Эротические истории пенджабских вдов

Биби огляделась.
— Неужели обязательно должно быть так темно? Почему горе так любят выпивать в этих тусклых пещерах?
— Сюда приходят не только белые, — возразила Никки. — Случалось, я подавала выпивку и индийцам.
— Однажды я пробовала виски, — сообщила Танвир. — Муж плеснул мне в свой стакан на донышко. Я тогда сильно простудилась, и он сказал, что это успокоит пазухи, но оказалось ужасно. Я обожгла себе горло.
— А мы с мужем пили вино, — сказала Шина. — Врач сказал мужу, что это здоровая альтернатива пиву и каждый вечер можно пить один-два бокала. Я начала пить вместе с ним.
— Врач вам такое советовал? — воскликнула Биби. — Я уверена, это был английский доктор.
Шина пожала плечами.
— Ну да. И я не впервые пробовала спиртное. Когда я работала в центре Лондона, мы с коллегами часто ходили выпить после работы.
В кармане у Никки зазвонил телефон. Она открыла и увидела сообщение с неизвестного номера: «Привет, Никки. Еще раз прости. Сегодня вечером все объясню. Целую. Джейсон».
Никки подняла взгляд. Женщины возбужденно обсуждали, не упечь ли врача Шины в тюрьму за то, что он рекомендует вместо лекарств вино. Никки выглянула в окно. Кто это там разговаривает с Притам? Она увидела знакомые брюки, но лица за знаком автобусной остановки было не видно. Притам ожесточенно отмахивалась от него своей дупаттой.
— Отойди от меня, идиот! — вдруг взвизгнула она. Никки тотчас вскочила и выбежала на улицу. Это был Стив, у которого дед расист.
— Намасте, — ухмыльнулся он и помахал рукой. — Я как раз пытался проводить эту даму в «Тандур экспресс».
— Иди домой, Стив. Тебе запрещен вход в паб.
— Но снаружи-то я ошиваться имею право, — возразил Стив, повернулся к Притам и низко поклонился. — Цыпленок тикка масала, — торжественно произнес он.
Притам повернулась на каблуках и прямиком направилась прямо в паб. Когда Никки догнала женщину, та бросила на ходу:
— Все лучше, чем торчать на холодной улице в компании этого психа.
Никки рассмеялась и обняла ее.
— Я так рада, что вы решили к нам присоединиться, — сказала она, показывая Притам дорогу. Увидев женщину, вдовы зааплодировали, а она покраснела и отмахнулась.
— У кого-нибудь есть история? — осведомилась Никки.
После заминки поднялась одна-единственная неуверенная рука, принадлежавшая Биби.
— Я сочинила ее по дороге сюда, — сказала она.
— Давайте, — подбодрила ее Никки и устроилась поудобнее.
— «Женщина, которая любила кататься верхом», — объявила Биби. Вдовы прыснули со смеху.
— А на рикшах по ухабистым дорогам она тоже любила ездить?
— И прислоняться к стиральной машине, когда та работает на отжим?
— Тише, — скомандовала Биби. — Я пытаюсь рассказать историю, — она откашлялась и начала снова. — «Женщина, которая любила кататься верхом».
 
Жила-была женщина, у которой были большие земельные угодья. Они достались ей от покойного отца вместе с наказом: не выходить замуж за корыстолюбца, потому что он попытается завладеть этой землей…
 
Все женщины внимательно слушали, кроме Шины, которая подошла к Никки и опустилась на соседний стул.
— Не поможешь мне с чаем? — тихо предложила Никки. Шина кивнула. Они тихонько извинились и отошли к бару. Никки приготовила поднос с чашками и поставила чайник.
— Не желаешь чего-нибудь выпить? — спросила Никки.
— Пожалуй, немного вина, — сказала Шина и оглянулась на вдов. Те были слишком поглощены рассказом Биби, чтобы заметить даже отсутствие молодых женщин, не говоря уже о вине, которое Никки налила Шине.
— У тебя усталый вид. Все в порядке?
— Просто на работе выдался тяжелый день, после того как ночью не выспалась. Мы допоздна болтали с Рахулом, — объяснила Шина. — Я сказала ему, что события развиваются слишком быстро.
— И как он это воспринял?
— В конечном счете нормально. У нас был долгий разговор. Но его первоначальная реакция меня удивила. Рахул стал оправдываться. Сказал: «Но тебе же нравится!»
— Выходит, он решил, что ты обвиняешь его в неуважении к тебе?
— Ну да. Я говорю: «То, что мне нравится, не означает, что я не могу передумать и взять паузу, ясно?» И на его лице промелькнуло такое выражение! Словно мои слова его ошеломили, но в то же время произвели впечатление.
— Ты дала ему пищу для размышлений.
— Самое смешное, я сама удивилась. Я не осознавала, что хочу сказать, пока не произнесла это вслух. Вот почему я поначалу избегала выяснять с ним отношения, — Шина отпила несколько глотков вина и снова украдкой покосилась на вдов. — Эти наши литературные занятия оказались не только забавными, но и полезными: по-моему, я научилась выражать свои мысли вслух. И выражать очень точно.
Никки вспомнила, какой неожиданный прилив уверенности она испытала, когда схлестнулась с Гарри и Виктором.
— Я тоже, — сказала она. — Хотя считала, что кому-кому, а мне в таком деле помощь не нужна, — молодые женщины с улыбкой переглянулись. В это мгновение Никки почувствовала безграничную признательность Шине за ее дружбу.
После того как Шина допила свое вино, они вернулись к вдовам и Никки раздала чашки с чаем. Взгляд Биби по ходу развития сюжета становился все мечтательнее.
 
Сидя верхом на этом великолепном жеребце, она управляла каждым его движением. Его мускулы размеренно двигались под ней, терлись о самые интимные ее места…
 
Повествование Биби было прервано появлением еще двух запыхавшихся пенджабок. Они были так рады возможности наконец сесть, что, кажется, не возражали даже против пребывания в пабе.
— Я Рупиндер, — представилась первая.
— Я Дхоти, — сказала другая. — Манджиндер тоже скоро будет. Она ищет, где припарковаться.
— Мы ехали прямо за вами, — объяснила Рупиндер. — Но по дороге Дхоти показалось, что она заметила знакомого, и нам пришлось свернуть в переулок и пригнуться, пока она пыталась выяснить, он это или не он.
— О-о-о, и кто же это был? Тайный любовник? — поддразнила женщину Танвир.
— Что за чушь! — воскликнула Дхоти. — Это двоюродный племянник Аджмал Каур.
Разумеется, у всех женщин имелись внутренние радары, настроенные на обнаружение членов общины даже за пределами Саутолла. Арвиндер заметила улыбку Никки.
— Ты его знаешь? — полюбопытствовала она.
— Нет.
— Вот и хорошо. Он курил, — заявила Дхоти.
Женщины зацокали языками.
— Ну вот, опять, — прошептала Шина по-английски, закатывая глаза.