Первый. Бывший. Единственный

– Я, наверное, пойду, если тебе не нужна помощь, – сказала брюнетка, которая стояла поблизости них.
Дубравин только сейчас ее заметил, словно вдруг стал страдать туннельным синдромом. Впрочем, неудивительно. Он весь так сосредоточился на Васе, что и пролетающий метеорит мог бы пропустить…
– Стоять, – скомандовала супруга. – Нужна. Очень даже. Это Дубравин уберется с моей дороги и даст спокойно дышать. У него дел по горло, он всегда спешит. Ты и сейчас опаздываешь, правда, дорогой?
Яд, который  сочился из ее голоса, можно было черпать ведрами.
– Василиса, – нахмурился он, переставая узнавать собственную жену. – Не устраивай сцен.
Дубравин никуда не собирался. Ему, конечно, очень нужно было, но семейные проблемы не давали сосредоточиться ни на чем другом. Он бы и рад все прояснить сейчас, ответить на претензии супруги, которых явно накопилось немало, но наедине. А Вася, по всему, оказалась не готова.
– Отчего же нет? – прищурилась она. – Я очень люблю сцену и, как ты помнишь, крайне органично смотрюсь в любом образе. Правда, амплуа рогатой дурочки никогда раньше не примеряла, но ты решил разнообразить мою жизнь, правда? Спасибо, милый. Я всегда знала, что ты у меня заботливый, но чтобы до такой степени… Ой, простите, уже не только у меня.
Кеша заскрежетал зубами, ярясь из-за собственной беспомощности сейчас. Вася не могла выбрать лучшее место для их разборок. Прекрасно ведь знала, что на публике он не сможет ее успокоить привычным способом, перенаправив ее злость в страсть.
– Садись в машину, – приказал Дубравин.
Еще и дверцу для нее приоткрыл. Беспрекословного подчинения от жены он не ожидал, невозможен покладистый характер у фурии с мужским именем, но к такому откровенному протесту тоже оказался не готов.
Вася просто его проигнорировала.
– Ты знаешь, а я лучше на такси проедусь, – фыркнула она. – Поближе к обожаемому тобой народу, ага?
Супруга схватила подругу за руку и потащила ту к машине, что уже подъехала за ними.
– Василиса! – кинулся Дубравин следом.
– Не рычи, Кеша, иначе твой идеальнейший имидж пострадает, – нанесла очередную словесную пощечину его жена. – Это же единственное, чем ты дорожишь, правда?
И дверцу перед его носом захлопнула. Таксист ударил по газам, машина рванула с места, обдав Дубравина облачком удушливого выхлопа.
– Ошибаешься, –  потер двумя пальцами переносицу мужчина.
Только вот Вася его уже не услышала.
– Иннокентий Петрович, – подскочил Артур.
– Все в порядке, – выставил ладонь мужчина, откровенно солгав.
Он был очень далек от порядка. И ведь планировал, готовился, просчитывал примирение с женой наперед, но все пошло наперекосяк!
И Васю не убедил в своей невиновности. И, похоже, только туже затянул петлю на шее.
«Откуда все же у нее такая уверенность насчет любовницы? – задавался вопросом он. – И что она знает про его ошибку с Загорской?»
То, что Вася оказалась вчера у гостиницы как раз в тот момент, когда Инга воспылала к нему чувствами… представлялось сюрреалистично. Но на случайность все равно не списывалось, как бы Дубравину ни хотелось обратного.
Он собирался выяснить, в чем именно его обвиняют, чтобы выбрать наиболее выгодную стратегию защиты и не ляпнуть лишнего.
Но разговора сейчас все равно не сложилось бы. Поэтому пришлось отпустить супругу с подругой, отступить.
Дубравину и самому остыть не мешало, а то только еще больше дров наломает.
– Да! – рявкнул мужчина, отвечая на телефонный звонок, что никак не прекращался.
– Чувствую, ты в настроении, – хмыкнул Стас. – И даже спрашивать не буду, что случилось. Все потом, Кеша. Сейчас я добавлю тебе головняк. Хочешь?
– Изнываю просто, – буркнул Дубравин. У него опять стало ломить в висках. – Выкладывай, что случилось?
– Финны отказались от сделки.
– Что значит отказались? – не понял Иннокентий. – Все же было согласовано! Сегодня только нужные документы подписать осталось.
– На меня-то глотку не рви, – фыркнул Богомолов. – Им оказалось важно, чтобы ты лично присутствовал на подписании.
– Без меня в ручках чернила закончились?
Помощник предупреждал его о встрече, но Дубравин верил, что сможет усидеть на двух стульях. И с женой помирится, и к подписанию договора с иностранцами успеет. В итоге получилось как с той бабкой в сказке про золотую рыбку…
– Твое отсутствие они восприняли как оскорбление, – не среагировал на его сарказм Стас. – Возможно, еще получится все исправить, только заниматься этим придется тебе, а не через посредников.
Дубравин выругался. Все было очень не вовремя.
И проблемы с Васей, и финны эти…
– Я знаю, что у тебя много и других дел, но здесь прокатит лишь твоя личная заинтересованность. И, Кеша…
– Что еще?
– Рейтинг на две позиции упал. Многие успели посмотреть видео с твоей женой в главной роли, а спецы Агапова запустили в работу троллей и распространили по сети треш, что, мол, из-за таких, как Вася, и погибают дети на дорогах.
– Вообще-то это она едва жизни не лишилась! – сжал кулаки Дубравин.
– Конкуренты не дремлют, Кеша, – вздохнул Стас. – Пока ты где-то шатаешься…
– Я решаю свои личные проблемы. Имею я на это право?
– Нет, – припечатал его друг. – Если хочешь прийти победителем в этой гонке, то никаких личных проблем до результатов голосования. У тебя вообще должна быть безупречная жизнь, избиратели не любят пятна на солнце.
Дубравин швырнул букет и опять позволил себе не сдерживаться в выражениях.
– Потом пар выпустишь, – хмыкнул Богомолов, который стал свидетелем его излияний. – Что хоть случилось?
Кеша сел в машину и скомандовал ехать в офис.
– Вася не ночевала дома.
– Вот это новость, – присвистнул друг. – Заработалась?
– Хоть бы. Она обвиняет меня в измене.
– Интересно, – протянул Богомолов. – Инга?
Они столько лет дружили, почти что выросли вместе, что Стас научился понимать его с полуслова.
– Клянется, что ни при чем.
– И ты ей веришь?
– Нет, – поджал губы Дубравин. – Но доказать пока ничего не могу. Вася вменяет мне любовницу.
– Один раз не считается, Кеша. Жене этого говорить не стоит, не поймет. Ревнующей женщине, возомнившей себя преданной, вообще сложно что-либо доказать. Пусть успокоится немного, потом поймет, что такого мужа, как ты, ей терять невыгодно. Никуда она не денется, Дубравин.
– Вася со мной не из-за денег или положения, – скрипнул зубами он.