Рыжие бывшими не бывают

   
Глава 1
Ксения
 
Я любила его два года. Думала, что это мой человек. Мой мужчина. Семью хотела. Да, я ждала предложения выйти замуж, а дождалась «извини, мне нужно сосредоточиться на карьере и прочно встать на ноги». Честно, я готова была ждать и обеспечивать нашу семью, пока Сашка писал кандидатскую. Но ему, оказывается, нужно побыть наедине с собой. Без меня.
Я снова посмотрела в телефон: на экране мой бывший. Вероятно, со своей превосходной «кандидатской»: лет двадцать, восторженные голубые глаза, светлые волосы и носик милой уточкой. Понятно, с кем ему необходимо было побыть. Два месяца прошло с нашего разрыва. Думала, отболело. Нет.
— Ксения, — босс с главным архитектором вышли из кабинета, — завтра придут счета из Италии, оплати.
— Обязательно, Вадим Александрович, — вежливо ответила, но внутри знатно пригорело. Хороший ведь мужик. Был. Жену любил, отец замечательный, не дурак раз такой организацией управлял. Я много раз была с ним на деловых встречах и ужинах, видела, что бабы глазки строили ему, но босс — кремень, верный муж. Ума не приложу, как он на эту Зимину повелся! Семью потерял, а сейчас еще и оплачивал этой рыжей стерве итальянское шопинг-турне. Тошно. Я сама рыжая, но эту наглую мадам терпеть не могла!
— До свидания, Ксения Анатольевна.
Я только кивнула. Был еще один человек, которого я терпеть не могла — Константин Потрясов. Наш главный архитектор и по совместительству непревзойденный сердцеед всея Москвы. Он, кстати, тоже меня не очень любил. Мы максимально не пересекались, но когда случилось, общались исключительно иронично-саркастичным ямбом.
Меня возмущало (молча, конечно же), что он сначала в трусы к нашим девкам лез, а потом мне в паре с эчаром приходилось их по филиалам распихивать. Нельзя, чтобы великого гуру одноразовые любовницы от работы отвлекали. Было даже пару громких увольнений.
Самое обидное, что я тоже клюнула на него. Первый корпоратив спустя неделю работы: мне двадцать два, и я принята в огромную компанию с зарплатой выше самой большой в родной Рязани. Я опьянела от успеха. И не только от него… Меня Потрясов заметил. Обаятельный, невозможно привлекательный, с такой улыбкой, что голова кругом: и джентльмен и озорной мальчишка в одном флаконе. Я поплыла. Ночью было так хорошо. Он был опытен, а я выпила на бокал больше положенного и покорялась его желаниям. Утром на работу пришла счастливая. Ненадолго.
Девчонки за кофе давились смешками и шушукались, что Потрясов на корпоративе новую высоту взял с легкостью опытного альпиниста. И ей была я. Вечером Костя снова подкатил ко мне, хотел повторить, но я жестко отшила его. Никаких отношений на работе. Не хотелось быть очередной победой, которую обсуждали в курилке или вообще уволили бы за аморальное поведение. С Потрясова, само собой, как с гуся вода.
Я быстро поняла, что правильно поступила, отбрив его. Костя действительно оказался жутким бабником…
Я вздохнула и взяла сумочку. Домой поеду. Может, выпью и поплачу. Хотя нет, завтра на работу, поэтому фильм слезливый посмотрю и любимого мишку пообнимаю. И почему бывшие не умирали особенно мучительной смертью, а добивали нас новыми романами и счастливой улыбкой?
— Черт! — в сердцах воскликнула. Неделя до нового года, и дождь пошел! Хотелось прогуляться, подумать, немного себя пожалеть, эх… Машина в сервисе, значит, к метро спускаться нужно.
Лифт открылся через секунду, и я снова столкнулась с Потрясовым. Вот что такое не везет и как с этим бороться?!
— Ксения Анатольевна, — шепнул на ухо, когда пришлось плотненько рядом встать, — праздничная поездка на метро? — Наблюдательный. Заметил, какую кнопку нажала.
— Завидуете, Константин Юрьевич?
Такого удивленного взгляда я еще не видела!
— Вонь, толкучка, фрики — серьезно?
— Нет, — снисходительно головой покачала. — Я могу спуститься в метро, а ваше эго не вместит ни один вагон. Всего доброго, — двери открылись, но он схватил меня за руку и не позволил выйти.
— Может, подвести, Ксения Анатольевна?
Костя уверен, что откажусь, но отчего-то предложил. В первый раз за пять лет. А смотрел как нахально! Наглые голубые глаза вообще ничего не стеснялись. Я неожиданно для себя вспомнила Сашу своего и восторженную блондинку. А почему бы и да!
— А подвези.
Костя даже в лице поменялся. Он больше не нахальничал глазами, скорее, обдумывал что-то, пристально скользя взглядом по моему лицу.
Он не спросил моего адреса, а я не возражала, когда остановились у ресторана на Большой Ордынке.
— Я голоден, как лев, — только и сказал с загадочной улыбкой, бросив откровенный взгляд на мои колени. Пускай. Слюни пускать не запрещено.
— А может, я не голодна?
— Да ладно, Ксения Анатольевна, после двух месяцев напряженной работы и не голодная?
Так, а мы точно сейчас про еду? Последние девять недель были очень сложными, но единственное, чего у меня не было точно — секс.
Нам предложили столик в глубине зала. Я пила безалкогольный коктейль. Костя грейпфрутовый фреш.
— Неожиданно, — честно признала, когда внезапно ощутила, что прекрасно провожу время. Итальянская еда, предупредительный персонал, Потрясов на удивление приятен в общении. Мы говорили о новом проекте: он горел идеей и азартно делился планами. Мы даже ни разу не укусили друг друга. Словесно, естественно.
— А ты сплетни меньше собирай, глядишь, по-другому все было бы.
Я опустила глаза, с преувеличенным интересом изучая дно бокала. Возможно, он прав. Возможно, когда-то я погорячилась. Но как узнать наверняка?
— И вообще, — Костя лениво откинулся на спинку кресла, — я свободен, имею право трахаться, как мне нравится и с кем нравится.
Нет, я не ошиблась. Мерзавец, он и в Париже, и в России мерзавец.
— Можно счет? — попросила, когда официант решил поинтересоваться относительно десерта. За себя заплачу сама. Не хочу даже в малом быть должной ему.
Потрясов достал карту и молча отдал, игнорируя мой эмансипированный порыв. Я только плечами пожала. Через секунду он достал телефон и поморщился.
— Тебе жизненно необходимо быть независимой сучкой?
— А у тебя свербит, когда доминантным самцом не воспринимают? — иронично заметила и поднялась. Пальто застегнула уже на улице, с удивлением наблюдая, как за сорок минут унылый дождливый город превратился в зимнюю сказку. Снег быстро падал, оседая на волосах крупными кружевными снежинками, очаровывая приближающимся волшебством любимого праздника. Я была зачарована. Наверное, поэтому не сопротивлялась, когда Потрясов мягко потянул к Москворецкому мосту.