Успех или борода

Клет уставился на Роско с таким видом, будто собрался сейчас же заполнить пробелы в его знаниях, но вместо этого сказал:
– Роско, можешь взять пикап Джетро и съездить к Дейзи за кофе?
– Сплавить меня хотите? – уточнил Роско.
– Давай двигай, – я хлопнул его по плечу. – Ты не представитель закона, как Дрю, и не генератор хитроумных схем, как Клет.
– Плюс я хочу еще кофе, – Клет показал свою пустую чашку. – Я без кофе думать не могу.
– Не поеду. – Роско скрестил руки на груди и поплотнее уселся на своем стуле, копируя Дрю. – Я не пацан, нечего меня опекать.
Мы с Клетом хмуро переглянулись. Ни ему, ни мне не улыбалась идея макнуть Роско в эту свежую, еще дымящуюся кучу лошадиного навоза, но Дрю решительно прервал наши поползновения:
– Пусть остается. Как он будет защищаться от того, чего не понимает? Придет время, когда Даррел попытается манипулировать и Роско.
Дрю не так уж редко оставлял за собой решающий голос, если речь заходила о наших семейных делах. Когда я угнал его мотоцикл – такой вот чертов крик о внимании, – Дрю сперва отлупил меня до бесчувствия, а потом уже разглядел во мне старшего сына Бетани Уинстон. С тех пор он частенько отчитывал меня, будто отец. От природы Дрю немногословен, но его всегда стоило послушать.
Дрю стал первым, кого я по-настоящему уважал и от кого услышал: «Я тобой горжусь». Его гордость для меня много значила, потому что я очень дорожил его мнением.
И не важно, что Дрю младше меня на год с лишним.
– Прекрасно, – снизошел Клет, треснув по столу. – Но если кофе не будет, тогда чтобы больше ни единого вислоухого заявления! Я не стерплю безмозглости без чашки кофе!
Дрю чуть не улыбнулся, но тут же повернулся ко мне с серьезным лицом:
– Как считаешь, что он затеял?
Я пожал плечами:
– А черт его знает. Что угодно. Может, пока вообще ничего, просто игры разума. Но будь мы с Сиенной вместе, он обязательно попытался бы этим воспользоваться.
Клет снова врезал ладонью по столу:
– А теперь слушай меня внимательно. Не держись за Даррела Уинстона как за предлог оттолкнуть эту прекрасную женщину! Я тебе уже сказал по дороге сюда: этот человек у меня под контролем.
– Не поделишься, каким образом? – спокойно поинтересовался Дрю. – Или нам не захочется слушать?
– Вам не захочется слушать, – так же ровно ответствовал Клет.
– То есть прикажешь слепо тебе доверять? – уточнил Роско, не скрывая недоверия.
– Роско Оруэлл Уинстон, ты позволил себе некомпетентное высказывание, – отчеканил Клет. – Теперь ты должен мне две чашки кофе.
– Это не высказывание, а вопрос!
– Бездарный вопрос стоит две чашки кофе, поэтому теперь ты покупаешь мне следующие три чашки кофе.
– Я доверяю Клету, – сказал Дрю, глядя мне в глаза. – Если он сказал, что вопрос у него под контролем, значит, так оно и есть.
Я ничего не ответил, потому что тоже доверял Клету. Я вверил бы ему даже свою жизнь.
Но не знал, вверил бы я ему – или кому-нибудь еще в целом мире – жизнь Сиенны.
    
Глава 14 
Стивен целовал весной,
 
Робин осенью лобзал,
 
Колин любовался мной
 
И совсем не целовал.
 
Стивена жар губ забыт,
 
Робина – умчался прочь,
 
Колина же взгляд горит
 
На лице весь день и ночь [14] .
 
Сара Тисдейл, «Избранные стихи»
 
~ Сиенна ~
Ну, хоть один человек радовался концу моего неслучившегося романа с талантливым и сексуальным рейнджером Джетро: Марта. Впрочем, она не прыгала в восторге из-за с треском провалившегося свидания или решения Джетро устраниться из моей жизни, потому что я ей об этом не рассказала.
Она обрадовалась, что я превратилась в трудоголика в последней стадии.
– Ого, Сиенна, у меня просто нет слов! – Я слышала, как Марта листает страницы, читая первый вариант нового сценария. – Когда ты успела столько написать?
– Я в последнее время плохо сплю.
Две недели после свидания-катастрофы я работала как одержимая (а еще включала подборку песен для расставаний и грезила о детях, которых мне никогда не родить от Джетро Уинстона).
У наших детей были бы его глаза и мои ямочки…
Ох, я просто не узнаю себя. Кто эта жалкая личность? Мы сходили-то на одно свидание. Одно-единственное!
Одно свидание, чокнутая! Всего одно неудачное свидание и один прекрасный поцелуй. Так что кончай выбирать имена для ваших детей.
– Не терпится запустить коготки в Девушку-Сокрушительницу, а? – Марта звонко засмеялась над моим нетерпением досняться в нынешнем фильме и взяться за экшен о супергероине, как она думала.
Мало же она знала…
Несколько недель с того достопамятного ужина с Джетро я если не спала и не снималась, то писала сценарий. Или давала интервью по телефону. Или подгоняла всякую дребедень. Я сократила сон с шести часов до четырех, потому что не хотела лежать без сна и мучиться мыслями, и шла в кровать, когда уже валилась с ног.
Я была одинока, но отказывалась что-то с этим делать. Несколько раз звонил Хэнк – я отказывалась увидеться с ним под разными предлогами. Дженис и Йон приглашали меня на экскурсии, но я отговаривалась, предпочитая работу и одиночество.
Рейнджера Джетро оказалось трудно забыть.
– Барнаби не ожидал сценария до следующего месяца. Он придет в восторг!
– Ура, – безразлично отозвалась я, но взяла себя в руки. Сестра не заслуживает плохого отношения. Она не виновата в моей хандре.
Я сама во всем виновата.
– Да, так вот, насчет премьеры в Лондоне, – сменила тему Марта. Сегодня утром она была сама деловитость.
– Да, премьера…
Еще и премьера эта дебильная…
Я едва совладала с собой. Мне все виделось в черном свете, и я разбрасывалась своим настроением, как рисом на свадьбе. Никому не нужен мой свадебный рис дурного настроения. Никому.
Я заговорила снова с вымученной жизнерадостностью в голосе:
– Значит, премьера. В Лондоне. Марта, а что, если я пойду с папой?
– Нет-нет-нет, мы об этом уже говорили. Там будут Кев и Тейт. Наша цель – укрепить твой имидж молодой, сексуальной и не обремененной заботами знаменитости. Ты должна кого-то привести, чтобы люди только о вас и говорили. Нам нужно больше шумихи, а не меньше.