Сколль. Холод и мгла

— Знаем-знаем! Чем ближе к ядру, тем выше температура.
— Верно! Если мы возьмём «среднюю температуру по больнице», — появился VR-слайд с графиками температурных градиентов, — то увидим, что каждые сто метров температура поднимается на три градуса. В реальности, многое зависит от тектонической активности и типа пород. В километровой скважине, пробуренной где-нибудь в штате Орегон, температура будет под сто пятьдесят градусов, а в Южной Африке, в аналогичной, по глубине, скважине в районе Мпоменг — шесть. Найти прочную, и при этом неглубоко залегающую породу с подходящим температурным режимом не такая простая задача.
— Хватит набивать цену. Дмитрий, давай ближе к делу! — это я поторопил докладчика.
— К делу, так к делу. При отсутствии теплового излучения Солнца нейтральный слой начнёт стремительно откатываться в толщу земной коры. Если не брать во внимание обведённые горизонты, он стабилизируется на глубине четыреста двадцать метров.
— Извините, что перебиваю. Получается, что выше нейтрального слоя строить убежище не имеет смысла? — спросил кто-то из зала.
— Само собой, если конечно, вы не хотите отапливать Галактику. Далее, строительные материалы! Тысячи километров тоннелей придётся бетонировать, заливать полы, строить цеха, а значит, потребуются цемент, металлы и прочие ресурсы. И чем их меньше использовать, тем дешевле нам обойдётся строительство убежища. А именно, прокладка тоннелей или иных капительных строений в осадочных породах слишком сложна в следствии их малой прочности и высокой насыщенности грунтовыми водами. Вода и малая крепость осадочных пород — главные причины, сдерживающие массовое строительство подземных сооружений. Цена отделки тоннелей и их дальнейшего обслуживания запредельна. Для постройки объектов без тюбингов, без крепей и насосов, ежеминутно откачивающих тысячи тонн воды, нам лучше всего опуститься ниже уровня грунтовых вода, в то место, где породы гораздо прочней. В нашем случае, данным условиям идеально соответствует Русский щит.
— Простите, какой щит? — спросили из зала.
— Русский. Про литосферные плиты «плавающие» по верхней мантии что-нибудь слышали? В двух словах, литосферный щит — выступающая часть континентальных платформ, которые залегают глубже и имеют глыбово-блоковое строение. Бывает, щиты выходят на поверхность, но в основном они скрыты осадочными чехлами. Докембрийские кристаллические и метаморфические породы, формирующие щиты, лучше всего подходят для подземных сооружений.
— Из-за своей прочности?
— Не только. Факторов много — теплоёмкость кварцитов, поток геотермального тепла, химический состав, вязкость, монолитность и трещиноватость пород. К сожалению, Русский щит очень слабо исследован. Бурили кое-какие неглубокие разведочные скважины на нефть, газ, а остальное по остаточному принципу. Наш район поиска — край Воронежского поднятия Русского щита, который, в свою очередь, является составляющей частью большой Восточно-Европейской платформы. Исходя из логистики и имеющихся геологических данных, мы ограничили поиск городом Калуга и районами Калужской области, расположенными северо-западней: Дзержинским, Медынским и Износковским. За девять месяцев было пробурено сто сорок шесть скважин глубиной от двадцати до трех тысяч пятисот шестидесяти метров. Применяли электроразведку, магнитный, гамма и нейтрон-нейтронный каротаж, геофизические и геохимические исследования и прочее, прочее, прочее.
— Нашли?
— Кто хорошо ищет, тот всегда найдёт! Повезло, что в пятнадцати километрах северо-восточней Калуги нащупали место, где щит залегает на глубине тысяча-тысяча двести метров. Шаг вправо, шаг влево и уже не то. Чего далеко ходить то? Прямо под Москвой толщина осадочного слоя достигает тысячи шестисот метров, а температуры превышают оптимум на пять градусов.
Сцена сменилась — зрители как будто парили над складками, разломами и огромными красными глыбами, чередующимися со слоями осадочных пород.
— Визуализация верхней части щита, — пояснил Дмитрий. — Массивы высоковязких, плотных, мелкозернистых кварцитов подстилают архейские глыбы и купола гранитогнейсов. Обратите внимание, что кварциты, слагающие блоки, имеют слабую трещиноватость, устойчивы к кислотам и щелочам и имеют низкий показатель влагопоглощения. Прочность на сжатие у них феноменальная, от трёхсот пятидесяти до четырёх сотен сорока мега паскалей, что в двадцать раз прочней бетона марки М500. По шкале проффесора Протодьяконова коэффициент прочности восемнадцать, почти высшая степень!
Поверьте профессиональному геологу, в Европейской части более подходящих пород для нашего «Свартальвхейма» не найти, да и в мире таких мест не так много. Кварциты формируют монолитные блоки толщиной от сорока до двухсот метров, достигающие двенадцати километров в длину и пяти в ширину. Площадь массива кварцитов, подходящая для постройки подземных сооружений. Перед всеми появился плоский, тонкий пласт из наслоений.
— Кварцит на девяносто две части состоит из зёрен кварца. На этот раз у всех над столами появилось 3D изображение керна кварцита красного, бардового и розового цвета.
— А почему он такой красный? — звонким голосом спросила Дмитрия симпатичная девушка с голубыми глазами.
Геолог заинтересовался, увеличил иконку девушки и перед ним раскрылись подробности: Ирина Стеклова, 32 года, куратор проекта БИОС.
— Это примеси, — стал разъяснять Дмитрий. — Обратите внимание на цветные вкрапления — сфен, циркон, рутил, — Дмитрий «вытягивал» кристаллы, увеличивая их в размере. — Больше всего гематита. Вот эти красненькие, похожие на стразы, — родохрозит и пурпурит, минералы марганца. В целом, ничего из ряда вон выходящего, а относительно высокое содержание железа объясняется тем, что по соседству залегают железистые кварциты Курской магнитной аномалии.
— И эти красные включения придают кварцу такой изумительный цвет?
— Вы необычайно догадливы, Ирина! Посмотрите, керн номер сорок. Насыщенный угольно-чёрный цвет, в составе колумбит и магнезит. Миллиарды лет назад песок, состоящий из микроскопических обломков кварца, под воздействием больших температур и давления кристаллизовался, захватывая находившиеся рядом минералы. А знаете ли вы, что наш кварцит по многим параметрам превосходит Шокшинский?
— Где-то я слышала это название.
— Царский камень, — пробасил мужчина с бородой, также осматривающий свою копию цифрового керна. — Говорят император лично выдавал разрешение на вывоз. Им ещё мавзолей Ленина отделывали и мемориал у могилы Неизвестного Солдата.
Участники стали переговариваться между собой.
— Чуть было не забыл! — прервал шум Дмитрий. — Прошу попробовать минералку!
Всем подсветили «реальные» пронумерованные термостаканы.
— А я-то гадала, что это за банки стоят. Виртуальная конференция, совмещённая с реальной дегустацией… Куда катится этот мир!?
— Разведку, по рекомендации нашей СБ, — Дмитрий кивнул в сторону Семёна Петровича, — мы вели как бы на минеральную воду. Территория московского артезианского бассейна как-никак. Так что, у нас полный порядок, разведаны сульфатно-хлоридные, сульфатно-натриевые и сульфатно-магниево-натриевые воды. Под номером пять особенно хороша. Рекомендую! Не хуже Доната Магния. Мои буровики этой минералкой все пустые канистры залили.