Горничная для депутата
Нет, такое простить нельзя!
У него всегда были женщины. Разные. Намного младше его и зрелые, опытные. Серьезные и легкомысленные, страстные и невинные. Но ни одна не посмела бросить его. Он оставлял их сам, когда они надоедали ему или начинали раздражать. И он никогда не поднимал на женщин руку.
Знал, что это чревато серьезными неприятностями. Сейчас такое время, когда любая шлюха сразу бежит в полицию.
Но одно дело любовница, а другое дело жена. Она должна подчиняться мужу, уважать его.
Да, он изменял Кире после свадьбы. Познакомился с интересной женщиной. Пару раз сводил в ресторан. И, разумеется, они продолжали более близкое знакомство. Он же мужчина! У него естественные потребности. В идеале ему надо было родиться султаном и иметь горем.
Владимир с досадой собрал объедки и пустые бутылки в мешок. Как он докатился до подобного? Туда же сунул и бутылку недопитой водки. Больше он не возьмет в рот ни капли. По крайнем мене пока не накажет Киру.
То, что позволено мужчине, не позволено порядочной девушке. И тем более его жене.
С остервенением Владимир собирал по квартире свои разбросанные вещи и засовывал их в стиральную машину. Из-за Киры он страдает, из-за нее он так низко пал.
Полина права – он стал похож на бомжа, опустился, пил несколько дней. Вот во что превращает мужчину несчастная любовь, вот до чего доводит неверная жена!
А нужна ли такая ему? Пожалуй, он разведется с Кирой. Вышвырнет из своей жизни. И из квартиры. Пусть проваливает в свою провинцию, где ей и место!
Но так не получится. Наверняка Кира будет жить у своего олигарха и купаться в роскоши. А этого Владимиру совсем не хотелось. Он мечтал увидеть Киру в нищете, без средств к существованию, униженную и оскорбленную.
И он знает, как это сделать…
Глава 40– На опасную тропу ты ступила, дорогуша, – ни с того, ни с сего сказала Лилия Петровна.
Кира разрезала вдоль остывший бисквит. Сегодня домработница решила испечь торт к ужину, ну и она вызвалась ей помочь.
Сафронов сразу после завтрака уехал в офис, предупредив, что сегодня будет работать вне дома. Заняться Кире было особо нечем. Да и слоняться без дела весь день, зная, что Лилия Петровна со всеми обязанностями по дому хоть и справляется, но с трудом, Кира не могла. Конечно же, она предложила Лилии Петровне свою помощь, и та радостно загрузила ее работой.
Но у Киры всегда и все горело в руках, если бралась за что-то. Делать работу долго она не любила. Однако качество от этого не страдало. Со всеми поручениями она справилась в рекордно короткое время, за что даже заслужила благодарность от домработницы. Сейчас они вдвоем колдовали над тортом, который обещал получиться очень вкусным.
– Что я опять сделала не так, Лилия Петровна? – вздохнула Кира.
Нет, ну правда, придирки домработницы уже надоели. Что бы она ни делала, буквально все вызывало либо критику, либо просто недовольство. Кажется, лучше всего эта женщина умела ворчать.
– Да ты не подумай, ничего плохого о тебе я не хочу сказать, – приблизилась к ней Лилия Петровна, понизив голос до шепота. Кого она опасалась, если в доме они были одни? Даже Полина, и та с утра ушла и пока еще не возвращалась. – Вижу, что девушка ты порядочная и ни к чему такому не стремишься…
– К чему такому? – уточнила Кира.
– Ну… Это ж я по злобе наболтала тебе, будто метишь ты на место Польки. Не бери в голову, иногда я умею напраслину возводить…
Кира хмыкнула про себя, – Не иногда, а очень даже часто.
– …Но так думаю я, не Полька. Эта стерва что-то замыслила против тебя, как пить дать. Вот и ко мне уже не раз подкатывала с расспросами о тебе.
– А вы что же? – посмотрела на нее Кира.
– А что я? Посылала ее куда подальше. Если что и сболтнула, точно не со зла… Но недобро она смотрит, ох недобро.
Кира не стала продолжать этот разговор, а вскоре и Сафронов вернулся. Вернее, в кухню влетел Денис.
– Лилечка Петровна, кудесница вы наша! – заголосил он с порога. – А чем это так вкусно пахнет?
– Слушай, Денис! Ты свои комплименты неси-ка домой, жене. И не трись мне тут в верхней одежде! – спустила на него домработница собак.
– Обижаете… Я ж не дальше порога. А вы тут торт готовите? – вытянул водитель шею.
Кира только посмеивалась про себя, ну и немного восхищалась Лилией Петровной. Впервые на ее памяти она водителю дала такой конкретный отпор. Раньше все больше улыбалась, а порой и сама с ним жеманничала.
– Торт, но не про твою честь.
– А у меня хорошие новости, – разулыбался Денис. – За них вы точно должны со мной поделиться тортиком.
– Какие еще новости? – подбоченилась Лилия Петровна. – Ну выкладывай уже!
– Да хозяин-то наш… Похоже, победа на выборах ему уже обеспечена – соперника он в рейтинге обошёл ого-го как.
– И только-то? – фыркнула домработница. – Так то мы и без тебя знаем. Иди уже отсюда!.. Нет достойнее нашего Сафронова, – пробормотала она уже себе под нос, когда водитель вышел.
И как ни странно, Кира в этом была с ней согласна. Пусть Сафронова она и знала не так давно. И человеком он не казался абсолютно положительным. Были у него и недостатки, как у всех людей. Но что-то Кире подсказывало – в отношении людей он ведет себя порядочно. А не это ли качество главное для депутата?
* * *
Настроение у Макса было отличное, когда вернулся домой. Устал он сегодня как собака, но и день прошел в трудах не зря. Бурмин порадовал рейтингами, опять же. А Лев Карлович доложился, что смог ускорить бракоразводный процесс Киры. Не так давно Макс поручил своему адвокату это дело конфиденциально. Он и сам не знал, почему хочет помочь в этом Кире. Наверное, ради ее же спокойствия. И радовался сейчас, что уже через неделю у нее на руках будет свидетельство о разводе. И бывший муж Киры уже никак не сможет повлиять на это дело или затянуть бракоразводный процесс.
В доме пахло сдобой, и это тоже настраивало на положительный лад.
До ужина еще оставался час с небольшим, и Макс решил сходить в душ. А еще лучше – принять ванну. Давно он этого не делал.
Горячая вода приятно расслабила мышцы. Макс опустил голову под воду и задержал дыхание так надолго, как только получилось. Помнится, он так любил делать в детстве, представляя себя великим ныряльщиком, достающим со дна моря раковины с жемчужинами.
Когда вынырнул, едва снова не ушел под воду. На краю ванны сидела совершенно голая Полина. Она как тут появилась, если еще пятнадцать минут назад ее и дома не было?
– Можно к тебе? – зачерпнула Полина пены.
– Нет нельзя! Ванну я предпочитаю принимать в одиночестве.