Сколль. Холод и мгла
Океанолог, дождавшись паузы продолжил свой доклад:
— Международный центр — это замечательно, но вот так, запросто ввозить в страну тысячи редких животных, растений и обитателей морей не получится, нам потребуется более основательное прикрытие. Предлагаю рядом с наземной базой заложить эко-парк нового поколения с упором не на развлечения, а на реабилитацию уязвимых видов и восстановление редких популяций. Хотя, одно другому не мешает. В тренде ночные посещения зоопарка, обширные вольеры, где не изолируют животных друг от друга, а наоборот стараются смешивать на одной территории разные виды, онлайн видеокамеры, невысокие ограды для неопасных видов, прозрачные сети, завтраки среди джунглей. У вас же целый штаб придумайте что ни будь. Подвесная дорога с зеркальными кабинками, делающими людей невидимыми для зверей…
— Ваши предложения не лишены здравого зерна! — задумчиво сказал начальник службы безопасности.
Виктор, не расслышав его слов, продолжал:
— Ботанический сад на две сотни ландшафтных зон. Палеонтологический и зоологический музеи со скульптурами и подвижными искусственными животными, напечатанными на 3D принтере. Питомник растений и селекционно-генетический центр… Надо спроектировать эко-парк с таким расчётом чтобы в угрожаемый период быстро эвакуировать обитателей. Не обязательно строить капитальные террариум и океанариум. Можно разместить морских обитателей в типовых контейнерах с прозрачными стенками. Если подойти с умом, мы не только прикроем работу по проекту, но и частично его окупим.
— Что с численностью сотрудников? — перебил я профессора.
— Две! Да, необходимо две тысячи на постоянной основе и двенадцать тысяч удалённо. Никак не меньше! Однако, было бы наивно полгать, что столь малое количество людей смогут открывать, исследовать и ловить сотни миллионов живых существ начиная от крошечных бактерий и заканчивая крупными рыбами. Мы не можем толком вычислить коэффициент инбридинга давно известных видов, а что уж говорить про не открытые! Для каждого вида нужны сотни, да что там, тысячи особей обеих полов. Виктор посмотрел на то как я качал головой и тут же поправился. В любом виде, необязательно живыми. Нам нужны десятки тысяч автономных подводных роботов с ловушками, квадрокоптеры с сетками для ловли птиц и насекомых, высотные средства слежения для поиска исчезающих видов. Мы не просто должны их поймать, нам нужно время понять, как они смогут выжить у нас. Фитотроны — хорошо, но в зоопарках и аквариумах мира содержатся менее сотой доли процента всего биоразнообразия видов планеты.
— Внесите и моё предложение в общую копилку, — взял слово Тимур. — Идею Виктора Михайловича с парком я полностью поддерживаю, но предлагаю совместить разбивку эко-парка с проектом «Калужские горы». Хороший ландшафтный дизайн, горнолыжный курорт, каскады озёр и искусственных каналов. Если сразу заложить коммуникации, то мы и землю сможем очень выгодно продать под элитную застройку и стройматериалы.
— Да хоть весь парк закладывайте. На кой ляд, он без Солнца то нужен? — пробасил в ответ бородач.
— Над вашими предложениями подумаем. Благодарю за доклад, присаживайтесь!
Конец первой части.