Только (не) рабочие отношения

Там за окном люди радовались наступающему Новому году, радовались приближающимся каникулам, а тут, в салоне, висело напряжение.
Тишина была слишком гнетущей, слишком пугающей…
— Ты злишься на меня? — осторожно уточнила я, глянув на Славу.
— Ты очень наблюдательна, Аня, — усмехнулся он
— Почему? — опять странный взгляд в мою сторону, и я поспешила сказать: — Нет, я понимаю, что виновата! Не посоветовалась, не позвонила, когда у меня возникла проблема… Но ведь дело не только в этом, да?
— Знаешь, куда мы едем? — вместо ответа поинтересовался Слава.
— Домой?
— Не угадала. В клинику.
Об острый взгляд серых глаз можно было пораниться. И он ранил меня…
— Между прочим, это очень обидно, — отозвалась я, скрещивая руки на груди и отворачиваясь, и только слова Славы, полные изумления, заставили меня обернуться.
— Почему обидно?
Он даже еще немного сбавил скорость, перестраиваясь правее, чтобы посмотреть на меня. Будто и правда не понимал…
А я нахмурилась.
— Подожди, разве ты не имел в виду, что хочешь в клинике узнать, есть ли у меня мозги? — уточнила я, а Слава неожиданно фыркнул, улыбнувшись.
— Интересная мысль, воробушек. А есть вариант, при котором их у тебя не окажется? Есть сомнения?
— Мама иногда говорила, что у меня их нет, — смущенно отозвалась я, понимая, что вот я и стала настоящей женщиной, по мнению папы: сама придумала, сама обиделась.
— Мозги у тебя есть, не переживай, — со вздохом отозвался Слава. — Проблемы только с инстинктом самосохранения, но, боюсь, в клинике тебе его не поправят… ты бы знала, как мне иногда хочется запереть тебя от всего мира, чтобы никто не обидел, не задел…
Он еще раз вздохнул, покачав головой. А я, воспользовавшись тем, что Слава немного расслабился, осторожно коснулась его ноги и спросила:
— Ты больше на меня не сердишься?
— Сержусь, но понимаю, что это бесполезное занятие. Ты даже не осознаешь причины, — качнул он головой и, не выпуская руля, одной рукой подхватил мои пальчики и коснулся их губами. — Скажи, как тебя угораздило оказаться с Филиппом в выставочном зале наедине, да к тому же после работы?
Я смущенно улыбнулась, проведя рукой по подолу платья.
— Может, я тебе с самого начала расскажу, чтобы ты понял? С самого утра…
— С момента, как я разбудил тебя, поцеловав в…?
— Слава! — воскликнула, чувствуя, как щеки опаляет румянец.
Довольно усмехнувшись, он кинул на меня какой-то собственнический взгляд и чуть сжал мои так и не выпущенные из руки пальчики.
— Рассказывай, воробушек.
Глубоко вздохнув, я начала обстоятельно рассказывать про разговор с его отцом, про его слова о том, как сильно моя глупость повлияла на репутацию Славы, про разговор в лифте с Филиппом и идею, как все исправить.
— Понимаешь? Мне нужно все исправить…
— Понимаю, — так же вздохнул Слава, паркуясь. — Мысль, что я сам могу решить любые вопросы, никак не хочет укрепляться у тебя в сознании. Будем продолжать над этим работать.
Глянув на меня, он невесело усмехнулся и отстегнул ремень.
— Нам точно нужно в больницу? Точно-точно? — спросила я с надеждой.
Вдруг, Слава пожмет плечами, скажет: «нет» и мы спокойно поедем домой? Светлые стены и запах лекарств, нервировали, даже когда я думала о них, и если получится избежать встречи с ними…
— Воробушек, есть люди, которые будут общаться с тобой, только если им это выгодно, — подбирая слова, начал отвечать Слава. — И прости, но в сферу интересов Филиппа вряд ли входит помощь тебе.
Медленно кивнула, признавая его правоту.
— Я думала об этом, но решила, что он ничего такого не сделает… — я замерла, вспоминая, что Слава сказал про мои расширенные зрачки, вспомнила, как мне было жарко, как Филипп, не спросив разрешение, сделал снимок… и содрогнулась. — Ты думаешь, он…?
— Для него же будет лучше, если я окажусь параноиком, — хмыкнул Слава, беря меня за руку. — Не накручивай себя, Анют. Сейчас мы сделаем анализ крови и все узнаем. Если кровь чистая, значит, подстава заключается в другом.
— Но ты так уверен, что она есть?
— Да. Идем.
Пока мы шли до частной больницы, пока я снимала зимнее пальто, пока поднимались до нужного кабинета… я полностью уверилась, что Слава прав.
Ноги не слушались, руки дрожали, а сердце заходилось в бешеном ритме. Я вспоминала все ситуации, которыми меня пугала мама, предупреждая, чтобы я не ходила ни в какие клубы, когда приеду в столицу.
Чего только не добавляли наивным провинциалкам в их напитки… Какие только красочные и пугающие последствия не ждали бедных девушек…
— Тебе плохо? — нахмурился Слава, останавливаясь и вглядываясь в мое лицо.
— Нет, — слабо улыбнувшись, отозвалась я, а Слава, нахмурившись сильнее, подхватил меня на руки, и прямо так занес в кабинет.
Статная женщина в очках, при виде нас удивленно подняла брови, но вежливо поздоровавшись, предложила опустить меня на кушетку.
— На что жалуетесь?
На несправедливую жизнь — хотела бы сказать я, но заговорил Слава.
— Нам нужен срочный анализ крови, есть подозрение, что девушке подсыпали что-то в сок. Необходимо проверить.
Женщина нахмурилась, и встав из-за стола, подошла ко мне ближе.
— Когда, предположительно это произошло?
Слава посторонился, пропуская ко мне врача, а я, чувствуя, как горло сжимает от спазма, едва слышно ответила:
— Около часа назад, может, больше.
Женщина посветила мне в глаза фонариком и начала осматривать, задавая миллион вопросов, пока наконец не уточнила:
— Как ваше самочувствие сейчас?
— Мне холодно, голова кружится, сердце бьется очень быстро и руки дрожат, — произнесла, демонстрируя подрагивающие пальцы.
Слава рядом резко выдохнул, сжимая губы, а врач, кинув на него странный взгляд, произнесла.
— Нужно пройти в соседний кабинет для сдачи крови, а после подождать результата.
— Сколько по времени? — уточнил Слава, помогая мне подняться и вместе со мной заходя в соседнюю дверь.
— Самый скорый около часа, самый честный — день-два. Я сделаю все необходимое, но, мне кажется, первый тест быстрее подскажет, почему у девушки сейчас такое состояние, — отозвалась она, доставая все необходимое. — Закатывайте рукав.
Я зажмурилась, пережидая нервную процедуру, и вцепилась в руку Славы.
— Все. Осталось только ждать, — снимая перчатки, наконец, произнесла женщина и, помявшись, добавила. — Если хотите, можете подождать в зоне отдыха. Думаю, через час я смогу вас успокоить.