Невозможный Роман
Тишина! Не на шутку испугавшись, Роман быстро разулся и прошел в комнату. Аглая лежала на своем диване, свернувшись в клубок, и тихонько всхлипывала во сне. Ее обычно бледные щеки покрывал яркий румянец. Поляков приложил руку к покрытому испариной лбу и тут же отдернул. Аглая была очень... очень горячей.
- Эй! Аглая... Очнись! Ты меня слышишь?
Ему даже пришлось встряхнуть девушку, потому что никак иначе она на него не реагировала.
- Не трясите меня, пожалуйста...
- Плохо?
- Очень...
- Я звоню в скорую... - побелел Роман.
Глаша не отреагировала и опять тихонько захныкала. Сердце Полякова пропустило удар. Ему, конечно, не давало покоя чувство вины, засевшее в подкорке, но кроме этого было еще что-то. То, в чем даже он сам себе пока не мог признаться.
Скорая приехала быстро. Врач осмотрел слабо реагирующую на происходящее Глашу, спросил, как они лечатся, и, покивав головой, велел продолжать в том же духе.
- Может быть, ее в больницу надо? - стоял на своем Роман.
- Не надо! – похлопал его по плечу мужчина, - обычная ангина. Нормальный уход – и скоро все пройдет.
«А кто ей этот уход обеспечит?» – хотелось заорать Полякову, но он смолчал. Его план был прост: дождаться, когда у Глаши спадет температура, и разузнать у нее о близких. Родителях, там, друзьях… В общем, всех тех, кому он сможет с чистой совестью перепоручить заботы о её здоровье.
Укол, который Аглае все же вкололи, подействовал быстрей, чем таблетки. Глаша, кажется, пришла в себя и, подтянувшись на подушках, обвела комнату уже намного более осмысленным взглядом.
- Ну, слава богу! – вздохнул Роман.
- Роман Георгиевич? – моргнула Глаша… Покраснела, побелела, видимо, вспомнив о его утренних подвигах, и вновь опустила взгляд на сцепленные поверх одеяла руки. – А вы почему здесь? – добавила почти шепотом.
- А на кого ты мне прикажешь тебя оставить?
Агаля повела плечом.
- Родители?
Глаша закусила губу и покачала головой из стороны в сторону.
- Любовник?
Еще более отчаянное мотание.
- Друзья?! – не терял надежды Роман, но ведь должен же быть у нее хоть кто-то близкий?
Развенчивая его мечты, Аглая вновь покачала головой и решительно заявила:
- Мне не нужна помощь. Я сама со всем отлично справляюсь.
- Ага. Видел я… - вздохнул Поляков, зарываясь рукой в волосы на макушке. – Ты чуть дуба не врезала! А если бы я не приехал?
- От ангины еще никто не умирал, - запыхтела Глаша. – И вообще… Не считайте, что чем-то мне обязаны после того, что случилось… утром.
- В смысле? – насторожился Поляков.
- Ну, вдруг вы решите, что я вас в чем-то виню, и все такое… - пробурчала Аглая и, вновь скатившись с подушек, закрыла глаза.
- А вы, значит, не вините? – искренне заинтересовался Поляков. Не то, чтобы его интересовала реакция Глаши… Да боже, кого он обманывал?! Очень интересовала! Очень. Он вообще был не прочь повторить. И посмотреть, что из этого выйдет. Когда-нибудь потом, когда Аглая поправится. Проверить, так ли хорошо ему будет, как было утром, когда он думал, что это сон…
Ну, вот он и признался. Дерьмо.
- Нет. Вы не виноваты. Это полностью моя вина!
- Серьезно?
- Угу. Видите ли… я же не знала, что это вы! Последний человек на планете, с которым я хотела бы оказаться в постели.
Так! Минуточку! Постойте… Это он-то последний мужчина? Роман даже головой тряхнул от такой наглости. Как боксер после пропущенного апперкота.
- Вот, значит, как? То есть… секс со мной вас совсем не прельщает?
- Отнюдь.
- А можно поинтересоваться, почему? – задав самый идиотский вопрос во всей своей кобелиной жизни, Поляков сложил руки на груди и подпер задницей подоконник. Выглядел он, конечно, при этом – дурак-дураком, но, может, его хоть как-то спасал тот факт, что Аглая вообще на него не смотрела?
- Вы только не подумайте… Дело не в вас. Вы, безусловно, привлекательный мужчина…
- Безусловно!
- Но не для меня. Я… Понимаете ли, у меня уже был опыт с мужчиной, подобным вам. И я не хочу повторения.
Если что-то и могло ошарашить бедного Полякова еще больше, то только осознание того факта, что Глаша, похоже, нисколько не сомневалась, что он действительно может быть в ней заинтересован. Он, Роман Поляков… может, а она, видите ли – нет. Понимаете всю абсурдность этого допущения?
Нет, с ней точно что-то не так. Наверное, это жар… Ну, не может же она так думать на самом деле?
- Почему же повторения, Глаша? Вдруг все будет иначе? Лучше?
- О, нет! Испытывать судьбу я не хочу. Но учитывая все, что нам с вами довелось пережить, думаю, мы могли бы неплохо поладить. Друзья? – Аглая протянула Полякову ладошку и засияла улыбкой кобры, сбежавшей от заклинателя змей.
Ага. Друзья. Как же… Будь Глаша чуть опытней, поняла бы, что прямо сейчас она фактически бросила ему вызов. Уложить ее на спину и доказать, что он как раз тот, о ком эта дурочка всю жизнь мечтала. Еще до конца не решив, как на этот счет дела обстоят у него самого, Роман тоже улыбнулся. Пожал протянутую горячую ладошку. Кайфуя от выброшенного в кровь адреналина. Что ж… Похоже, он для себя все решил. Это и впрямь может быть занятно. В нем проснулся давно забытый азарт. Азарт хищника, вышедшего на охоту.
Он улыбнулся, неторопливым движением ослабил узел галстука и, преодолев комнату, уселся в кресло.
- Что вы делаете? – подозрительно осведомилась Аглая.
- Располагаюсь поудобнее. Прежде чем забрать девочек, мне нужно немного поработать.
- Вы хотите работать здесь? У меня дома? – удивилась она.
- Конечно. Мы ведь друзья? – выгнул бровь Поляков.
- Да, конечно… - не то чтобы уверенно промямлила Аглая.
- Ну, не могу же я бросить друга в беде? – оскалился Роман.