Он - моя тайна

— За что ты так со мной? — упрекнула она. — Я просто хочу мужчину, секса хочу! Я молодая еще, мне нужно!
— Нужно было замуж выходить за молодого и здорового. — Я пожал плечами. — Разводись и ищи помоложе, потолще, жестче, — издевательски напомнил ее слова.
— Я нужна Игорю. Я помогаю и забочусь о нем, — она поднялась и ко мне подошла. — И о тебе буду, — томно выдохнула, к паху потянулась. — Нам хорошо вместе будет… — на колени опустилась и щекой о ширинку потерлась. — Я такие штуки ртом делаю, м-мм… Твоим малолетним соскам и не снилось.
Рот дернулся в кривой усмешке, а кулаки непроизвольно сжались. Дину вспомнил. Ей просто рядом можно было стоять, и я уже кончить мог. Никакой эквилибристики не нужно и горловых отсосов. Хотя трахалась она с чувством и толком. Хороша сучка.
Я прихватил светлые волосы и вздернул на ноги.
— Советую тебе испариться. У тебя ночь в запасе, — и выволок ее за дверь. Как есть. Пусть шторами прикрывается!
Утром я спустился в столовую и сразу же столкнулся с идеальной женушкой и святой мачехой Владой Степановной Барсовой. Прислуге помогала, порхала возле обеденного стола, мужу только здоровую пищу накладывала, чтобы восстанавливался быстрее. Какие же бабы двуличные твари. Все до единой. Даже мама, узнав о болезни, чемоданы собрала, объявив, что невыносимо в этом доме стало. Я не судил — их это дело (отец не подарок и жуткий сексист — женщины для него никогда не были равны мужчинам), но противненько было.
— Ты как, пап? — я крепко руку пожал, отмечая, что выглядит он хорошо. Глаза отвел, стол обильно заставленный тарелками осмотрел. Стыдно.
— Хорошо, сынок. Выспался и чувствую себя отлично. Владушка моя, — он поцеловал ее руку, увешанную кольцами, — золото. Заботится обо мне лучше всяких врачей.
— Ну что ты, Игорюш, — скромно улыбнулась и острым взглядом в меня стрельнула. Стерва. И права ведь: отец с ней реально ожил, из депрессии вышел, сейчас мы все надеялись на стойкую ремиссию.
— Это хорошо, — сухо улыбнулся. — Я правда рад, пап.
Влада бросила на меня полный превосходства взгляд. Поняла, что каяться и обличать наше предательство не стану. Не могу я лишить отца сразу двух нужных людей. Его здоровье важнее, поэтому мне на выход из этого дома.
— А ты вчера приехал? — поинтересовался он, с улыбкой приняв крохотную чашечку с крепким эспрессо. — Как бой прошел? Очень жалею, что не было меня.
— Нормально все, — ответил сразу на второй вопрос. — Пап, я уезжаю из страны. В Лондон.
— К матери? — теперь его тон стал жестким, как наждачная бумага.
— И это тоже, — ответил я. От матери я никогда не отрекался. — В Лондонскую школу бизнеса переведусь.
— А как же спорт? Ты же карьеру в боксе делать собирался! Олимпийские игры впереди!
— Да-да, — поддакивала Влада. — Оставайся дома.
— Влада, пойди распорядись, чтобы со стола убрали.
Я едва удержался, чтобы не сделать ехидное замечание. Нет, девочка, этот член стальной и в бараний рог его не скрутить. Даже для молодой жены отец исключений делать не стал, сразу же указал на место.
— Я так решил, пап. У меня с финансами хорошо, буду в этом направлении развиваться, пока голову не отбили, — и усмехнулся горько.
— Ну добро. Мне наследник с мозгами нужен.
Мы посидели еще с полчаса: отъезд обсудили и финансовую составляющую. У меня ведь акции «Астронефти» были. Когда из столовой выходил, с Владой столкнулся.
— Это твое наказание, — шепнул ей. — Под одним мужиком лежать, — она сморщила носик. — Плата за красивую жизнь, — и громче добавил: — Отец, ты жену береги. Такая красавица, чтобы не увели.
— На этот счет не беспокойся. Я к Владушке охрану приставил. Беспокоюсь за нее очень, — он улыбался, а взгляд жесткий. Понимал, значит, что уже не так молод и здоров. Следить будет во все глаза и камеры. Пусть играются вдвоем, а я поехал. Прощай, Россия…
    
