Агентство «ЭКЗОРЦИСТ»: NIGREDO

    
Глава 40
Утром Мартин, многословно извинившись, умчался, сославшись на неотложные дела. Разумеется, связанные с его жениховством. Я остался один, если не считать слуг, и вскоре задремал, но затем проснулся от ощущения, что в комнате кто-то есть. Повернув голову, я увидел женщину.
Это была Анна Бланш! Её я не ждал, так что был удивлён.
— Ничего не говорите! — она сделала несколько торопливых шагов. — Я узнала, что вы заболели. Внезапно. Утром приехал Джеймс, упомянул в разговоре. Он не придаёт значения, конечно. Думает, что простуда. Вы, наверное, тоже. Но это не простуда! Дело в колдовстве. Я вам помогу. Себастьяна спасти не сумела: меня позвали слишком поздно! А у вас есть шанс!
Я попробовал снова пошевелить языком. Получилось. А вот набрать слюны — нет. Как же сухо, аж дерёт!
— Женщина, из-за которой Пол Уилшоу потерял карьеру… — просипел я едва слышно. — Это ведь вы?!
— Да! — леди Бланш поджала губы. — Он стал одержим! Преследовал меня. А когда я поселилась здесь, тоже приехал. Теперь не говорите ничего. Я должна провести ритуал. Хорошо, что никого нет — лишние люди только помешали бы.
Я вдруг заметил, что леди Бланш привезла саквояж. Она поставила его на стол, открыла и начал раскладывать разные предметы, расставлять склянки. Последней вытащила толстую книгу в потрепанной обложке.
— Слышала, о чём говорили сегодня Кэт с Джеймсом. Глупышка думает, что я хочу её убить! Как будто мне своих денег мало! — Анна Бланш печально усмехнулась. — Я, конечно, ведьма, но не злая!
— Перстень! — прохрипел я, несмотря на запрет. — Сфинкс…
— Он его ещё носит? Мы давно не виделись.
Анна Бланш быстро совершала приготовления. Запахло острым и едким.
— Пол однажды подарил мне это кольцо. Сказал, я — сфинкс. Это было очень мило. Но я знала: он занимается чёрной магией. Не могла этого принять. Он потом рассказывал, будто его любовь умерла в Париже. Я надеялась, что он забыл обо мне. Как же я ошибалась! — леди Бланш подошла к кровати и стала что-то рисовать на моих лбу и щеках. От мокрой кисточки было прохладно и приятно. — Я перечеркнула сфинкса! Хотела, чтоб Пол понял: всё кончено, я не хочу быть его загадкой! Когда умер мой муж, я подозревала, что дело нечисто, но не была уверена. Я ведь не врач. Но затем скончался Себастьян. Тогда я догадалась!
«Пол Уилшоу устранял всех мужчин из жизни любимой женщины», — подумал я.
Значит, я верно вспомнил: перстень действительно был такой, как в досье! Секта чёрных магов, весьма опасных. Наверняка и фамилия «Уилшоу» там значилась, только это я, конечно, забыл, ведь тогда она мне ни о чём не говорила.
Что ж, теперь всё было ясно! Я достал из-под подушки заранее приготовленный пузырёк с янтарной жидкостью и выпил его залпом. По телу разлилось тепло. Я почувствовал, как силы возвращаются ко мне. Но действие эликсира было временным. Следовало торопиться.
— Закройте глаза! — велела леди Бланш. — Пора начинать! Не бойтесь, я хочу вам помочь!
Она протянула ко мне руку, но я быстро перехватил её. От такой прыти у леди Бланш удивлённо взметнулись брови.
— Простите, но я предпочитаю сделать всё сам! — с этими словами я стремительно коснулся одной точки на её прелестной шее, и леди Бланш с тихим вздохом опустилась на кровать.
Поднявшись, я уложил её понадёжней и подошёл к предметам, которые она приготовила. Как я и думал, леди Бланш намеревалась провести ритуал, возвращающий зло тому, кто его насылал. Значит, она не была ни виновницей, ни пособницей преступлений. Я испытал облегчение.
Оставалось лишь завершить начатое ею. Но у меня был свой метод. Одевшись, я проверил револьвер, а затем быстро начертил на полу сигил. Выпрямившись, отступил от него и достал из кармана записную книжку с заклинаниями. Отыскав нужное, я принялся читать, поглядывая на чертёж.
Вскоре он начал светиться. Из меловых линий показались мерцающие лиловые лучи. Они быстро разгорались. Когда заклинание было произнесено до конца, я потёр рубин с Печатью Соломона.
Из сигила начала появляться голова быка, за ней — барана, а последней — человеческая, в чёрной императорской короне. Дальше стали видны широкие плечи, покрытые доспехами. В руке демон держал копьё.
— Король Асмодей! — звонко и чётко проговорил я, убрав записную книжку. — Я призвал тебя, чтобы просить отвести от меня губительную магию и направить её на того, кто породил это проклятье! Исполнишь ли ты мою просьбу?!
— А что ты можешь дать взамен, заклинатель?! — хрипло прорычал демон человеческой головой. Две другие мерзко захихикали. — У тебя есть, чем расплатиться?!
— Конечно! — когда я сделал пальцами особый знак, в воздухе появились кружащиеся глифы. — Знаешь, что это?
— Да! — прохрипел Асмодей. — Я приму две из них в уплату! Одну за снятие проклятья и другую — за то, чтобы твой обидчик получил его сам!
— Согласен!
Две глифы мгновенно вспыхнули и исчезли.
— Проклятие снято! — провозгласила голова быка. — Проклятие наложено! — отозвалась голова барана.
 
    
Глава 41
Демон начал опускаться в сигил. Как только он исчез, и лиловые лучи погасли, с улицы донёсся громкий крик!
Я подхватил ножны, прицепил их к поясу и направился к двери.
В прихожей со мной едва не столкнулся камердинер Мартина.
— Я слышал крик! — обеспокоенно сказал он.
— Иди со мной! — велел я. — Это на улице.
— Слушаюсь.
Мы вышли во двор, но там было пусто.
— Туда! — решил я, указав направо, где росли густые кусты.
Раздвинув ветки, мы едва не споткнулись о распростёртого мужчину! Он лежал лицом вниз, вцепившись пальцами в траву, так что она оказалась вырвана с корнями. Под носками ботинок виднелись в земле глубокие борозды — словно человек сучил ногами в жуткой агонии. Справа валялась массивная трость, весьма подходящая для сельских прогулок.
— Это господин Пол Уилшоу! — испуганно выдохнул камердинер и прикрыл рот рукой. — Ему нужно вызвать врача!
Присев, я приложил пальцы к шее лежавшего. Пульса не было.
— Поздно! Он умер.
— Как?! — опешил слуга. — Отчего?!
— Его постигла та участь, которую он готовил мне. Но врача всё равно вызови. И полицию.
Камердинер поспешил обратно через кусты, а я ещё раз взглянул на тело. Сейчас аристократический Пол Уилшоу в своём жёстком белоснежном воротничке уже не казался несгибаемым. Собственное зло настигло его и уничтожило, положив конец убийствам и посягательствам на Анну Бланш.
Развернувшись, я побрёл к крыльцу. Никаких симптомов недавней болезни больше не было. Я чувствовал себя прекрасно. Ну, разве что слегка уставшим.