Невозможный Роман
- Слушай, Ром, а ты когда не выкобеливаешься, так вроде нормальный мужик, - как-то сказала Глаша, даже не пытаясь скрыть звенящий в голосе смех.
- Это потому, что за неделю ты успела забыть обо всех других моих выдающихся качествах. Но я приеду – и напомню.
- То есть как это – приедешь? Когда?!
- Завтра.
- Завтра я планировала поработать!
- А мы совместим полезное с приятным. У меня там с ландшафтными дизайнерами встреча. Надо кое-что на месте обсудить.
- А… - в голосе Глаши на секунду ему почудилось разочарование. Роман с ходу не определил, чем оно могло быть вызвано, а потому решил, будто ему почудилось. – Я видела фото девятьсот пятнадцатого года. Парк был просто чудесным.
- Если хочешь, можешь принять участие в совещании.
- Правда?
- Ну, конечно. И смотри, на ночь я у тебя останусь.
- Это угроза?
- Еще какая!
Глава 21- Так все же, что у тебя с этим молодым человеком? - спросила Глашу Царица Тамара за обедом в их загородной резиденции в Иванковичах. За время, что Глаша работала здесь, такие обеды стали уже традицией. И с каждым разом она чувствовала себя с матерью все свободнее. А Дашка так и вовсе обалдела от счастья. Вдруг оказалось, что бабушка, о которой ей только рассказывали - существует на самом деле! И это самая лучшая бабушка на планете! Она разрешает краситься, примерять свои шикарные платья и бусики с красивыми блестящими камушками. А еще часто ее обнимает и ласково гладит по голове, даже когда Дашка балуется.
- Ну-у-у, мы иногда встречаемся, - нахмурилась Аглая, сама того не замечая.
- Он производит приятное впечатление, - осторожно заметила Тамара Егоровна, аккуратно перемешивая чай. Аглая кивнула. Конечно же производит... Это же Роман Поляков! По-другому и быть не может. В него влюбляется каждая женщина от пяти до бесконечности. Дашка, вон, и то влюбилась... И это стало проблемой, ведь не нужно ей было к нему привыкать. Рано или поздно они с Глашей расстанутся, она перестанет быть ему интересной, а ребенок... Ребенок будет страдать. А впрочем, что уж скрывать, страдать будет не только Дашка. Можно было сколько угодно себя обманывать, но правда заключалась в том, что она уже и сама не мыслила жизни без Полякова. Потому что влюбилась. Глупо, сильно, опять не в того...
Аглая, конечно, до последнего держала лицо, никак не демонстрируя Роману своих чувств (по крайней мере, она надеялась на то, что никак их не демонстрирует), но все изменилось в прошлое воскресенье. Изменилось необратимо и навсегда. С чего? Почему? Ничего глобального ведь не произошло даже. Просто у Дашки выпал первый молочный зуб, а они с Романом, замотавшись, совсем забыли о подарке, на который ночью Зубная фея должна была его обменять. Дашка растолкала Аглаю на рассвете. Кажется, она только-только выпроводила Полякова на диван, как делала всегда, чтобы дочка, проснувшись, ни в коем случае не застала того в ее постели.
- Даш, зайка, дай маме поспать...
- Не могу! - всхлипнула девочка. - Тут... тут та-а-акое случилось!
Сон Глаши сняло, как рукой. И даже Поляков, будто почувствовав неладное, проснулся, а может, просто уснуть не успел. Они-то с ним до утренней зорьки кувыркались...
- Что случилось? - насторожилась Глаша. Дашка вытянула вперед руку с зажатым кулаком, картинно медленно разжала пальцы, являя взорам собравшихся мелкий молочный зуб:
- Зуб на месте! Как лежал под подушкой - так и лежит, - пожаловалась девочка и добавила драматическим шепотом: - Кинула меня фея с подарком.
Глаша сглотнула. Закусила подрагивающую от смеха губу и в поисках поддержки подняла взгляд на Романа. А тот и себе корчился от смеха, стоя в дверях. Сонный, взъерошенный, с отпечатком от подушки на щеке он ей казался таким родным и близким...
- Знаешь, думаю, все дело в том, что официально еще не утро, - зевнул Роман.
- То есть как это?!
- Только пять часов, Даш. А все феи знают - в воскресенье утро начинается не раньше девяти.
- Правда?!
- Зуб даю...
- Смотри! - погрозила Даша пальчиком, - соврешь - выпадет, как у меня.
Поляков обреченно кивнул.
- Ну, так что? Ты идешь досыпать?
- Угу! А можно к тебе, мам?
- Забирайся!
Дашка отрубилась минут через пять. А еще через некоторое время Глаша услышала, как на улице заурчал мотор, но почему-то не придала этому значения. И лишь утром, когда счастливая Дашка по наводке Романа отыскала под кроватью целый блок Киндер Сюрпризов и не нашла зуб, поняла, что пока они спали - тот не поленился и съездил в магазин.
И как любит его... поняла тоже.
- Да... да, Роман это умеет. Впечатление производить... - согласилась Аглая с матерью.
- Так у вас серьезно?
- Не думаю.
- Почему?
Глаша пожала плечами. Разве матери объяснишь, что не для неё такой мужчина? Не для неё... Мать это вряд ли поймет. Для матери-то Глаша - самая лучшая. Наверное...
- Я не стремлюсь к серьезным отношениям.
- Глаш... Тебе не кажется, что пора бы уже забыть эту историю с тем... кхм... козлиной?
- А я и забыла.
- А мне кажется - нет.
- Из-за того, что я не хочу серьезных отношений с Поляковым?
- Ну, на мой взгляд, он достойный мужчина. Воспитанный, толковый, образованный. У вас с ним много общего. К тому же он неплохо ладит с Дашей.
- И еще с миллионом других женщин. Поляков - бабник и сердцеед. Несмотря на все другие свои, безусловно, положительные качества.
- Из нагулявшихся бабников получаются отличные мужья, глупышка.
- Ну, уж нет. Если я когда-нибудь и выйду замуж, то уж точно за мужчину попроще.
Аглая раскрошила кусочек булки и бросила на землю, слетевшимся птицам.
- Попроще? – нахмурилась Царицы Тамара.
- Ага. Ну, знаешь, чтобы нам вслед не оборачивались, гадая, что он нашел в такой серой мыши, как я.