Глава 2
2012 год, Москва
Дина
 
— Валентина Тимофеевна, — не дожидаясь позволения, толкнула дверь, — я не поеду на чемпионат Европы? Меня нет в списках.
— Дина, милочка, успокойся.
— Успокойся?! — воскликнула я. — Савина — моя гимнастка! Я веду ее уже четыре года. Мы перешли в спортивную школу вместе, а сейчас вы забираете Аллу у меня?!
— Дина, ты хороший тренер, разглядела алмаз. У Савиной впереди большое будущее, но чтобы оно случилось, ей нужен опытный и сильный наставник.
— Как вы? — не сдержала сарказма. Везде интриги и политика. Только расслабишься, и тебя съедят. Закулисье спорта еще большая клоака, чем пресловутый Голливуд!
— Полегче, девочка, — жестко обрубила Турбина. — Я чемпионок тренировала, когда ты еще не родилась. Тебя в том числе. Это благодаря мне ты с медалью из Бремена приехала.
Я помнила. Мне было девятнадцать и на пятки наступали юные и голодные. Валентина Тимофеевна быстро нашла новую звезду на замену «старой». Я тоже углубилась в тренерскую работу, отыскала на бесконечных турнирах Аллу, душу в нее вложила, вырастила, лучшей среди юниоров сделала, а теперь эта квочка на гнезде собиралась под себя ее подмять, а меня раздавить.
— А мнение девочки вам неважно?
— Ей тринадцать лет, и решают за нее родители. Они понимают, что для Аллы будет лучше.
— Какая вы ловкая, Валентина Тимофеевна, — иронично улыбнулась я.
— Иди, Власова, пока я тебя за дверь не выставила!
Вышла я сама, естественно, но дверью хлопнула. Спорт учил никогда не сдаваться, но иногда приходилось. Нашла глазами Аллу: она стояла с матерью и братом, а рядом кто-то из Олимпийского комитета. Савина еще очень юная, но перспективная, уже сейчас ее беречь и готовить к спорту высших достижений нужно. Этим я занималась. Очевидно, что больше не буду.
Я отвернулась, когда меня заметил старший брат Аллы и направилась в сторону раздевалки.
— Дина! — окликнул он. — Дина! — за локоть осторожно поймал и повернул. — Ты почему убегаешь?
— Да так, — пожала плечами. — Вы Аллу другому тренеру отдали?
Да, мне было обидно, и я не скрывала этого. Мы ведь друзья.
— Ты же понимаешь, что это ее будущее. Она мечтает быть в сборной.
— Конечно, я понимаю. Просто надеялась, что заслужила откровенности от вас. — Я развернулась, но Женя не дал мне уйти, мягко, но настойчиво удерживая.
— Все быстро случилось, и решение мама принимала. Я собирался с тобой поговорить. Ты ведь знаешь это?
Если честно, я не знала. Женя порой вызывал во мне легкое недоумение, странный диссонанс, бившийся где-то на задворках сознания. Я не понимала причин, но не испытывала полного доверия, хотя мы знакомы уже четыре года и плотно общались. Красивый и взрослый, стоматолог в частной клинике, серьезный и положительный. Он с первого дня знакомства произвел хорошее впечатление. Пытался даже ухаживать за мной, а когда получил недвусмысленный отказ, не перестал вести себя пристойно и продолжил общение. Мне это казалось подозрительным. Не бывает идеальных людей!