Беззвездный Венец
Вриту было мало дела до того, что творилось здесь и сейчас; он воспринимал это лишь как средство достижения своих целей. Исповедник чувствовал, что этот мир является лишь тенью другого, наполненного безграничным могуществом, и намеревался завладеть этим могуществом сам. Никакие знания не были для него запретными. Для достижения своей цели он был готов пойти на самое жестокое преступление.
Вот и сейчас Исповедник вспоминал, как у него на глазах смягчалась, оживая, бронза, – это чудо было подпитано кровью жертвоприношения, совершенного в пещерах Мела. Врит стиснул кулаки при мысли о том, чего лишился, что должен был найти.
Он снова посмотрел на зарево пожара, и ему показалось, что тут прослеживается четкий рисунок. Несомненно, за всем этим стоит Ллира хи Марч. Мастер воровской гильдии, бесследно исчезнувшая с полуденными колоколами, сославшись на отговорки, которые теперь выглядели совсем неубедительными, сожженные пламенем далеких пожаров. Она что-то узнала, скрыла это от него, Врита, и даже от своего сожителя архишерифа Лааха. Исповедник полагал, что смог определить размеры алчности Ллиры, однако теперь приходил к выводу, что сильно недооценил ее.
Суета в кабинете архишерифа привлекла внимание Врита. Прищурившись, он смерил взглядом Лааха. «Неужели он также причастен к обману?» Но по багровому от гнева лицу архишерифа Врит заключил, что Ллира не посвятила его в свои замыслы. Болван слишком туп, чтобы так искусно притворяться.
Ворвавшийся в кабинет гвардеец бросился к столу архишерифа, запыхавшийся, но целеустремленный.
– Архишериф Лаах, я только что получил известие из темницы! Пропал один узник, возможно, сбежал!
Поднявшись на ноги, Лаах сверкнул глазами.
– Сбежавший узник? – Он указал на балкон. – И ты сейчас беспокоишь меня таким пустяком? Когда горит весь город?
Гвардеец растерянно пробормотал что-то невнятное.
И снова Врит отказался считать это происшествие незначительным пустяком. Он быстро прошел с балкона в кабинет, роскошное помещение, отделанное заморским деревом и украшенное богатыми коврами.
– Когда именно бежал узник? – спросил Врит.
Гвардеец, до сих пор не замечавший присутствия Исповедника, вытянулся в струнку. «Похоже, – с горечью подумал Врит, – в Наковальне не замечают даже то, что у всех на виду, и эта беспечность, вне всякого сомнения, идет с самого верха».
– Выкладывай всё! – махнул рукой Лаах, приказывая гвардейцу говорить.
Кивнув, тот поклонился Исповеднику и снова кивнул.
– Мы не можем сказать точно, ваше святейшество, когда он пропал. Во второй половине дня, насколько можно судить.
Врит впитал эту информацию. «Незадолго до того, как Ллира хи Марч попросила прощения и скрылась». Над городом раскатились отголоски нового взрыва.
– И кто пропал?
– Один из тех рабов, которых мы держали в подземелье, пока вы допрашивали их хозяев, клашанских торговцев.
– Значит, чааен? – уточнил Врит.
– Так точно, ваше святейшество. Мне известно, что эти клашанцы не потерпят пропажу одного из своих, поэтому я лично поспешил сюда.
Исповедник задумался. Повернувшись к двери на балкон, он снова прочитал послание, написанное в городе огнем и пеплом, сознавая необходимость предполагать, что эти два события – пожар в городе и исчезнувший узник – связаны между собой, а также с этим хитрым беглым каторжником Райфом хи Альбаром.
«Но как? Какой прок вору от чааена?»
Закрыв глаза, Врит прикоснулся рукой к знаку, выжженному на одном из кармашков. Его палец провел по контурам рогатой гадюки. Исповедник воззвал к Владыке Дрейку, прося его поделиться с ним своими мудростью и хитростью.
Молясь своему черному божеству, Врит почувствовал, как его сердце успокаивается, замедляя свои удары. Тугой узел у него в голове, образованный перепутанными нитями этих тайн, ослаб. Промелькнули новые образы, складываясь в цельную картину.
«Чааен, ведущий за собой две фигуры, укутанные в плащи…»
Исповедник открыл глаза.
«Ну конечно…»
Уронив руку, он резко обернулся к Лааху.
– Собери своих лучших воинов и лучников! Оседлай своих лучших лошадей!
Расправив плечи, Лаах посмотрел на дым и пламя.
– И куда их отправить? Помочь бороться с пожаром?
– Нет. – Врит указал в противоположную сторону. – В Эйр-Ригг!
Глава 21Экипаж опасно накренился, входя на полной скорости в очередной крутой поворот. Райф вцепился в сиденье. Карета мчалась по Щербатому тракту в направлении хребта Эйр-Ригг. С высоты открывался панорамный вид на раскинувшуюся внизу Наковальню, окутанную пеленой черного дыма, сквозь которую тут и там пробивались яркие языки пламени.
Вдалеке тлели Гнойники. Время от времени над ними взметался огонь, словно демоны работали мехами, раздувая жар. Огненная буря расползалась по всему городу. Вспыхнул стоявший у причала торговый корабль, рудовоз, ярким факелом озарив водную гладь.
Райф гадал, сколько человек погибло в пожаре. Ему хотелось свалить всю вину на Ллиру, но он не мог.
«Это я во всем виноват!»
И тем не менее сквозь чувство вины проникал обжигающий страх. Райф то и дело поглядывал на бронзовую фигуру Шийи, похолодевшую и застывшую. Он не знал, удастся ли им с Пратиком расшевелить ее настолько, чтобы она поднялась на борт. И для этого им еще необходимо вовремя добраться до воздушной гавани. Когда экипаж домчался до гор, прозвенел пятый колокол Вечери, перекрывая отдаленные звуки набатов в порту. Райф ждал, что вот-вот прозвучит последний колокол.
Сидевший у другого окошка Пратик напрягся.
– Взгляни! – выдавил он.
Райф пододвинулся к нему.
– В чем дело?
Пратик указал на низкие черные тучи, окутавшие вершину Эйр-Ригга. Большой светлый силуэт рассекал плотную пелену, подобно огромной белой косатке, плывущей по черному морю.
Райф застыл.
Корабль уже отчаливал.
Опасаясь худшего, Райф высунулся из окошка и задрал голову. Днище и киль рассекали тучи, словно меч могущественного бога неба Пивлла. Но только клинок этот был изготовлен из бревен и досок и скреплен клеем и полосами отборного железа, усиленного особыми алхимикалиями, известными только обособленной касте корабельных кузнецов. Формой своего корпуса корабль напоминал обыкновенную плоскодонную баржу, но вместо мачт над палубой поднимались железные тросы, уходившие вверх в пелену туч, скрывавшую пузырь, наполненный газом, под которым был закреплен снизу корабль.
Райф поискал взглядом стяги на оснащенной крыльями корме, пытаясь определить принадлежность корабля, однако тот набрал высоту и скрылся в вечерних сумерках.