Первый. Бывший. Единственный

И был прав. Четырехлапому контингенту, который он обслуживал, был до хвоста  внешний вид ветеринара. Но мама беспокоилась за нашего старшенького, и я разделяла ее чувства.
После расставания с Вероникой – гражданской женой – Миша совсем ушел в себя, отпустил бороду, стал еще нелюдимей, чем был.  Вместе с длинными рыжими волосами до плеч эта борода делала его похожим на лесника или снежного человека. А ведь раньше выглядел вполне себе интеллигентным рокером…
– Руслана! – предприняла еще одну попытку я.
– Не придет, пока не накатается, – резонно заметила мама и заставила меня закрыть окно. – Поешь лучше, дочка. Будут силы на дорогу.
Выходные мы провели за городом у родителей, часто собирались здесь. А сегодня мне нужно было на работу, а Русе в школу.
– Пусть на санках катается, а не на снегоуборщике, – сложила руки на груди я. – Не рановато ли развлечение для шестилетки?
– С ней Муся, – напомнил мне Миша.
– Это еще страшнее, – закатила глаза я.
Муся была нашей бабушкой – бесстрашной и не по годам резвой главой семьи, но частенько мне казалось, что еще одним ребенком.
– Васек, ну что ты начинаешь? – вклинился в разговор мой средний брат – Никита.
– Я еще не начинала. Кроме Русланы там и Сашка. А если ты забыл, Марго вверила своего сына под нашу ответственность. Так что никаких снегоуборщиков.
– Да Марго не такая скучная, как ты, и бровью не повела бы на такое невинное развлечение, – выдал Никита.
– Шутишь? Она бы меня убила. А под воздействием гормонов из-за третьей беременности так припрятала бы труп, что вы бы вообще его не нашли.
– Двор защищен забором, ничего не случится, – сказал отец. – Муся вас всех вынянчила и с этими шестилетками справится.
– Перестань держать руку на пульсе, все нормуль будет, – отмахнулся мой излишне легкомысленный средний брат.
– Для тебя все всегда «нормуль», – огрызнулась я. – Вот будут у тебя свои дети…
– Ой, выключите кто-нибудь уже эту «яжемать», – мгновенно взмолился Никита. – Иначе я за себя не ручаюсь.
– Напугаешь меня экономическими сводками? – хмыкнула я.
– Не ссорьтесь, – попросила мама.
– Ничего в этом доме не меняется, – выдал Миша. – Даже не мечтайте, что растаскивать вас стану. Мне в детстве этого хватило.
Он поднялся из-за стола, задев макушкой висящую люстру, и поморщился.
– А не надо нас растаскивать, тоже мне миротворец нашелся, – фыркнула я. – Мы разберемся по-взрослому.
– По-взрослому? – заинтересовался отец.
Родители давно перестали обращать внимание на наши препирательства, понимали, что это всего-то специфическое выражение любви и привязанности.
– Просто дам ему в этот наглый глаз и успокоюсь, – нахмурилась я.
– Ты допрыгни сначала, Васек-гномик, – не испугался Никита, поднимаясь мне навстречу.
Я действительно дышала ему в подмышку. Как и Миша с папой, брат был высок. А еще отличался прекрасным метаболизмом, легким нравом и способностью выводить меня из себя одним выражением лица.
Я замахнулась, Никита ловко ушел от удара, наступив на хвост нашему Угольку.
– Мрау! – загорланил кот, не ожидая такой подлянки.
Никита едва на ногах устоял – Уголек рванул прочь из комнаты.
– Мазила, – хмыкнул брат мне.
– Не провоцируй ее, – тут же попросила его мама. – Ты же старше. Уступи.
– Всю жизнь так: хулиганит Васька, а «вы же старшие» достается нам, – закатил глаза этот борец за справедливость. – И ты еще удивляешься, в кого Руся пошла? Да вся в тебя.
Я лишь поджала губы, не отыскав сразу, чем крыть. Правда в этом замечании была. Руслана собрала не только все мои ужасные качества, но и во всем роду не постеснялась покопаться.
И пусть мы все были Роговы, но очень разные, за исключением одной особенности. Рыжего цвета волос.
Только мама выбивалась своей блондинистостью из наших рядов да Муся с папой – уже сединой.
Послышался глухой стук. Звук шел с улицы.
Я выглянула в окно.
У меня чуть сердце не остановилось, когда я увидела перевернутый снегоуборщик.
– Руслана! – с именем дочери  я вылетела на улицу, даже обуться забыла. И сразу угодила в сугроб по колено.
Снега в этом году выпало как никогда…
Вот мы и решили сегодня почистить двор, чтобы удобнее было. Только я никак не ожидала, что за это дело возьмутся Муся и Сашка под предводительством моей дочери.
И ведь запретила, так эти шустрики сговорились – я отлично догадывалась, кто заправлял всем процессом, – и сделали свое черное дело тогда, когда я еще спала.
– Руслана! – Я бежала, не чувствуя под собой земли. Наверное, никогда в жизни так не бегала, а когда ребенок в опасности, то можешь и не такое вытворить.
И снегоуборщик самостоятельно перевернула бы, не подхвати меня Миша вовремя.
– Все в порядке, вон они, – сказал брат.
Злосчастная троица выбиралась из сугроба, куда они специально или не очень свалились.
Руслана заливисто смеялась, держась за живот. Сашка ей вторил, и Муся не отставала.
– Все целы? – серьезно уточнил Миша.
– А что нам будет? Конечно, – выдал Сашка.
– Привет, мам, – махнула мне рукой Руся, еще и глазками захлопала, как сама невинность. От ее беззубой улыбки – не так давно передние молочные зубы ее покинули – мне захотелось скрошить свои.  – Давно здесь?
– Все твои пируэты успела увидеть, если ты об этом, – поджала губы я, чтобы  не сорваться на крик. Вопли на Руслану вообще не действовали, она тогда начинала чудить от обратного. И пусть мама не подтвердит, а я была уверена: со мной в детстве у родителей постоянных проблем не случалось. Я была ангелом, а не ребенком! Если кто из Роговых говорит иначе, то просто безбожно врет – уверилась я. – Только не стоит делать вид, что ты не слышала мой запрет.
– Здесь шумно было, – пожала плечами егоза.
Хорошо, что Миша меня поддерживал. Тоже прекрасно знал мой горячий нрав и молча работал буфером.  Еще и с легкостью держал на руках, чтобы я окончательно ноги не угробила в снегу.
Я устроилась на его руках и максимально сдерживала себя, чтобы не искать ремень, хотя никогда ребенка и пальцем не тронула, но стоило глянуть на этот снегоуборщик…
– Да, – тут же подтвердил ее верный дружок – Сашка. Марго и здесь поработала ксероксом. Второй сын оказался как две капли воды похож на Грача. В третий заход, подруга надеялась, удача будет на ее стороне. – Ничего не слышно было из-за мотора. И я Русю отвлекал еще.