцполе для моей Мышки слишком громко. Это ее дезориентирует и, чувствую, что пугает, зажимает… Ее кисть крепко сжимает мое предплечье. Обнимаю сзади, стараясь окружить своим присутствием.
Я же рядом, расслабься!
Пробую увлечь в пульсацию толпы, но стоит только на мгновение оторваться, как она замирает.
Пытаясь почувствовать, как чувствует она, закрываю глаза, прижимаясь к ней. И первый же толчок в плечо, полностью выбивает, заставляя распахнуть глаза и сориентироваться. А она не может распахнуть.
Тесно. Кто-то периодически толкает, протискивается.
Ладно, не все сразу. Касаюсь губами к ее ушка.
— Пойдем в чилаут-зону?
Кивает.
Как только мы выходим из зоны громкого музла, с облегчением выдыхает.
— Громкая музыка не мое, наверное. Извини.
— Не понравилось?
— Когда нет зрения, слух дает тебе возможность частично ориентироваться в пространстве. Меня немного напугала потеря последней ориентации.
— Да, я понял. Не парься. Мы и наверху неплохо потусуемся.
— Макс, привет, — проходя мимо, мурлыкают знакомые телочки, ревниво с недоумением поглядывая на Яну.
— Привет, — прижимая за плечо крепче, провожу ее мимо.
Она немного не пишется в местный стиль. Девочки здесь в откровенных коктейльных платьях, буфера навыкат, каблуки практически стрип. Яна — в кожаных брюках, ботинках на платформе и черном гольфе без рукавов с белой абстракцией. Шикарная и стильная, на самом деле. Но закрытая. Обнимая, глажу по плечу.
— Ты часто бываешь здесь?
— Не редко. Это клуб моего двоюродного брата.
Мы садимся на диванчик. Нам приносят меню.
— Кушать хочешь?
— Нет. Я хочу пить.
— Иди сюда, моя прелесть, я тебе почитаю меню.
Оперевшись на спинку, заваливаю ее на себя спиной. Немного препирательств, и она сдается.
— Ян… — трусь носом об ушко, рисуя пальцами восьмерку на животе. — Дай губки…
Шлепок по бедру.
— Меню читай.
— Так нечестно, — хныкаю я. — Мне необходимо топливо. Сдавайся, Албанцева!
За подбородок, поднимаю ее лицо. Целую в нос.
— Только попробуй, — улыбается она.
— Вот это попробовать? — не позволяя ей увернуться, прикусываю ее верхнюю губку. Она чуть более выражена по сравнению с нижней. Это придает чувственности и просто сносит башню!
Пища, съезжает по мне вниз, оказываясь головой на коленях.
Ла-а-адно…
Читая меню, перебираю ее длинные волосы.
— Вот, с мятой и кокосом прикольный, — сватаю ей коктейли. — Или цитрусовый? Со жженным сахаром?
— Давай, цитрусовый.
Делаю заказ.
— Макс! — ощупывает она карманы. — Я кажется оставила свой телефон в плаще.
— А браслет?
— Разрядился сегодня. Зарядное дома.
— Сходить, забрать телефон?
— Да.
Уже поднявшись, ловлю себя на том, что страшно ее оставлять одну. Вдруг что-то… Публика здесь в разной кондиции.
Надеюсь, обойдется без эксцессов!
— Веди себя смирно, — целую в макушку. — К мужикам не приставай! Они все сволочи, только я один приличный.
— Шагалов… — хихикает, пытаясь поймать меня за ухо.
Выворачиваюсь.
— К девочкам тоже не советую. Они тебя плохому научат. А я сам претендую — научить. Ни с кем, никуда! Жди меня.