Попаданка в стране драконов
Всё внезапно оборвалось: ни напугаться, ни полюбоваться Соня толком не успела, не с этой целью Высотомер вознес ее к небу. Лучи-иголки напали без предупреждения, вызвав у девушки неконтролируемую дрожь в теле. Неприятное ощущение быстро исчезло, и капсула поползла вниз. Странно, что не последовало вопросов, и спуск, как показалось Соне, стал гораздо быстрее. Внизу в тело опять впились иголочки-крапивки, только теперь Соня выдержала их атаку без единого звука.
На стенке загорелись цифры «15–0». Значит, Высотомер исправен, одна цифра изменилась. По залу пополз изумленный шепот. Гвардеец приблизился к капсуле, откинул дверцу и подал девочке руку.
— Я сама.
Гвардеец молча пожал плечами: сама так сама. На его памяти не часто неофиты могли самостоятельно покинуть Высотомер, кого-то и на руках приходилось выносить. Но для победительницы гонок несколько ступенек вниз не представляли трудности.
Девушка медленно спустилась с возвышения и подошла к членам Совета Меры. Шум в зале стих. Заседатели в шикарных креслах подобрались, как гончие перед охотой. Они почуяли дичь, которая, судя по всему и вопреки здравому смыслу, ничего не чувствовала. Они ошибались. Соне страшно хотелось пить, ноги подкашивались от пережитого волнения, голова кружилась, а пол под ногами ходил ходуном. Когда ее отпустят? Когда всё закончится?
По залу пополз шепот.
— Она знает средство! Они нашли его! — раздался то ли визг, то ли вопль.
Этот голос Соня узнала бы из тысячи: голос Иоланы Радич. Теперь свет не бил в глаза, и ей хорошо было видно красавицу-чудовище. Рядом с Иоланой поднялся Добромир. В Соню как будто ударила молния. Вот чей дракон напал на них сегодня утром! Это был Гром, дракон светозарца!
— Межгорцы знают средство, — крикнул Добромир.
В зале поднялся невообразимый шум. Что тут началось! Люди по всему амфитеатру кричали, грозили, топали ногами, тыкали в девушку пальцами. Кто-то взывал к Совету Меры, кто-то к небесам. Стало трудно дышать, волны ненависти накатывали со всех сторон, стремясь погрести под собой победительницу.
С места вскочил юноша, замахал руками, призывая к тишине, но на него никто не обратил внимания. Только истерический звук медного колокола, по которому забарабанил Лавр Урсянин, смог утихомирить разбушевавшуюся толпу.
— Тихо! Мы во всём разберемся! Если межгорцы нашли средство, оно станет достоянием всех, — закричал он. — Не мешайте Совету!
Небольшая суета у входа привлекла внимание Сони: к центру арены приближались гвардейцы, а за их спинами маячила знакомая фигура — Ларри Идепиус. Лицо белого китайца в рассеянном тусклом свете приобрело зеленоватый оттенок. Заторможенные движения и застывший взгляд значили только одно: парнишка в полном ступоре. Откуда он взялся или, лучше сказать, откуда его изъяли без его на то согласия, можно легко догадаться. Межгорье недалеко от Энобуса, а Ильза Раструб умела думать на два хода вперед.
Глава Меры хладнокровно дождалась тишины, чтобы продолжить так интересно начавшееся расследование.
Ларри вступил в круг света, и зрители к которым безуспешно взывал Лавр Урсянин, сообразили, что представление продолжается. Соне казалось, что она слышит, как у белого китайца стучат зубы. Или это ее челюсть отбивала дробь? Они смотрели друг на друга в ожидании чего-то ужасного, к чему были совершенно не готовы.
— Узнаешь свою сестру, победительницу гонки, юноша? — произнесла Ильза в наступившей тишине.
— Да, — ответил Ларри.
Он взглянул на стул, стоявший невдалеке: уцепиться бы за его спинку, ноги так предательски дрожат, что он вот-вот грохнется на глазах у всей толпы.
— Твоя сестра принимает средство? — Ильза продолжила допрос.
— Ка-акое средство?
— У нее нулевой порог. Чем ты это объяснишь?
— Не-ет никакого средства. Средства нет. Ни у кого нет средства, — отчаянно забормотал Ларри.
— Ах, нет? — Ильза с улыбкой смотрела на это жалкое белобрысое чучело. — Проверим? — спросила она почти ласково.
— Что? — Ларри покачнулся.
— На Высотомер, — распорядилась Ильза, уже не глядя на белого китайца.
Гвардейцы подхватили обмякшего Ларри и потащили к подиуму. Ноги парня подкосились, самостоятельно идти он не мог. Весу в нем было немного, и гвардейцы шустро доволокли Ларри по ступенькам до Высотомера и запихали парня внутрь. Он не упал только потому, что спиной навалился на прозрачную стенку. Соня видела ужас в глазах парня, но ничем не могла ему помочь. Неужели испытание высотой так ужасно для него?
Высотомер двинулся вверх, Ларри даже успел перевести дух и отлепиться от опоры. На самом верху лучи-измерители впились в тело парнишки, но он даже не ойкнул.
— Почему твоя сестра показывает нулевой порог? — раздался металлический голос Ильзы, усиленный громкоговорителем.
Зал замер в ожидании ответа.
— Она не моя сестра, — прозвучал тусклый голос Ларри.
В зале кто- то вскрикнул и зажал рот ладонью.
— Расскажи всё, — голос Ильзы звенел, как сталь. Сейчас она будет решать, кого карать, а кого миловать.
Соне не надо даже глядеть по сторонам, чтобы видеть реакцию зрителей. Нынешнее представление их не разочарует. А вот что будет с ней?
— Я Ларри Идепиус из Межгорья, — голос юноши дрожал. — Девушку зовут Соня. Эрвин… — он поперхнулся, будто перехватило горло.
— Кто такой Эрвин? — Ильза уточняла, чтобы все были в курсе.
— Эрвин Вышнев — мой друг. Он… он встретил Соню в лесу. Она ничего не помнит о себе. Она не знает, где жила и откуда пришла. Мы приютили ее. Соня, — Ларри набрал воздуха в грудь, — назвалась именем моей сестры, она не виновата. Мы готовы взять ее к себе, — белый китаец перевел дух.
Высотомер вытянул из Ларри все тайны. Прошло несколько секунд, каждый обдумывал сказанное. Соня поняла, насколько был прав Эрвин, запретив говорить правду о ее появлении. Ларри чуть не плакал, потому что принародно признался, что девушка — самозванка. Глава Меры хмурилась и кусала губы, не такого она ждала ответа.
— Значит, средства нет? — еще раз спросила Ильза.
— Нет, — подтвердил Ларри.
Высотомер, слегка загудев, поехал вниз, Ларри напрягся. Его ожидание неимоверной боли передалось и Соне, она почти перестала дышать. Высотомер достиг нижней точки и остановился. Лучи пронзили тело парня, он застонал и согнулся. На стенках кабины появились цифры «70» и «45». Зрители довольно загудели. Высотомер, действительно, был исправен. Гвардейцы открыли дверь, и Ларри, пошатываясь, вышел. Ему помогли спуститься и вновь подвели к Совету Меры.
Белый китаец взглянул на Соню, на его лице мелкими бисеринками блестел пот. Ларри хотел броситься к девушке, заговорить с ней, упасть на колени, молить о прощении, но только смотрел на нее и беззвучно шевелил губами.