Невозможный Роман
В реальность Полякова вернул резкий шкрябающий звук, с которым Глаша вытащила чемодан из шкафа. Не глядя на него, Аглая расстегнула молнию и, открыв крышку, поправила съехавший набок хвост, от чего её мягкая грудь выпятилась вперед, натянув футболку.
- Глаша…
- Ммм?
- У тебя много вещей? Ты же только переехала, и все такое…
- А… да. Конечно. Не слишком много.
- Тогда давай их потом соберем, хорошо?
- А сейчас… - она оборвалась на полуслове, стоило только на него посмотреть. Наверное, там и впрямь все на лице написано было. И желание его дикое, неконтролируемое, и какая-то совершенно странная в ней потребность. Аглая нервно сглотнула, отступила в сторону, и он тут же сделал два шага вперед, как хищник, настигающий жертву. Споткнулся о чертов чемодан, чуть не упал. В последний момент удержался. Выругался, подошел вплотную и, упершись двумя руками по обе стороны от головы Аглаи, наклонился, вдыхая, как наркоту, ее аромат. А потом поцеловал ее, и уже вряд ли что могло его остановить, если бы не настойчивый звонок в дверь.
- Пусть звонят, - прошептал он, вжимаясь в нее стояком.
- Не могу. Вдруг это привезли Дашку?
Глава 20- Ну, наконец-то! Где ты ходишь? У нас заседание градостроительной комиссии через час! - возмутился Макаров, дожидающийся шефа в приемной. Поляков объяснять свое опоздание не торопился. В конце концов - это он здесь начальник. А начальство, как известно, не опаздывает, а задерживается. И, если на то пошло, не задержаться он просто не мог. Они и так рано выехали. Дашка, кажется, и проснуться не успела. Так и дремала, пока Аглая, пыталась натянуть на нее штаны.
- Глаш, я там нам бутербродов напилил, - зевнул Роман. Почесал живот и выгнул бровь, поймав удивленный взгляд Аглаи. - Что? Ты почему так смотришь?
- Пытаюсь понять, когда моего шефа подменили инопланетяне.
- Да ладно, - обиделся Поляков, - как будто я совсем безрукий.
- Не безрукий, - отчего-то улыбнулась Глаша. - Извини.
Роман пожал плечами и вернулся в кухню. Нахмурился, выглянул в окно. Отправил в рот остатки им же сваренного кофе и чуть поморщился - слишком крепкий. На веселенькой тарелке в горох аккуратными башенками возвышались бутерброды. Ничего особенного - масло, сыр, ветчина. Как им с Алкой в детстве делала мать. Вот только колбаса тогда казалась вкуснее.
Роман сел на табуретку и растерянно потер бровь. Уж очень сильно утро того дня выбивалось из привычной картинки его мира. Вообще в нее не вписывалось, если честно. Но вот, что интересно - происходящее совершенно его не напрягало. Не напрягала необходимость встать с петухами, не напрягала Глаша, сонная и еще не умытая даже. Не напрягала Дашка, необходимость о ней заботиться и подстраиваться под ее интересы. И даже то, что из-за нее он не мог прямо сейчас забраться Аглае в трусики - тоже не напрягало. Хотя забраться, конечно, один черт, очень хотелось. У него с вечера перманентный стояк. Ведь после того, как им помешали - Роману ничего так и не обломилось. Дашку от Кошманов привез Павел Львович собственной персоной. И не уехал, пока не удостоверился, что Роман тоже отчаливает.
- Так все же, Роман Георгиевич, какие отношения вас связывают с моей сестрой? - спросил Кошман, когда они вместе с ним вышли в подъезд. Как под конвоем, тьфу ты!
- Романтические, - ответил Поляков ровно.
- Романтические? Мило! Но вы же понимаете, что я не могу не поинтересоваться вашими дальнейшими планами?
- Спросить вы, конечно, можете, Павел Львович, да только это не означает, что я отвечу.
- Дерзите?
- Ни в коем случае. Скорее не хочу вводить вас в заблуждение. Мы с Аглаей познакомились совсем недавно. О планах банально рано судить. Да и вообще, мы с Глашей взрослые люди и сами со всем разберемся.
Кошман улыбнулся. Ну, как улыбнулся? Вы видели, как улыбается акула? Примерно где-то так все и было.
- Наша семья не в восторге от вашей связи.
- Константин Львович мне это уже дал понять.
- И? Никаких выводов вы не сделали?
- Почему же? Сделал.
- Даже так? И что же? Выходит, готовы рискнуть?
- Если вы так дорожите сестрой, значит, она того стоит, не так ли?
Они уже вышли из подъезда и застыли на тротуаре. Несколько секунд Павел Львович просто смотрел на Полякова. Нечитаемым странным взглядом, присущим лишь небожителям. А потом прыснул со смеху. Но, будто сам испугавшись проявленных эмоций, тут же состроил серьезную мину, чтобы снова, не сдержавшись, заржать уже в голос. Может быть, в тот момент Поляков заслужил в его глазах немного очков. Может быть... Он на это не рассчитывал так-то, но если у них реально что-то с Глашей завертится, наверное, будет неплохо иметь нормальные отношения с ее семьей.
Ничего больше не говоря и все так же посмеиваясь, старший Кошман двинулся к своему кортежу. Последней модели Майбаху, который сопровождали еще две машины охраны. А сам Роман пошел к своему Кадиллаку. Поговорили, называется...
Всю дорогу до дома Поляков ломал голову над тем, во что ему может вылиться этот разговор. Затея была глупой, с какой стороны ни посмотри. Кошманы обладали практически неограниченной властью. Таких, как он, они при необходимости сожрут и не подавятся. Противостоять им - затея бессмысленная. Но делом чести было хотя бы испортить им аппетит. К тому моменту, как Роман добрался до своего дома, он был готов, кажется, ко всему. Лег спать пораньше и на удивление быстро уснул. Так, что, когда в пять утра у него зазвонил будильник - Поляков уже хорошенько выспался и был вполне себе бодр. Вон... даже бутербродов напилил.
В общем, пока они позавтракали, пока доехали до Иванковичей, заехав перед этим в круглосуточный супермаркет за продуктами, пока попрощались... время и пролетело.
- Роман Георгиевич, может, кофе?
Роман обернулся на секретаря, в который раз за утро бросил взгляд на часы и, хоть время позволяло, отрезал:
- Нет. Артур Михайлович прав. Нам уже выдвигаться надо.
На губах еще горел прощальный поцелуй Аглаи. Даже кофе не стоил того, чтобы смыть его вкус.
- А я тебе что говорю?! - нетерпеливо топнул ногой Арт.
- Не суетись. Лучше проверь, все ли взяли?